Края выбора
Шрифт:
Следующим объектом был склад стройматериалов. Азата направили к менеджеру в офис.
– Добрый день! Вам куда? Вы по записи? – поинтересовалась молодая сотрудница с тонким голоском в деловом черном костюме.
– Нет. Я не знаю, я по объявлению грузчиком.
– Нужно было заранее позвонить. Сейчас вас принять не могут.
– У меня пока нет телефона, я сразу пришел.
– Нужно записываться. Та-ак… – девушка направила взгляд в монитор, – на послезавтра. Вот, можете заполнить анкету, я передам менеджеру по кадрам.
Азат рассмотрел поданную анкету. «Анкета для грузчика? Что за бред», и решил отказаться, посчитав, что это пустая трата времени. Из карты место было вычеркнуто.
Следующим пунктом
– Здрасьте. Мне нужно в строительную фирму. По объявлению. Это же здесь? – поинтересовался Азат.
– Ну, есть тут какая-то, – поступил вялый и ленивый ответ.
– Как пройти?
– На пятом этаже вроде.
– Понятно.
Лифт оказался тесным для группки из нескольких пассажиров, которая рассыпалась по этажам. Азат торопливо вышел оттуда, жадно вдыхая кислород. В стандартном для офисного здания белом коридоре с одинаковыми дверьми цвета венге и позолоченными номерами офисов каждый шаг сопровождался эхом. Отличиться здесь можно было только опознавательной табличкой, и то такая была не везде, а некоторые кабинеты и вовсе пустовали с момента сдачи объекта. Возникало ощущение, как будто попадаешь в белый куб. Вот, «ООО „Скорострой“» со слоганом «Скорее, чем вы рассчитываете».
Он постучался и вошел. В маленьком кабинете сидело всего два человека за рабочими столами, мужчина и девушка. Очевидно, начальник с помощницей.
– Добрый вечер. Я по объявлению. Сюда требуются рабочие?
– Да, проходи, проходи, – ответил мужчина среднего возраста, мельком взглянув на вошедшего и снова опустив глаза в какие-то бумажки, указал на стул. Через некоторое время он как будто резко вспомнил, что напротив ожидает человек, и продолжил. – Да! Меня зовут Владимир, я – директор.
Директор начал знакомство столь звонко, будто общался с театральной сцены. После затяжного молчания при таких звуках Азат даже глаза открыл шире, как от чашки крепкого эспрессо. В голосе чувствовался энтузиазм, который заражал позитивом и передавал улыбку. К тому же в кабинете было предельно мало мебели, пустоту хоть как-то заполняла лишь пальма в углу, а о недавнем переезде говорил бедлам у стены из коробок.
– Светлана, ты заказала кулер? И этот еще, как его… У рекламщиков спроси, что там с нашим баннером. Пока не рявкнешь, не дождешься.
– Заказала,
Владимир Витальевич помотал головой, переключился на посетителя:
– Так. На чем мы?.. Да! Расскажите о себе, молодой человек. Чем раньше занимались? Почему сюда пришли? – и снова принялся бумаги. – Я вас внимательно слушаю… – добавил он протяжно.
На этот раз Азат постарался подготовить более-менее сносную речь:
– Я – Азат. Раньше помогал отцу в мастерской, он обувь ремонтирует. Тогда ремонтировал. Потом в магазинах товар выгружал. И вообще, разным понемногу.
– В строительном деле есть опыт?
– Нет, но я бы хотел научиться.
Директор оторвался от своих дел, открыл рот, собираясь что-то сказать, но задержал взгляд на лице Азата молча. Потом указал на дверь:
– Выйдем, потолкуем.
Надо заметить, директор обладал прекрасной памятью на лица.
Они вышли из кабинета, и директор молча, вальяжной походкой с руками в карманах, медленно направился к раскрытому в конце коридора окну. В помещение вошел горячий воздух, слегка доносивший запах города. Отсюда открывался самый обыкновенный вид, ничего особенного: торговые комплексы, новостройки, загруженная дорога со светофорами, снующие туда-сюда жители и гости разных мастей. Но именно этот вид демонстрировал типичный и отточенный по часам образ жизни большинства, от которого так старательно пытаются отойти продвинутые мечтатели.
Лицо Владимира Витальевича приняло серьезный и в то же время спокойный вид, как будто из кабинета вышел совершенно иной человек. Он смотрел куда-то вдаль с задумчивым видом.
– Знаешь… Ничего особенного, ничего удивительного в этом нет. Нет… Моя молодая помощница – ты ведь заметил, что она очень молодая? – она небестолковая, но попала в бестолковую волну манагеров. Я пристроил ее сюда, потому что племяннице друга нужна работа. Ее прошлое чистое. И мозг такой же. Не хотел ее пугать, так что лучше тут поговорим.
– Вы о чем? – Азат насторожился, по рукам прошло напряжение.
– Посмотри на этот город. Муравейник. Хорошо, что мы не знаем историю каждого, на пустой страх отвлекаться меньше будем. Здесь сотни таких, как она, и намного меньше таких, как ты.
– Я не понимаю. Вы меня знаете?
– Я был тогда в судебном зале, лет пять назад. Или четыре? Да, точно, четыре.
Азат обратил на него вопросительный взгляд.
– Не имеет значения. Короче, подобные места мне надоели. Я ушел в бизнес полностью, раньше он был зарегистрирован на жену, теперь все переписано на меня. Да, так живется куда приятнее. А тюрьма способна на исправление личности. Она дает много времени на осмысление. Так вот. Ты ведь давно понял, что теперь запросто в так называемое приличное общество со своим прошлым не войдешь, да? Но ты пытаешься. Ты готов жить с ЭТИМ прошлым. Это хорошо. Если мы, не будем давать шанса таким, как ты, общество лучше не станет. И все же я не готов рисковать. Во-вторых, новостройки – это всегда большие деньги. При всей твоей возможной честности, если кто узнает прошлое, непременно найдется кто-то, кто этим воспользуется. В строительстве часто деньги «куда-то деваются». Я слишком многословен, да? Ну, ты меня понял.
– Вы говорите, что нужно давать шанс. Так дайте мне его. Я быстро учусь. Хотя у меня нет диплома, но я смогу, – это звучало по-детски наивно, и Азат сам себя почувствовал маленьким мальчиком рядом со взрослым дядей.
– Погоди, погоди, не спеши. Я давно в строительной сфере. Где только ни работал и встречал разных людей. И бывших преступников в том числе. Говорят, бывших не бывает, да? Но я знаю, что бывают. У каждого свои причины на отступление от морали. Пока я еще не в числе тех, кто способен дать шанс. Это деловой город. Тем более могу найти людей с опытом.