Крестопор

Гартон Рэй

Эрин отодвинула список, не желая больше смотреть на него. Она потянулась к смятой пачке сигарет на столе, достала одну и прикурила. Она бросила чуть больше года назад, но в то утро проснулась с желанием закурить. Пачка нашлась в дальнем ящике верхней тумбочки, и сигареты на вкус оказались такими же старыми и несвежими, как и на ощупь.

После того как Джей Ар ушел накануне вечером, она пожелала Джеффу и его подруге Лили спокойной ночи и легла в постель, но сон не приходил. Большую часть ночи она промучилась, чувствуя, как невидимая стальная

лента все туже и туже охватывает ее грудь; образы Мэллори как маленькой девочки, как ребенка, как комочка в животе крутились в ее голове, когда она отчаянно пыталась понять, где допустила ошибку.

Эрин была благодарна Джей Ар за его присутствие прошлой ночью; то, что кто-то не из членов семьи проявил подобную заботу, очень помогло. Однако это не вернуло Мэллори.

Его слова повторялись в ее голове снова и снова: "Если вы будете продолжать скрывать это от них... если вы будете продолжать скрывать это от них..."

Она боялась рассказывать им об этом, но не могла больше скрывать правду.

"В этом нет ничего постыдного", - думала она, потягивая кофе. – "Это всего лишь работа, не более того; она дает им крышу над головой, они это поймут".

Но она не была уверена, что Мэллори поймет все правильно, особенно после того, что она услышала в четверг. Мэллори и Джефф были очень близки, и при желании Мэллори могла бы сильно повлиять на то, как Джефф воспримет слова Эрин.

Стальная полоса снова сомкнулась вокруг ее груди, сжимаясь все сильнее и сильнее.

Голос по радио радостно произнес:

– Ну что ж, детишки, матушка-природа не слишком добра к нам, и, по словам нашего метеоролога, ее настроение не скоро изменится, так что, полагаю, нам придется просто смириться и терпеть, да?

Джей Ар стало не по себе от стерильности подросткового центра Лорел, когда его вели по длинному коридору с кремового цвета стенами и флуоресцентным освещением. Кроме нескольких досок объявлений и огнетушителей, здесь не было ничего, что могло бы нарушить монотонность, только множество дверей друг за другом.

По коридору его вел мускулистый мужчина с ухмылкой и табличкой с именем "Люк" на нагрудном кармане тонкого белого халата. Он представился супервайзером, что бы это ни значило.

– Обычно мы с осторожностью принимаем посетителей, - любезно поведал Люк, проведя Джей Ар в хорошо обставленную комнату с тремя полками книг в мягких обложках у одной стены и телевизором с большим экраном у другой.
– В основном мы разрешаем родителям, а также братьям и сестрам посещать нас раз в неделю. Но мы еще ни разу не получали просьбу о посещении от учителя или школьного психолога. Мы хотели бы получать их больше, так как это проявление заботы. Дает нам понять, что мы не одиноки в нашем деле. Ладно, - сказал он, дважды хлопнув Джей Ар по спине, - присаживайтесь вот сюда, а я его приведу.

В комнате находились еще четыре человека, очевидно, пациенты (или заключенные, как бы их ни называли

в подобных заведениях): два мальчика и две девочки.

За пределами комнаты и на некотором расстоянии по коридору раздавались крики. Сначала голоса были неразборчивы, потом один возвысился над остальными, разборчиво крича: "Я ненавижу папппочек, вы меня слышали, я сказала, что ненавижу паппоочек!"

Джей Ар вздрогнул от этого голоса, усаживаясь на стул.

Через несколько минут Люк ввел Кевина в комнату и усадил его за круглый стол напротив Джей Ар. На столе лежала незаконченная головоломка, и Кевин начал возиться с некоторыми из фрагментов, избегая смотреть на психолога.

– Через двадцать минут здесь будет собрание группы, - сказал Люк, - так что нам придется освободить комнату.
– Похлопав Кевина по спине, он ушел.

– На самом деле мы никогда не встречались, Кевин, - произнес Джей Ар, - но я твой школьный психолог. Меня зовут Джей Р. Хаскелл, но, пожалуйста, называй меня Джей Ар.

Кевин со скучающим видом ковырялся в головоломке, не поднимая глаз. На нем были джинсы и простая белая футболка.

– Когда я узнал, что ты здесь, я... ну, я подумал, что ты захочешь поговорить.

Кевин покачал головой.

– Ну, я бы хотел поговорить.

Кевин поднял голову, и Джей Ар понял, что парень избит, лицо в синяках, один глаз опух. На подбородке виднелись швы.

– Боже, что с тобой случилось?
– спросил Джей Ар.

– Подрался. Так я сюда и попал. Кучка парней набросилась на меня возле "Микки Ди", приехали копы, все разбежались, кроме меня. Мои родители... они решили, что я должен находиться здесь.

– Это безумие. Из-за драки?

Парень пожал плечами и вернулся к головоломке.

– Кевин, если ты скажешь мне, кто это был, те парни, которые избили тебя, возможно, я смогу тебе помочь. Я поговорю с твоими родителями...

– Это не поможет. Это была не единственная причина...

– О?

– Меня не было дома некоторое время. Какая разница, чувак?
– Он вдруг начал быстро говорить, хмуро глядя на Джей Ар.
– Какая разница, а? Они уже давно искали повод, чтобы посадить меня сюда. Они обыскали мою комнату, сняли дверь – можешь поверить? Они сняли дверь моей гребаной спальни! Все равно рано или поздно они бы меня сюда упекли.

– А где ты был?

– Не твое собачье дело, чувак.

– С Мейсом?

Кевин удивленно посмотрел на него, и на мгновение показалось, что он вот-вот улыбнется.

– Ты знаешь Мейса?

– Я знаю о нем, Кевин, и то, что я знаю...
– Он наклонился вперед, придвигаясь ближе к Кевину.
– Кто такой Мейс? Откуда он?

Кевин взглянул через плечо Джей Ар на окно, и на его губах появился намек на улыбку.

– Я... не знаю, - сказал он после долгой паузы.
– Но это неважно.