Кратос

Смит Т. Л.

— Я скажу тебе то, что знаю — и это совсем немного — но ты должен уйти и больше не возвращаться.

Кивнув головой, я терпеливо жду. Я могу сказать, что он не хочет давать мне никакой информации, но также видно, что он умный парень, так как понимает, что я уничтожу его и его людей, если он не сделает этого.

— Мы видели его не дольше пары секунд. Джованни приходит сюда, только чтобы взять свои деньги. Но каждый раз он делает это по-разному. В последний раз, когда он был здесь, разговаривал с японкой. Он сын Альберто и был следующим на очереди к верхушке. Это все, что я знаю.

Моя

кровь кипит, эта чертова сука. Я порежу ее на клочки. Но оставлю в живых, просто чтобы Элиза смогла помучить стерву за то, что она насмехалась над нами. И сын Альберто, вероятно, такой же дебил, каким был и его отец. Я убью их всех, если они причинят боль моей Принцессе. К черту! Я убью их в любом случае, за то, что они подумали, что могут прикоснуться к ней. Повернувшись к мужчинам спиной, иду к машине. Направляясь в дом Наоко, набираю Контоса и жду его ответа.

— Встреть меня у Наоко, — говорю и вешаю трубку.

Он не тупой, даже может сделать все до того, как я приеду. Я просто надеюсь, Контос не убьет ее, прежде чем я позволю своей Принцессе сделать это.

Как только добираюсь до назначенного места, вижу, что Контос уже тут. Я знал, что он будет здесь раньше меня, и теперь думаю, что, наверное, должен был подождать, прежде чем звонить ему. Только Богу известно, что творится там, куда я собираюсь войти.

Открыв дверь в дом, слышу крик Наоко. Я пробираюсь внутрь и вижу ее привязанной к стулу. Она замечает меня и ее широко раскрытые глаза просят меня о помощи. Должно быть, женщина действительно потеряла рассудок, если думает, что я ей помогу. Бл*ть, да единственная причина, по которой я не убиваю ее прямо здесь и сейчас, состоит в том, что хочу сделать счастливой свою Принцессу. И чтобы это сделать, я разрешу ей помучить и выбить все дерьмо из Наоко.

— Стефано, ты должен сказать ему, что я ничего не сделала, — умоляет она меня.

Как только я подхожу ближе, вижу нож, торчащий в ее ноге. Это заставляет меня улыбаться. Моя Принцесса очень похожа на своего отца.

— Бл*ть, не лги мне Наоко, — рычу я и смотрю как Контос поворачивает нож, заставляя ее кричать еще громче. — Теперь скажи мне, Наоко, какую информацию ты дала Джованни?

Она смотрит на меня сквозь слезы, и я вижу тот момент, когда понимает, что ее поймали. Наоко больше не может мне лгать. Очевидно, этот мужчина пошел на многое, чтобы заставить ее молчать, и когда я произнес его имя, она поняла, что я кое-что знаю.

— Я сказала ему совсем немного, клянусь, — снова умоляет она.

— Даже немного слишком много в этом случае, грязная ты сука. Знаешь, кто я? Ценишь свою долбанную жизнь? Я разделаюсь с тобой лишь за упоминание ее имени. Теперь выкладывай, что, черт возьми, ты ему сказала? — Контос явно в бешенстве, он стоит нос к носу перед ее лицом.

— Он спросил о ней, и я рассказала, что встретила ее через тебя, — говорит она, смотря на меня. — Он был очень любопытен. Я не понимала, почему. Джованни

обвел меня вокруг пальца. Он очень очаровательным, — выдает женщина и смотрит вниз, будто осознала это только прямо сейчас.

— Меня не волнует, насколько он очарователен. Что ты сказала ему? — спрашиваю я.

— Где вы с ней живете.

Гребанная сучка только что подписала себе смертный приговор. Контос уже тянется, чтобы достать свой пистолет и убить ее, но я его останавливаю. Он озадачено смотрит на меня, когда я, улыбаясь, поворачиваюсь к Наоко.

— Кринос повеселится с ней позже. Это ей будет нужно, — дразню я.

Контос с пониманием кивает и указывает своим людям схватить ее, после того как вытаскивает нож из ее ноги, заставляя ее орать в агонии.

— Нет, ты не можешь этого сделать. Она будет мучить меня, — умоляет она, только все это ни к чему. — Я могу помочь выйти на него! — кричит Наоко, когда мы почти у двери. Мы с Контосом в унисон разворачиваемся и смотрим на нее.

Ей же лучше, чтобы она смогла это сделать.

— Но сначала ты должен пообещать мне, что не позволишь ей убить меня.

Ах, умная девочка, но недостаточно.

— Хорошо, теперь свяжись с ним, — говорит Контос.

Мэтт развязывает ее и она медленно приближается к своему телефону, и садится на диван, обливая его своей кровью.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Наоко говорит нам, что он будет ждать на их обычном месте. Она не спрашивает его об Элизе, только сообщает ему, что у нее есть новая партия.

Так вот кто ее новый клиент!

Она уже собирается положить свой телефон себе в лифчик, когда Мэтт выхватив его бросает через всю комнату и поднимает ее на ноги. Наоко кричит от боли, но его это не заботит.

— Куда ты меня тащишь? Ты же сказал, что не убьешь меня, — кричит она, когда ее выносят из комнаты.

— Мы и не будем, но, возможно, Кринос захочет с тобой поиграть, — ухмыляясь, говорит ей Контос.

Женщина бросает на него ненавистный, хмурый взгляд, прежде чем поворачивается ко мне.

— Ты не можешь позволить отдать ему меня этой Принцессе мафии. Я знаю ее, она, бл*ть, будет пытать меня. Ты не можешь этого допустить, Стефано, — умоляет Наоко, но она не получает то, что хочет — ее просто проигнорируют.

— Ты подписала себе смертный приговор в ту минуту, когда открыла рот и рассказала о ней. Просто будь благодарна, что я не убил тебя сам.

— Быть благодарной? Благодарной?.. Ты тот гребанный ублюдок, что привел ее в мою жизнь. Моя жизнь была бы чертовски отличной и без этой мафиозной сучки рядом. Она полностью контролирует тебя, как киску, — она обижена и сердита сейчас, пытаясь спровоцировать меня, чтобы я убил ее, и Элиза не смогла помучить ее мерзкую задницу. Но кто я такой, чтобы отказывать своей Принцессе в чем-либо? Она получает все, что ее может чертовски сильно обрадовать.