Красные нити
Шрифт:
Девушка попыталась использовать этот шанс, бросилась бежать.
Мужчина, с перекошенным от искаженным злобой лицом, резво развернулся ей в след. Сверкнула вспышка выстрела, быстро грянула ещё одна.
Я увидела, как девушка на бегу рухнула вперёд, но её поймал вбежавший в комнату Стас.
Одной рукой он держал девушку, а второй целился из револьвера.
Мужчина с заостренным лицом уже неподвижно лежал на полу. На ковре под ним быстро расширялось темное багровое пятно крови.
Потеряв на миг способность
Та была жива, но ранена. Она что-то прошептала Стасу.
Я с участливым беспокойством глядела на неё. Корнилов вдруг поднял взгляд, и посмотрел прямо на меня.
Одновременно с бурным тревожным чувством, я испытала неожиданный прилив странного радостного облегчения.
Серебристый взгляд Стаса всегда внушал особое, приятное и уютное чувство спокойствия, уверенности и собственной защищённости.
И до этого короткого мига встречи наших взглядов, я и не подозревала, как сильно соскучилась по Стасу!..
В следующий миг видение исчезло.
И первое, что я увидела, когда мир вокруг меня прояснился и мой взгляд сфокусировался, это было нависающее надо мной лицо генерала Савельева.
— Ника… — прогудел он сдавленным, басовитым голосом, и шумно вздохнул. — Чёрт, девочка… Как же ты меня напугала, а!
Я огляделась. Я полулежала в широком кресле самого Антона Спиридоновича.
От этого меня поразила дикая неловкость. Чувствуя, как запылали щёки, я попыталась подняться, но голова была ещё тяжёлой и сильно кружилась. Едва я сделала попытку подняться, как меня качнуло в бок, но стоящий рядом генерал Савельев легко поймал меня, и без труда опустил в кресло.
— Ника… — нерешительно обратился ко мне Антон Спиридонович.
— Нужно позвонить Стасу, — тихо проговорила я, и подняла взгляд на Аспирина.
Тот замер, слегка нахмурился:
— Что ты сказала?..
— Нужно позвонить Стасу! Прямо сейчас! — почти закричала я, охваченная нервными переживаниями.
— Хорошо, хорошо, — успокаивающе произнес в ответ генерал. — Сейчас… Я позвоню, ему. Не переживай, ладно? Всё будет хорошо…
— Звоните, пожалуйста, звоните ему! — умоляющим голосом просила я.
Меня пожирало паническое чувство. Хотелось услышать голос Стаса. Узнать, что на самом деле там произошло? Насколько правдиво то, что я сейчас увидела?
Аспирин, хмуро и задумчиво глядя на меня, уже набирал номер Стаса.
Эпизод семнадцатый. Ход Карабанова
СТАНИСЛАВ КОРНИЛОВ
Четверг, 21 марта
Время текло по-садистски медленно.
Если бы взгляд человека обладал физической силой, Корнилов уже протёр бы своим взглядом дыру в стене городской больницы.
Больше всего в жизни Стас всегда ненавидел ситуации, на исход событий в которых он никак не может повлиять. И сейчас как раз такое положение дел.
И сейчас ожидание становилось невыносимым. Шёл уже третий час, с тех пор, как Диану забрали на срочную операцию.
Корнилов отчаянно переживал за Злотникову. Ему было искренне жаль её. Она не должна была ввязаться во всё это, и не должна была поймать пулю!
Но госпожа Судьба, как водиться, не особо интересуется нашим мнением относительно нашего же будущего.
Конечно, помимо человеческой жалости, Стаса не меньше беспокоило и то, что девушка может умереть, так и не сказав ему имени Поклонника Елизаровой.
Сейчас, сидя в одиночестве в коридоре больницы, он мысленно ругал себя. За всё сразу. За то, что не потребовал от Дианы нужное имя сразу и на месте. За то, что оставил её одну и не учёл, что у такого могущественного криминального авторитета, как Гудзевич могут быть свои люди даже в УГРО.
Стас не мог себе простить и то, что не смог найти выход из опасного положения дел, и найти наиболее безопасный путь для возвращения в Москву с Дианой. В том, что случилось Корнилов видел исключительно собственную вину.
Он закрыл глаза, и несколько секунд прокручивал в голове всё случившееся, за последние несколько часов.
В коридоре послышались шаги, Стас оглянулся.
К нему приблизились двое врачей. Коренастый, седовласый мужчина с блеклыми глазами и второй, темноволосый, моложе и повыше.
Корнилов немедленно поднялся им навстречу.
— Нам удалось стабилизировать её состояние, — с ходу сказал седой доктор. — Но ей необходим максимальный покой и долговременная госпитализация.
Стас молча кивнул.
— Я знаю, что вы торопитесь в Москву, — продолжил уже темноволосый и более молодой доктор, — но уверяю вас, что Диане сейчас категорически не рекомендуются даже минимальные нагрузки.
— В противном случае, — снова заговорил седой хирург, — есть огромный риск возникновения коматозного состояния, в которое девушка может погрузится на… неопределенное время, с туманными перспективами выздоровления.
Слова седого доктора, и тон, какими они были произнесены, не оставляли сомнений в истинности столь мрачного прогноза.
— Она сейчас в сознании? — спросил Стас.
Доктора переглянулись, темноволосый взглянул на часы.
— Через пару часов должна прийти в себя.
— Я могу… побыть с ней? — спросил Стас.
— Конечно- мягко ответил седой врач.
Когда он вошёл к ней, девушка неподвижно лежала на больничной койки.
Корнилов осторожно присел в кресло, рядом с ней. Поддавшись странному побуждению, он протянул руку и по-отечески накрыл её маленькую ладошку.