Крепость Луны
Шрифт:
— Я не собираюсь убивать вас, Кирилл Александрович. Если бы я хотел причинить вам вред, то ваша супруга, раскладывающая пасьянсы в гостиной… — Рудовский побледнел, — была бы мертва. Но она вместо свинца приняла мой вежливый поклон… А теперь к делу…
Моя рука, державшая пистолет, опустилась, но Рудовский теперь смотрел на меня почти с изумлением.
— Я пришёл к вам только как к большому специалисту по Уральским горам. Вы поделитесь со мной кое-какими сведениями, я же клянусь, что они не будут обращены во зло. Если же вы откажитесь отвечать на мой вопрос,
Рудовский вновь судорожно кивнул.
— Мне попал в руки небольшой драгоценный камень, настолько прозрачный, что при ином освещении есть вероятность не увидеть его. Но у него прекрасно обработанные грани. Самое же удивительное, что, когда мы провели некоторые химические опыты, дабы выявить состав камня, он превратился в воду с примесями серебра. Если вы знаете или догадываетесь, какого происхождения этот камень или знаете лиц, владеющих подобными драгоценностями, прошу вас, умоляю вас, ответьте!
Я сделал несколько невольных шагов к Рудовскому, а тот изменил своё положение, выпрямившись и прижавшись к спинке дивана. По его взгляду трудно было определить, понимает ли он хотя бы одно моё слово.
— Молодой человек, — медленно проговорил Кирилл Александрович, — молодой человек… мне кажется… — тут он вдруг поднялся и грозно посмотрел мне в глаза, — я думаю, вы блефуете.
— Что… — сорвалось с моих губ, и теперь пришёл черёд удивиться мне.
— Я думаю, сударь, что вы больны, вы бредите, а пистолет… дайте его сюда… пистолет не заряжен, если он вообще настоящий. Дай сюда! — заорал Рудовский мощным баритоном так, что звякнул в шкафу хрусталь.
Ещё одно мгновение, и Кирилл Александрович бросился бы на меня и попытался бы разоружить. Я уже чувствовал, как тело его теряет равновесие, устремляясь вперёд. Я поднял пистолет, направил его на окно и нажал на курок. Грохнул выстрел, посыпались стёкла, а за стенами завизжала женщина. Рудовский вздрогнул то ли от выстрела, то ли от поданного женщиной голоса.
— Вы забываете, — прошипел я, бросая на пол один пистолет, выхватывая другой и направляя в грудь Рудовского, — забываете, что своими необдуманными действиями можете лишить жену мужа и дочь любящего отца. Отвечайте! — голос мой пылал гневом. — Говорите, что вы знаете о камне, состоящем из воды! Немедленно!
— Я… я… — заикаясь, начала Кирилл Александрович.
— Сядьте! — рявкнул я.
Не дожидаясь, пока Рудовский упадёт в изнеможении на диван, я с помощью заклинания передвинул тяжёлый комод под дверь.
— Мне кажется… кажется…
— Пустите! — послышался испуганный голос за дверь, сопровождаемый ударами слабых женских кулаков.
Рудовский заворожено смотрел на дверь.
— Говори! — зашипел я и со щелчком снял пистолет с предохранителя.
От щелчка Рудовский задрожал мелкой дрожью. На морщинистом лбу его выступили капли пота.
— Мне кажется… — сухими губами проговорил Кирилл Александрович, едва слышно, — вы говорите о… о росе Лунного Древа.
— Роса Лунного Древа? — переспросил я.
— Пустите, пожалуйста,
— Я слышал о ней… давно, но ни разу не видел.
— Где же растёт Лунное Древо?
— Разумеется, в Лунном Царстве.
— Где это?
— Я не знаю, — скорчился Рудовский. Он был уверен, что я начну кричать и угрожать ему, пытаясь вырвать у него то, чего он не знает. Слёзы брызнули у него из глаз, и теперь он совсем не походил на грозного специалиста по Уралу. — Не знаю… Прошу вас…
В коридоре послышался шум.
— Тут! Тут! — закричала в припадке женщина и, наверное, упала на пол без чувств.
— Я верю вам, — сказал я.
Коридор наполнили какие-то люди.
— Откройте! — рыкнул голос, привыкший повелевать.
Рудовский ещё сильнее прижался к спинке дивана. Он полагал, что я буду прикрываться ним. Но я только отошёл на середину комнаты.
В дверь ударили, и комод ссунулся по ковру. Этого оказалось достаточно, чтобы незнакомец в жандармской форме прошмыгнул в кабинет.
— На месте! — крикнул человек, нацелив на меня пистолет.
Но какое мне дело до угроз? Меня занимало уже только одно — полёт.
* * *
Авенир остался доволен тем, как я пользовался его способом трансгрессии, выпутываясь с его помощью из самых безвыходных ситуаций. Он пребывал в хорошем расположении духа, потому что с усмешкой и только для порядка погрозил пальцем, когда я рассказал ему, как, воспользовавшись умывальной водой, я изменил себе внешность и пару раз хорошенько подкрепился в харчевнях своими любимыми сытными блюдами.
— Лунное Древо? — как и я, переспросил старец, услышав это диковинное название, и долго шкрябал толстыми ногтями подбородок. — Должно быть, так зовётся некая магическая вещь, а впрочем, утверждать не буду. Лунным Древом действительно может оказаться дерево, только какое-нибудь не обычное.
— Где же мне найти о нём сведения? В Императорской библиотеке?
— Попробуй, — пожал плечами Авенир. — В противном случае, у меня есть на примере один сударь, который точно ответит на наш вопрос.
— Так давайте…
— Нет, нет, нет! — запротестовал старец. — Сначала попробуй в библиотеке разузнать. Заодно и потренируешься в трансгрессии. Возблагодари Небо, если не придётся обращаться к этому любопытнейшему субъекту!
Меня озадачила фраза Авенира и заинтриговала. Я решил сначала отдохнуть, а уж во второй половине дня, ближе к сумеркам, отправиться в Императорскую библиотеку.
Но там меня ждал провал.
В тёмном каменном переулке, где не было ни одной живой души, я плеснул себе в лицо умывальной водой, вытерся платком, вынул из кармана крошечное зеркальце и кивнул, довольный произошедшей переменой. После этого я хорошенько отряхнулся и под видом добродушного господина, беззаботно прохаживающегося по расчищенным от снега тротуарам, добрёл до библиотеки. Войдя в хорошо натопленное просторное помещение, я лениво огляделся и подошёл к единственно свободному работнику библиотеки.