Красные нити
Шрифт:
— Так что я нисколько не удивлена, Роджеровна, — усмехнувшись, проговорила Логинова. — Ты не умеешь быть равнодушной…
Она замолчала, вздохнула.
— Это плохо? — с робкой улыбкой спросила я.
— Это неудобно, — пренебрежительно ответила Лерка. — Ты не знала? Люди не хотят добрыми, не потому что они все угрюмые злюки, а потому, что быть бессердечным эгоистом куда комфортнее и проще.
— Лер, — хихикнула я, — в тебе пропадает мудрый философ…
Логинова рассеяно кивнула.
— Я завтракаю чаем с сигаретой, пью Chesters Cherry и пишу рок-песни… Разве может быть по-другому?
Тут мы обе громко засмеялись. На нас
Допив горячий шоколад мы вышли из кафе. Лерка, явно красуясь, достала ключи от автомобиля, и нажала на кнопку сигнализации.
Стоявший неподалеку чёрный (конечно же чёрный!) Subaru Forester приветливо отозвался. Этот предмет личной гордости Лерки появился у неё чуть больше месяца назад. Когда усилиями многочисленных родственников семьи Логиновых, и стараниями знакомого диллера дяди Сигизмунда, Лерка прямиком из Японии получила относительно новый Субару. Сама модель была выпущена в далеком в две тысячи десятом. Но при этом внедорожник был в отличнейшем состоянии, и с минимальным пробегом. Тут ещё удачно совпало, что незадолго до Леркиных именин в Госдуме наконец-то приняли закон о предоставлении прав на вождение лицам от шестнадцати лет* (Автор в курсе, что подобного закона в реальности не принимали, но автор позволила себе немного пофантазировать на эту тему). А Лерке пятнадцатого декабря, как раз грянуло шестнадцать. В общем радости моей лучшей (а по сути единственной) подруги в тот день не было предела. Лерка орала от счастья, прыгала вокруг автомобиля, снова орала, визжала от восторга, и не переставая оглядывала свой подарок. Меня она чуть не задушила в объятиях, хотя единственная моя заслуга заключалась в том, что я упросила дядю Сигизмунда потратить время и задействовать свои связи. Ну, правда мне пришлось два месяца в буквальном смысле батрачить в мастерской на всех видах работы, плюс готовка, походы в магазин, стирка и так далее. Словом, я Леркин подарок в буквальном смысле, простите за выражение, отработала.
Мы забрались в автомобиль. Я пристегнула ремень, а Лерка закинула в рот жвачку, выжала сцепление и завела двигатель.
— Ну, что? — кивнула я на рычаг КПП, за который взялась Лерка. — Я ведь была права, когда убедила тебя согласится на механику?
— Да, — усмехнулась Логинова, — признаю. Когда научишься ею пользоваться реально комфортнее автомата. Да и тачка бабла меньше жрёт.
— И проходимость лучше, чем у седанчиков с автоматом. — со смешком добавила я. — Дороги у нас местами хорошие, а местами только для танков.
— Причем только для русских, — хмыкнула Лерка.
— Ну, другим тут и делать нечего, — резонно заметила я.
— Точно, — согласилась Логинова.
Лерка аккуратно выехала с места парковки, и влилась в общее дорожное движение. Водить Лерку, кстати учила я. Ещё задолго до появления у нее автомобиля, и, разумеется, с позволения дяди Сигизмунда. Иначе ей, как и большинству новоявленных водителей пришлось бы ездить на попсовых «автоматах».
— Не спеши, только, — попросила я, слегка вжимаясь в спинку сидения.
— Кто бы говорил! — фыркнула Лерка, — Не вы ли с Федей, месяц назад взяли без спросу Nissan Skyline и покатались на нём, пока Сигизмунд Владиславович был в отъезде?
— Это не в счет, — стыдливо ответила я. — Skyline R34-легенда… Я не удержалась…
— Сама бредишь японцами, и меня подсадила, — хихикнула Лерка.
— Ты не пожалеешь, — хмыкнула
Из воспоминаний скончавшейся Валентины Любинской, я хорошо запомнила дорогу к приюту «Зеленая колыбель». И через пару часов мы с Леркой уже ехали по широкой вымощенной старой брусчаткой дороге. По обе стороны от нас густел заснеженный лес. Приют располагался в месте соприкосновения городских окраин и лесных угодий. Из-за широкого округлого поворота, сквозь укрытые снегом переплетающиеся ветви деревьев нехотя выглянул край старинного здания из серого камня.
— Вау, — хмыкнула Лерка, когда впереди, над воротами вдали возвысилось во всей красе громоздкое здание приюта. — Ничесе…
Хотя Лерка не всегда умела широко и красочно выразить свое восхищение, в целом я была с ней согласна. Здание приюта «Зеленая колыбель» было выстроено в мрачноватом неоготическом стиле, сильно напоминающем архитектуру эпохи Тюдор. В центре здания виднелись высокие створки деревянных ворот, по обе стороны от которых не слишком сильно вытягивались узкие башни с зубцами на крышах. В белых рельефных рамах углублялись высокие окна, на всех трёх этажах. Здание растягивалось в обе стороны на несколько сотен метров, охватывая территорию никак не меньше футбольного поля. А скорее, даже больше.
Не смотря на свое величие и архитектурную красоту, здание приюта внушало зловещее и угнетающее чувство. В высокомерном и неприступном одиночестве высилось оно посреди заснувшего под снегом зимнего леса. И от взгляда на его стены в сердце проникало неугомонное тревожное чувство. Я тихо вздохнула, чувствуя, как по коже спины, прямо по позвонкам пробежала холодная щекотка. У меня создалось неприятное впечатление, что приют следит за нами. Бесстрастно наблюдает всеми десятками своих темных окон за одиноким внедорожником, посмевшим приблизится к его воротам.
Лера остановила автомобиль перед металлическими воротами, и посигналила. Я нервно сглотнула, прижала к себе пакет с подарком для Рады. Меня внезапно наполнило чувство мучительного волнения. Стало дико не по себе.
— Эй, Роджеровна, — Лерка посмотрела на меня с изучающим подозрением. — Всё в порядке?
Я мельком взглянула на нее, и быстро кивнула.
С другой стороны, к черным металлическим воротам подбежал охранник в чёрных брюках и горчичного цвета форменной рубашке с шевроном охранной компании.
У нас спросили цель визита. Я объяснила ситуацию. Охранник узнал есть ли в приюте шестилетняя Рада Любинская. А когда выяснилось, что есть, нас пропустили внутрь.
— Только пожалуйста припаркуйте автомобиль не далее вон того пруда, — охранник указал не большой заледеневший пруд в нескольких десятках метров от ворот.
— Как скажете, — притворно улыбнулась ему Лерка.
Ворота приюта открылись, мы заехали внутрь. Как и просил охранник мы остановились неподалеку от пруда, вокруг которого торчали безжизненные голые ветки кустарников.
Мы выбрались из автомобиля. Удерживая в руках пакет с подарком, я снова оглядела здание приюта. Отсюда монументальное строение выглядело ещё более угрожающе и зловеще. Хотя всё равно оставалось красивым.
Когда мы подошли к высоким отделанным деревом высоким створкам, нам на встречу вышла женщина в сером пальто. У неё были слегка взлохмаченные светло-русые волосы и очки в странной леопардовой оправе. Очки у неё были в форме CAT-EYE. Женщина была полноватой, но передвигалась с удивительно, почти парящей легкостью.