Кража с обломом
Шрифт:
Маришин аргумент показался мне весьма сомнительным, но она так горячо отстаивала его, что я махнула рукой и вторично попыталась выяснить, что же мы тогда тут делаем.
— Как ты не понимаешь? — досадливо проговорила Мариша. — Мы ищем Мишкиных друзей.
Я хотела сказать, что для меня такой способ внове, что если мне нужен человек, то я сажусь за телефон и начинаю обзванивать всех наших общих знакомых и рано или поздно натыкаюсь на такого знакомого, который может мне помочь. Но Маришин способ на поверку оказался более продуктивен, потому что вместо одного знакомого мы нашли сразу пятерых
— Как хорошо, что мы вас встретили, — жизнерадостно произнесла она. — Просто удивительно, как нам повезло!
Мрачные лица всей пятерки явственно указывали на то, что они ее радости не разделяют, но Мариша была выше таких пустяков.
— Решила навестить Мишку, — как ни в чем не бывало сообщила она всем пятерым. — Соскучилась и приехала, но приехала не только потому, что соскучилась. Хочу у него выяснить одну вещь про одного его знакомца. Он мне подкинул кое-что, так пусть Мишка что-нибудь с этим придумает.
При этих словах по суровым лицам мужчин должна была разлиться трогательная печаль, но вместо этого они заволновались и начали смущенно переглядываться. Решив, что они таким образом выражают свою тревогу за судьбу друга, я не стала реагировать на их поведение.
— Когда-то у Мишки был один дружок, с которым они потом поссорились, так я думаю, что могу кое-что порассказать про этого типа, особенно после того, как он мой дом приспособил под склад, — продолжала тем временем щебетать Мариша, упорно не замечая, что ее собеседников охватывает настоящая паника.
Они начали судорожно сглатывать и переминаться с ноги на ногу, как люди, которым срочно надо уйти, но с другой стороны, надо остаться и обязательно дослушать и они не знают, как лучше поступить.
— В милиции я пока ничего не стала говорить, — продолжила Мариша, — но думаю, что если он не угомонится, то мне придется это сделать.
При этих словах нервы самого худосочного типа не выдержали, и он нетвердым шагом устремился прочь.
— Так я хотела у вас узнать, как к Мишке попасть, — проводив взглядом дохлятика, продолжила Мариша.
— К нему не пускают, — поспешно проговорил бритый наголо мужик, одетый в зеленый в елочку костюм и сплошь увешанный золотыми побрякушками и потому напоминающий новогоднюю елку.
— Не пускают, — после минутной паузы подтвердил другой, золота на котором было меньше, но зато он был с мобильником и ключами от «Мерседеса». — Но ты же нам не чужая, мы тебе поможем.
Сделаем тебе свиданку. Как с тобой связаться?
Тут сумка с Диной случайно соскользнула у Меня с плеч, и кошка выскочила из нее на потеху окружающим. Пока мы ловили ее и водворяли обратно, я успела шепнуть Марише:
— Не вздумай проболтаться про то, где мы живем.
— Так где вы остановились? —
— Сейчас мы живем у одной моей приятельницы, но телефона у нее нет, — брякнула Мариша, и я мысленно закатила глаза.
Парни тоже удивились, что, оказывается, в столице еще сохранились островки, не охваченные благами цивилизации.
— Наверно, за городом? — проявил один из них чудеса смекалки.
— Точно, — с видимым облегчением подтвердила Мариша. — Я вам сама позвоню. А что с Мишкиной квартирой?
При этом я еще глубже закатила глаза, а пятерка парней, не так давно превратившаяся в четверку, многозначительно переглянулась.
— Он ее мне продал, — любезно пояснил парень с мобильником. — Буквально успел за день до того, как его сгребли.
— А мебель? — продолжала любопытствовать Мариша.
— Мебель он продал еще раньше, — голосом, ставшим совсем сладким и приторным, как патока, пояснил счастливый обладатель золотых украшений.
— Что же, он заранее знал, что его посадят и что ему деньги на адвоката понадобятся? — удивилась Мариша.
Этот вопрос почему-то сильно засмущал наших собеседников, они начали вертеть головами и делать отчаянные знаки кому-то, умоляя неизвестного подождать их или, наоборот, присоединиться к ним.
— Так мне с Мишкой позарез поговорить надо насчет нашего питерского знакомца, — повторила Мариша, видя, что они вот-вот сбегут. — А в милицию идти с этим не хочется, там мне не поверят.
Все четверо кинули на нее взгляды, ставшие совсем уж затравленными, обладатель мобильника сунул ей в руки бумажку с наспех нацарапанным на нею номером телефона и, не попрощавшись, но посоветовав в милицию не ходить, кинулся прочь.
— Нервные они какие-то, — недовольно отметила Мариша, когда мы остались одни. — Столько лет не виделись, а они даже времени не нашли, чтобы поболтать.
Больше к нам в этот вечер никто с непристойными предложениями не приставал. Возле нас образовался почтительный вакуум. И мы закончили прогулку вполне спокойно. Вернее, Мариша пребывала в покое, а я, наоборот, к концу прогулки начала здорово нервничать. К нам прилип один тип, который пристроился за нами сразу же после исчезновения Маришиных друзей. Выглядел он до крайности отвратительно. То есть настолько, что по сравнению с ним даже бритая горилла, выполнявшая роль телохранителя при обладателе мобильника, показалась бы красавицей. В том хотя бы была здоровая мощь зверя, а этот выглядел словно маринованный огурец, вытащенный на тарелку из родного маринада и забытый там на целую ночь. Так вот эта тщедушная личность не спускала с нас глаз и следовала за нами по пятам.
Сначала я решила, что он просто гуляет в том же направлении, что и мы, но когда мы сделали несколько десятков поворотов, посидели в паре кафешек и сделали пару пересадок на метро, а этот тип все еще следовал за нами, мне стало не по себе.
— Мариша, — отведя ее за колонну, суровым тоном сказала я. — Только не падай в обморок, но за нами увязался маньяк.
Мариша в обморок падать желания не проявила, зато пожелала узреть маньяка собственными глазами.
— Какой-то он дохлый и сморщенный, — недовольно отозвалась она о внешности нашего преследователя.