Крещендо
Шрифт:
— Нора, это Линн Парнелл, — сказала моя мама. — Линн, это Нора. — Вот это да, вот это да, — воскликнула миссис Парнелл, всплеснув руками. — Она так похожа на тебя, Блайт? Разве нет? И только посмотрите на эти ноги! Длинее, чем у стриптизерши из Вегаса. Я отчеканила: — Знаю, что время не подходящее, но я нехорошо себя чувствую, поэтому пойду полежу… Заметив злобный взгляд матери, который она метнула в мою сторону, я заткнулась. И вернула ей свой самый негодующий взгляд.
— Скотт так вырос, верно, Нора? — спросила мама.
— Да уж, заметно. Мама поставила пакеты на стол и обратилась к Скотту: — Утром мы с Норой немного поностальгировали, вспомнив все, что вытворяли вы двое. Нора рассказала мне, что ты заставлял ее есть мокриц. Прежде чем Скотт успел сказать что-нибудь в свое оправдание,
— Так, — заговорил Скотт, почесав грудь, при этом его бицепс напрягся, и, вероятно, он прекрасно об этом знал. — Что у нас на обед? — Лазанья, чесночный хлеб и салат с желе, — ответила мама с улыбкой. — Салат приготовила Нора.
Это стало для меня новостью. — Да? — Ты покупала упаковки с желе, — напомнила она мне.
— Это не считается. — Нора приготовила салат, — убеждала мама Скотта. — Думаю, все готово. Почему мы не едим?
Заняв свои места за столом, мы взялись за руки, и мама благословила еду.
— Расскажи мне о домах в этом районе, — попросила миссис Парнелл, отрезая от лазаньи первый кусок и кладя его на тарелку Скотта. — Какую цену могут запросить за дом с двумя спальнями и двумя ванными? — Зависит от того, насколько новый дом ты планируешь покупать, — ответила мама. — Почти все здания в этой части города построены еще в девятнадцатом веке, а это сказывается на их цене. Когда мы с Харрисоном только поженились, я присмотрела несколько недорогих домов с двумя спальнями, но с каждым была какая-нибудь проблема: дыры в стенах, наличие тараканов или удаленность от парка. А когда я забеременела, мы решили, что нам нужен дом побольше. Этот, — она огляделась, — хозяева не могли продать на протяжении полутора лет, поэтому нам удалось заключить невероятно выгодную сделку. Мы с Харрисоном планировали капитальный ремонт, но в итоге… Ну, и тогда… Вы знаете, — она склонила голову. Скотт откашлялся. — Сожалею о твоем отце, Нора. Я до сих пор помню звонок моего отца в ночь, когда это случилось. Я работал тогда в киоске в нескольких кварталах оттуда. Надеюсь, они поймали убийцу, кем бы он ни был.
Я попыталась поблагодарить его, но слова у меня в горле разлетались на части. Мне не хотелось говорить об отце. Еще были свежи раны из-за моего разрыва с Патчем, и их было вполне достаточно.
Где же он сейчас? Сожалеет ли о случившемся? Понимает ли он, как сильно я хочу забрать обратно все, что сказала? Внезапно я подумала, что он мог мне написать, и пожалела, что не захватила с собой телефон. Но как много он может мне сказать?
Могут ли архангелы читать его сообщения? На что, вообще, они способны? Они повсюду? Гадала я, чувствуя себя очень уязвимой. — Нора, расскажи-ка, — сказала миссис Парнелл. — Какая школа в Колдуотере? В Портленде Скотт занимался борьбой. Его команда последние три года побеждала в региональных соревнованиях. А какой уровень у местной команды по реслингу? Я была уверена, что мы уже встречались с командой Колдуотером, но Скотт напомнил мне, что ваша команда класса С.
Я медленно вытащила себя из тумана своих мыслей. А разве у нас есть команда по реслингу? — Насчет реслинга не знаю, — вяло ответила я, — а вот баскетболисты однажды участвовали в чемпионате штата. Миссис Парнелл подавилась вином. — Однажды? — ее глазки забегали между мной и моей мамой с требованием объяснений. — Напротив здания администрации висит фотография команды, — сказала я. — И, судя по ее состоянию, это было лет этак шестьдесят назад.
Глаза миссис Парнелл округлились. — Шестьдесят лет назад? — она промокнула рот салфеткой. — Что не так с этой школой?
— И что? — спросил Скотт, продолжая копаться в тарелке. Миссис Парнелл водрузила локти на стол и наклонилась. — А то, мистер, что с твоим баллом ты не попадаешь в колледж. И твоя единственная надежда — что тебя примут как спортсмена. — Я хочу заниматься совсем другим. Ее брови взметнулись вверх. — Да ну? Может, ты хочешь повторения прошлого года?
Как только она это сказала, я увидела в его глазах искру страха. Скотт стал жевать в два раза быстрее, а затем с трудом проглотил. — Можно мне салата, Блайт? Мама передала миссис Парнелл блюдо с желе, которая с преувеличенной осторожностью поставила его перед Скоттом. — А что произошло в том году? — спросила моя мама, стремясь нарушить повисшую тишину. Миссис Парнелл пренебрежительно махнула рукой. — Ох, ну ты знаешь, как это бывает. Скотт вляпался в небольшие неприятности, обычное дело. Ничего такого, что было бы незнакомо любой матери мальчика-подростка, — она засмеялась, но ее смех прозвучал неестественно. — Мам, — произнес Скотт явно предупреждающим тоном. — Ты же знаешь этих мальчишек, — пролепетала миссис Парнелл, размахивая вилкой. — Они ни о чем не думают. Живут одним моментом. Они безрассудные. Радуйся, что у тебя дочь, Блайт. О Боже. От этого чесночного хлеба текут слюнки — не подашь ломтик? — О, я не должна была спрашивать, — пробормотала мама, передавая хлеб. — Не могу выразить словами, насколько мы рады вашему возвращению в Колдуотер. Миссис Парнелл с энтузиазмом кивнула. — А мы-то просто счастливы вернуться, и тем более, вернуться в целости и сохранности.
Я перестала есть, переводя взгляд со Скотта на Миссис Парнелл и обратно, пытаясь понять, что происходит. Мальчишки всегда остаются мальчишками — на это я еще могу купиться. Но не могу же я проглотить сомнительное заявление миссис Парнелл, что ее сын влип в передрягу из категории самых обычных. Да и жесткий контроль со стороны Скотта за каждым словом, вылетающим изо рта матери, еще сильней убеждал меня в моей правоте.
Уверенная, что они чего-то недоговаривают, я прижала руку к сердцу и сказала: — Как же так, Скотт, ты ведь не шатаешься по ночам и не крадешь дорожные знаки, чтобы повесить их в спальне?
Миссис Парнелл разразилась искренним хохотом. Как вздох облегчения. Бинго!
В какую бы историю Скотт ни влип, она отнюдь не была такой же безобидной, как кража дорожных знаков. У меня нет пятидесяти долларов, но окажись они у меня сейчас, я бы поставила их все на свою догадку, что проблема Скотта — все, что угодно, кроме "обычного дела".
— Ну и ладно, — сказала моя мама, натянуто улыбнувшись. — Уверена, что бы ни случилось, это уже в прошлом. Колдуотер — отличное место для того, чтобы начать все с нуля. Скотт, ты уже записался в какой-нибудь класс? Некоторые из них — с программой повышенной сложности — заполняются очень быстро. — Повышенной сложности, — повторил Скотт, насмешливо фыркнув. — Типа ПС? Без обид, но я не стремлюсь к таким высотам. Как уже любезно пояснила мама, — он вытянулся и похлопал ее по плечу довольно-таки грубовато для дружеского жеста, — если я и поступлю в колледж, то не благодаря своим оценкам. Не желая позволять никому из сидящих за столом отдалиться от темы бывших проблем Скотта, я сказала: — Ох, да брось, Скотт. Ты меня убиваешь. Что такого ужасного в твоем прошлом? Это не может быть настолько плохо, чтоб нельзя было рассказать старым друзьям. — Нора, — начала мама.
— Вождение в нетрезвом виде? Угон машины? Превышение скорости?
Я почувствовала, как под столом на мою ногу опустилась мамина. Она послала мне пронзительный взгляд, говорящий: "Что за бес в тебя вселился?" Стул Скотта скрежетнул по полу, и парень встал на ноги. — Где у вас туалет? — спросил он мою маму, оттянув воротник. — Несварение. — На втором этаже, — ответила она извиняющимся голосом.
Как организатор этого нелепого вечера, она на самом деле извинялась за мое поведение. Любой человек, обладающий хоть крупицей проницательности, понял бы, что цель этого ужина — не разделить трапезу со старыми друзьями семьи. Ви была права — это завуалированное свидание. Ну что ж, у меня есть новости для мамы.