Крещендо

Фитцпатрик Бекка

Она закрыла было дверь, но потом вернулась:

— У нас небольшая проблема. Я проговорилась Линн, что у тебя нет машины. И она предложила, чтобы Скотт отвозил тебя в школу. Я пыталась убедить ее, что в этом нет необходимости, но, думаю, она решила, что я отказываюсь, чтобы не утруждать Скотта. Она сказала, что ты можешь оказать ему ответную услугу, проведя завтра экскурсию по Колдуотеру.

— Меня подвозит Ви.

— Я говорила, но она не приняла никаких возражений. Возможно, тебе лучше объяснить все напрямую

Скотту. Поблагодари за предложение, но скажи, что у тебя уже есть кому подвезти.

То что нужно. Лишний раз поговорить лично со Скоттом.

— Мне бы хотелось, чтобы тебя подвозила Ви, — продолжала она смущенно. — Честно говоря, если вдруг Скотт решит навестить тебя, когда меня не будет дома, тебе лучше соблюдать дистанцию.

— Ты ему не доверяешь?

— Мы его не очень хорошо знаем, — осторожно сказала она.

— Но мы со Скоттом были лучшими друзьями, разве не помнишь? — Я не могла не поддеть ее.

Она многозначительно посмотрела на меня.

— Это было давно. Все меняются.

А ведь именно это я ей и говорила!

— Я просто хочу узнать о Скотте побольше, прежде чем вы начнете более тесно общаться, — продолжила мама. — Посмотрим, что я смогу выяснить, когда вернусь.

Вот это был довольно неожиданный поворот событий.

— Ты собираешься собирать на него компромат?

— Мы с Линн хорошие друзья. У нее сейчас сложная ситуация. Ей, может быть, нужен кто-то, кому можно довериться. — Она подошла к моему комоду, выдавила немного моего крема для рук на свою ладонь и растерла. — Если вдруг ей придет в голову поговорить о Скотте, я не буду ее останавливать.

— Если это поможет тебе составить на него дело, я считаю, он довольно странно вел себя за ужином.

— Его родители разводятся, — сказала она тем же нейтральным тоном. — Уверена, ему сейчас очень нелегко. Трудно терять одного из родителей.

Это она мне говорит?

— Аукцион заканчивается вечером в среду, и я вернусь к ужину. Ви завтра ночует у нас, верно?

— Верно, — сказала я, вспомнив, что до сих пор не обсудила это с Ви, но беспокоиться не о чем. — Кстати, я подумываю устроиться на работу.

Лучше открыть карты сразу, особенно потому, что если мне повезет, я буду работать уже к ее приезду.

Мама моргнула.

— С чего это вдруг?

— Мне нужна машина.

— Я думала, Ви тебя подвозит без проблем.

— Да, но я чувствую себя паразитом.

Мне нельзя даже тампоны купить, не позвонив Ви. Хуже того, я почти села в машину Марси Миллар сегодня по дороге в школу. Я не могла просить маму купить мне машину, зная, что денег у нее совсем нет, но и повторения сегодняшнего утра тоже допустить не могла. Я страстно желала иметь машину с тех пор, как мама продала «фиат», и сегодня кабриолет сподвиг меня на действия. Заработать на машину собственным трудом мне казалось

неплохим выходом из положения.

— Думаешь, работа не помешает учебе? — спросила мама. Ее тон указывал, что она не в восторге от этой идеи. Я бы удивилась, если бы она отреагировала иначе.

— У меня всего один предмет.

— Да, но это химия.

— Не волнуйся, мам, думаю, я могу справиться и с тем и с другим.

Она присела на край моей постели.

— Что-то случилось? Ты сегодня в чудовищном настроении.

Я помедлила с ответом: мне очень хотелось сказать правду.

— Нет. Все хорошо.

— Ты выглядишь расстроенной.

— Сложный день выдался. О, и я забыла сказать: Марси Миллар — мой партнер на химии.

Мама сразу поняла, какой это для меня кошмар. В конце концов, ведь это к маме я бежала все последние одиннадцать лет моей жизни, когда Марси в очередной раз опускала меня ниже плинтуса. И это благодаря маме я шла на следующий день в школу, чувствуя себя более уверенной, мудрой и имея пару собственных шпилек в запасе.

— И так восемь недель! Восемь!

— Предлагаю сделку: если ты сможешь за эти восемь недель не убить Марси, мы поговорим о машине.

— Ты умеешь торговаться, мам.

Она поцеловала меня в лоб:

— Я рассчитываю на очень подробный отчет обо всем, что будет здесь твориться в мое отсутствие. И чтобы никаких диких вечеринок!

— Ничего не обещаю.

Через пять минут мамин «таурус» уже выезжал на шоссе, а я свернулась калачиком на диване, неотрывно глядя на экран мобильника.

Но мне никто не звонил.

Я дотронулась до цепочки Патча, которая все еще обвивала мою шею, и неожиданно для себя крепко сжала ее в руке. В голове у меня билась ужасная мысль, что это все, что у меня от него осталось.

Глава 4

Сон был трехцветным: черным, белым и бледно-серым.

Холодная ночь. Я стою босиком на грунтовой дороге, и дождь быстро наполняет канавы, превращая их в бурные ручейки, несущие камни и сухие ветки. Вокруг полная темнота, за исключением одной яркой точки: в нескольких сотнях метров от дороги стоит таверна из камня и дерева. В ее окнах виден свет свечей, и я как раз собираюсь направиться к таверне и укрыться там, но вдруг слышу далекий звон колокольчиков.

Когда звон становится громче, я отхожу от дороги подальше. Вижу запряженную лошадьми карету, с грохотом вылетающую из темноты. Она замирает точно на том месте, где я стояла минуту назад. Как только колеса останавливаются, кучер спрыгивает на землю, прямо в жидкую грязь, пачкая сапоги. Он открывает дверь кареты и отходит на шаг.

Появляется темная фигура. На плечи наброшен плащ, развевающийся на ветру, капюшон поднят, закрывая лицо.

— Жди тут, — говорит он кучеру.

— Милорд, очень сильный дождь…