Края выбора
Шрифт:
– Ты знаешь, почему я на это пошел, – спокойно ответил Азат.
– Знаю. Знаю, Азат. Но ты посмотри на это с моей колокольни! – он бросил взгляд на дверь сел ближе к собеседнику и почти перешел на шепот. – Если узнают, что в моем кругу вор… У меня жена с двумя маленькими детьми. Думаешь, квартира эта легко досталась?
– Сбылась мечта о трешке? – спросил Азат.
– Послушай…
– Я тебя понял. Можно переночую только ночь и уйду? Этим же утром, – спросил Азат.
– Нет. Извини, нет.
– Я тебя понял, – усмехнулся Азат и, не допив, бросил бутылку в урну.
Азат уже поднялся, когда Юра сказал:
– Эй, у меня есть знакомый, директор общежития. Скажи, что от меня, но о прошлом
Азат записал номер и адрес на последней странице потертого блокнота.
– Ладно, и на том спасибо, – ответил он, махнув рукой на прощание.
– Удачи. – Юра посмотрел ему вслед с минуту и, глядя в пол, направился домой сутулой походкой.
Ни то чтобы Азат рассчитывал на распростертые объятия, но очень надеялся на одну ночь. Действительность придется просто принять, этого никто не отменял. Азат стал размышлять, воспроизводить в голове наиболее яркие моменты той дружбы, которая, казалось, будет самым постоянным в его жизни. Вообще-то, Юрий был не из мажоров и страшно боялся потерять свою удачу. Он выучился в майкопском колледже на программиста, потом дистанционно работал с несколькими фирмами. Одним из рабочих объектов через знакомство стала сеть городских ветеринарных клиник. Там он и сорвал куш в виде дочки главного ветеринара, который подарил ей трехкомнатную квартиру на совершеннолетие. Позже они поженились. Потом Юрия устроили в штат в агентство по созданию сайтов, где он успешно втерся в доверие директора и чудесным образом получил должность заместителя. Главным страхом программиста было лишится всего этого. Хорошая работа, общество, размеренная жизнь по расписанию – он не мог себе позволить расстаться хоть с чем-то. Вообще, со стороны родственников жены перепадало немало «плюшек». Все это делало его должником и накладывало обязанность не оплошать. Весь его круг заключался в одном ключевом понятии – выгода. Юность закончилась, и Азату больше нечего делать в этом кругу. Юрий относился к той категории людей, которые фильтруют знакомых четко отталкиваясь от обстоятельств.
«В общежитие уже завтра. Черт, надо было попросить у Юры позвонить!» – вспомнил Азат. Что же, разнообразие города к вашим услугам! Вечерело, и температура заметно снижалась, так что думалось уже легче. Решетка предоставила много времени для размышлений, даже более чем. Теперь надо делать.
Азат вышел на главную дорогу, доверившись движению бесконечного потока автотранспорта. Через пару кварталов, ближе к аэропорту, как и рассчитывал, он нашел помещение со скромной вывеской «Хостел». Азат вошел в поцарапанную железную дверь.
– Добрый вечер.
Администратор подняла глаза и взглянула в окно, словно хотела убедиться, что действительно вечер:
– Добрый. Проходите, есть свободные места. На сколько ночей хотите остановиться? – ответила она тонким голосом.
Неожиданно для себя Азат чуть не принял ее за приведение. Молодая женщина в строгом сером платье была очень худенькой, ее тусклые впалые глаза и бледная кожа явно просили солнечного света и свежего воздуха, а собранные в гульку рыжие волосы и прямоугольные очки так и подмывали назвать ее Раисой Ивановной, учительницей математики в старшем классе.
– Пока только на одну, – прозвучал ответ с некоторым стеснением.
– На одну не принимаем.
– А позвонить от вас можно?
– Услуга только для проживающих хостела.
– Ладно. Всего доброго.
Судьба, видно, ждать до завтра. Значит, можно расслабиться. Азат свернул в ближайший двор и, использовав сумку вместо подушки, уснул до утра на скамье перед подъездом.
Глава 3
Скромным покоям общежития и
Завершив первые формальности, Азат расположился на койке. Ноги гудели от усталости. Не мешало бы освежиться. Футболка и носки липли от пота, волосы уже превратились в сосульки, но тело не хотело отрываться от кровати. И Азат отключился на час. Впервые за долгое время он не видел ни одного сна, а проснувшись, убедился в настоящем и улыбнулся реальности. Пробуждение пришло от того, что мокрая футболка остыла, стало прохладно, и вообще, запах оставлял желать лучшего. «Так. Надо срочно в душ». Сейчас он чувствовал легкость и в голове, и в теле, несмотря на то, что сам себе был предоставлен в решении задач. Вода не смоет прошлого, но она словно избавляла от его груза, давала ощущение новой жизни. Он посмотрелся в зеркало сквозь разводы. «Да».
Когда он вернулся, на прогнутой кровати уже сидел щетинистый молодой человек весьма крупных размеров, в футболке таких кислотных цветов, что глаза снова захотелось закрыть. Он почесывал вспотевшую щеку, почему-то раскрыв рот, и пристально смотрел в экран блестящего ноутбука. Рядом стоял увесистый рюкзак походного типа. Через секунду он отреагировал на посторонние шаги:
– Салют! Я – Роман. Сосед твой, – на круглом лице нарисовалась поистине голливудская улыбка, превращая ее носителя в настоящего обаяшку.
– Азат, – беседовать абсолютно не хотелось и нужно было срочно что-то придумать.
– Тут как-то плохо проветрено, чуешь? И вай-фай, блин, ни о чем. Как вообще им можно пользоваться! Вот же занесло. Ты тут надолго? – продолжал Роман.
Азат взглянул на открытое окно. Сквозняка совсем не было.
– Не знаю, пока на месяц, скорее всего, там видно будет, – ответил он толстяку.
– Я бы тоже дольше тут не торчал. Прикинь… – Сожитель что-то рассказывал, восклицая едва ли не через слово. Азат не слушал. – Завтра, сказали, освободится комната для одного, я туда перебазируюсь, – закончил Роман.
– Тут много таких комнат, на одного? – спросил Азат.
– Две вроде, сказали. На этаже.
Азат накинул рюкзак на плечо и поспешил выйти во избежание вопросов к своей персоне. Тем более на улице уже было прохладнее. Нужно собраться с мыслями, тут все равно не дадут.
Завтра же с утра выходить в люди. Столько времени прошло вне обычного, повседневного для большинства общества. Какое оно сейчас? Несмотря на каждодневное ожидание свободы, к ней нужно было снова привыкнуть. Хотя четыре года сравнительно малый срок, в стенах тюрьмы свое время идет медленнее, а тенденции – быстрее. Чем дольше вне мира, тем ощутимее малейшие изменения цивилизации; стоит слегка отвлечься – ты уже отстал. Телевидение мало спасало от этого. Теперь нужно было побороть страх, чтобы выйти на улицу. Этот город был для Азата чужим, молодой человек еще не знал, кем здесь нужно быть, чтобы избежать дна жизни. И первым шагом решено было играть. Сейчас старая отцовская гитара единственное, что он имел. Когда-то мужчина сказал своему сыну: «Иногда только музыка может остаться твоим другом и даже вытащить из дыры». В последнюю встречу он с надеждой подарил свою гитару преступнику, злясь и одновременно жалея его.