Крест в законе
Шрифт:
Ничто на Андрея не действовало. Наверное, если бы его сейчас даже жгли каленым железом, он ни одним своим нервом не почувствовал бы боли. Потому что боль, разрывающая на части всю его душу, выворачивающая наизнанку, и нечеловеческие страдания о потерянной навсегда любви затмевали все остальные чувства.
Когда Алекс попытался силой отбросить Таганку в сторону, то понял, что никакой мощи на это не хватит.
Извеков ослаб очень быстро. Пальцы Андрея навсегда оставили на его горле темно-синие, почти черные пятна, с которых без
– Ты задушил его… - тяжело отдуваясь, проговорил Честер.
– Он убил Настю…
– Ты задушил его… Теперь ты будешь отвечать по закону…
– Теперь мне все равно…
Все полицейское управление, как говорится, стояло на ушах. Снова город взбудоражил слух об очередных кровавых разборках русской мафии.
Дом, принадлежащий супругам Шторм, со всех сторон был окружен полицейскими машинами. Внутри работала следственная бригада комиссара полиции. Кинологи с собаками обследовали территорию на предмет обнаружения взрывчатых веществ.
В подъехавшие катафалки санитары уже выносили тела задушенного полковника Извекова и изрешеченной пулями Насти Рубиновой. От посторонних глаз их укрыли, облачив в бежевые хлорвиниловые пакеты, застегнутые на замки-молнии.
Эксперты в доме занимались сбором отпечатков пальцев. Полицейские в погонах исследовали каждый миллиметр пола, ища неведомые улики и выковыривая из стен пули. Баллисты складывали гильзы в специальные конверты. Присутствующие здесь же химики-биологи брали зачем-то на анализ образцы водопроводной воды из крана и пищевых продуктов - из холодильника. «Спецы» ковыряли электропроводку и телефонную линию в поисках пресловутых «жучков».
Психолог заканчивал беседу с Таганцевым, руки которого были закованы в хромированные наручники.
– Вы, мистер Шторм, опережая посторонние вопросы, утверждаете, что являетесь одним из руководителей организованной преступной группы, действующей на протяжении нескольких лет в России?
– Да, утверждаю… - глядя бессмысленными глазами куда-то в сторону, отвечал Андрей.
– Но вас пока об этом никто не спрашивал. Вы имеете право хранить молчание до тех пор, пока к вам не вызовут вашего адвоката. Советую вам как психолог не торопиться с дачей показаний. Вы находитесь в состоянии нервного срыва, и любое ваше слово может повредить вам. Сейчас я уйду и вами займутся полицейские. Примите мои слова к сведению.
Комиссар полиции приблизился к Таганцеву, как только психолог закончил свою работу.
– Мистер Шторм! Прошу вас встать и пройти со мной!
Двое полицейских тут же обступили Андрея.
– Минуту, лейтенант!
– решительно подал голос Алекс Грэй Честер, который находясь в стороне, говорил с кем-то по мобильному телефону.
– Это, - он кивнул в сторону Таганцева, - мой клиент, и вы не можете его увезти отсюда без разрешения мистера Дэниэла Розовича, руководителя русского Департамента ФБР!
– Мне плевать на его разрешение,
– дерзко огрызнулся комиссар полиции.
– На моей территории совершено два убийства, которые я обязан расследовать. И сделаю это без помощи ФБР!
– Три убийства, сэр!
– неожиданно сообщил молоденький полицейский в форме констебля, вошедший со двора.
– В чем дело?!
– выразил недовольство комиссар тем, что к нему не обратились по установленной форме.
– Сэр!
– повторил констебль.
– За домом собаки обнаружили еще один труп мужчины с пулевым отверстием в лобной части. Точно между глаз. Труп был закопан.
Таганка знал, что именно нашли полицейские собаки. Он сам недавно закапывал за домом тело убитого им Сергея Лопатина.
У Честера округлились глаза, но он сумел взять себя в руки.
– Тем не менее, комиссар!
– настойчиво проговорил Алекс.
– Вам следует пообщаться с моим шефом!
– и протянул ему мобильник.
Комиссар отошел на минуту в сторону и, когда вернулся, вежливо возвратил телефон Честеру.
– Прошу вас, офицер Честер. Это - ваш телефон.
– А этот?
– Алекс кивнул в сторону Таганцева, которого держали под локти двое дюжих капралов.
– Он - тоже ваш, - хмуро ответил комиссар полиции и нарочито отвернулся.
Алекс Грэй Честер, воспрянув духом, подошел к Таганке и жестко скомандовал:
– Пошел!
Толкнув его в спину, вывел из дома, направляясь к своей машине.
…Из Нью- Йорка они выехали, когда уже смеркалось.
Алекс, само собой, сидел за рулем.
Андрей, не проронивший за всю многочасовую дорогу ни звука, сидел рядом, прикованный второй парой браслетов к дверной ручке.
Машина остановилась на пустынной загородной дороге.
Честер заглушил двигатель, вышел наружу, расковал Таганцева.
– Андрей, - заговорил тихо.
– Я все сделал для тебя, что мог. И даже больше. Отпуская тебя сейчас, я перечеркиваю свою карьеру. Но я иду на это. Сам не знаю почему. Я никогда раньше не совершал таких глупостей. Садись за руль. Поедешь прямо. До первого же маленького городка. Вот адрес, - он протянул Таганке листок.
– Там живут родители моей жены. Остановишься у них, они уже в курсе. Я приеду через неделю. Обязательно дождись меня.
– Ты брат мне, Алекс, - произнес в ответ Таганка и нажал на педаль газа.
ЭПИЛОГ
Москва. Кремль.
Ивана Афанасьевича Бармина срочно вызвал к себе советник президента:
– Иван Афанасьевич, вам поручается ответственная и деликатная миссия.
– Я весь внимание, Константин Львович.
– Сегодня вечером, в двадцать два часа, вам предстоит встретить самолет из Нью-Йорка… - советник сделал небольшую паузу, которую Бармин истолковал по-своему.