Креативщик
Шрифт:
– А меня другое всегда занимало, – Майк говорит. – Кто на самом деле президента Кеннеди убил? Вы-то наверняка знаете.
– Конечно. Убил его Ли Харви Освальд, который получил задание от русских, в Москве. В КГБ обиделись на Кеннеди, что он их ракеты в 62-м году с Кубы попер. ФБР «русский след» почти сразу раскопало, но решили шума не поднимать. Иначе точно разразилась бы третья мировая война. Ядерная. Договорились по-тихому: русские сняли слишком ретивого шефа КГБ, а ФБР руками своего агента грохнуло Освальда. Чтоб не болтал
Все это агент выдает с ходу, без запинки. А потом лифт останавливается. Приехали.
Выходят они в полутемный такой зальчик. На сцене, в луче, стоит Мерилин Монро и поет «I wanna be loved by you». Грим актрисе сделали суперский – вообще не отличить. Ну а голос, ясное дело, в записи.
Майк застыл.
– Идите, – подталкивает его хвостатый. – Вон ваш столик.
На столике свеча, приготовлен бокал: виски, два кубика, ломтик лимона. Майк садится, но не пьет, смотрит только на сцену. В зальчике еще какие-то люди, немного.
Вот она допела, все хлопают.
Мужик какой-то, с бриллиантовым перстнем, приподнимается, кричит:
– Киска, садись ко мне!
И другие тоже зовут.
Мерилин Монро посылает им свой знаменитый воздушный поцелуй, улыбается, спускается в зал. Проходит, шутливо бьет пальчиками по протянутым к ней рукам – и садится к Майку, хотя он помалкивал и ее не зазывал.
– Мать твою, как же я устала, – говорит она, потирая висок. – Что это у тебя? Виски? Я отопью?
Он смотрит на нее, закоченев. Она, действительно, фантастика, до чего хороша. Кожа прямо светится, зубы – как только что вынутый из раковины жемчуг (извини за банальное сравнение, но лучше не скажешь). А глаза грустные-грустные.
– Ты хороший, – говорит Мерилин. – Поэтому я к тебе и села. И тебе тоже одиноко в этом паршивом кабаке. Я немножко колдунья, я многое вижу. Ты кого-то любил, а тебя предали? Со мной такое сто раз случалось, а привыкнуть все равно нельзя. Если случится в сто первый раз, я руки на себя наложу. Честное слово.
Она отдает ему бокал.
– Я почти все выпила, но тут еще немножко осталось… Что ты на меня так смотришь?
Тогда Майк осторожно дотрагивается до ее руки, словно хочет проверить, настоящая она или нет.
Она просит:
– Закажи, а?
Он щелкает пальцами, и минуту спустя подлетает хвостатый, который уже переоделся официантом. На подносе у него два бокала.
– Ты на меня смотришь, как будто влюбился с первого взгляда, – говорит она и водит пальцем по его ладони. – Только я не верю в любовь с первого взгляда. А ты?
– Верю.
Майк пожирает ее глазами и, кажется, не очень слышит, что она ему говорит.
– Если честно, я тоже. – Мерилин Монро улыбается ему так доверчиво, прямо по-детски. – И ты мне нравишься. Можно, я положу тебе голову на плечо?
Кладет, прикрывает глаза.
А
Майк курит, вид у него, как у сытого кота.
– Все бы были такие мертвые, – шепчет он.
– Что, милый? – Мерилин приподнимает голову. – Мне так хорошо… Но я пойду. Ты любишь спать один, я знаю. Отвернись, а то я стесняюсь. Я всегда стесняюсь, если мне кто-то очень-очень нравится.
Он поворачивается на бок. Слышно, как шуршит одежда. Майк берет и прижигает сигаретой себе руку. Вскрикивает.
Обернулся – ее уже нет. Упорхнула.
Он лижет обожженное место. Вдруг вздрагивает – в дверях стоит агент. Он в чем-то черном, облегающем, так что его в темноте почти не видно, и сколько он там торчал, неясно.
– Как мечта? Не разочаровала?
– Нет. Мерилин еще лучше, чем я воображал. Она совсем не такая, как про нее пишут. Она… беззащитная. Я ее еще увижу?
– Хоть каждый день, – смеется этот. – Душновато здесь. Комната от страсти раскалилась, прямо сауна. Подышим воздухом?
Они проходят через соседнюю комнату, большую гостиную, на террасу. Внизу ярко освещенная улица. Машины, люди.
Сверху нависает скос крыши – это последний этаж.
– Другие мечты? – спрашивает хвостатый. – Грезы? Сны? Фантазии? Что угодно.
Майк:
– И так будет всегда? А когда у меня желания кончатся?
– Появятся новые. Жизнь ведь не кончилась. Просто она стала другая. Считайте, вам вышел апгрейд.
– Ну а потом что?
– Когда настанет «потом», тогда и поговорим. Это у вас оттуда привычка осталась, всё в завтра заглядывать. А нет никакого завтра, сплошное сегодня. Итак, какой следующий заказ?
– Даже не знаю… Всегда хотел на Северном полюсе побывать. Сам не знаю, почему.
Агент делает пометку в блокноте.
– Не проблема. Дальше.
– А на Луну слетать можно?
– Хоть на Марс. Только придется курс физподготовки пройти. Космический полет – это большие нагрузки.
Майк удивился:
– Разве у вас тут действуют те же законы физики?
– В принципе да. Но не все и не всегда.
– Как это?
– Например, у нас можно летать, – смеется агент. – Без всего. Просто так. Показать?
Влезает на перила, делает шаг – и зависает в воздухе, слегка раскачиваясь.
– Здорово! – У Майка прямо крышу сносит. – Вспомнил! Мне во сне часто снится, что я летаю. Падаю в пустоту, расставив руки, и парю. Это так здорово!
– Проще простого. – Хвостатый манит его рукой. – Давайте ко мне.
Через перила Майк перелез, стоит в халате. А расцепить руки боится.
– Что же вы? Смелей!
– …Не могу… Страшно…
Вниз заглянуть – действительно, жуть. Там остановились люди. Задрали головы, что-то кричат, размахивают руками.