Красные нити
Шрифт:
Вокруг меня, на ветки ближайших деревьев с криками уселись десятки птиц. Я вглядываюсь в них, в их багровые и алые перья на груди. Снегири! Я окружена стаей клокочущих и свиристящих снегирей!
Стоп!.. Сердце бьётся быстрее! Так ведь я сама и снегирь! Я — снегирь! Я теле, или вернее в сознании маленькой, красногрудой птички. В разуме снегиря!..
Пока я пытаюсь справиться с шоком от осознания внезапного открытия, в окне на втором этаже стоящего вдалеке дома происходит движение. Какой-то мужчина ходит по комнате, а потом смотрит в окно. За его спиной на кровати сидит девушка.
Я
Стас! Это был Стас! Он стоял, и с хмурым видом, глядел в окно. Затем вдруг повернулся, и подошел к девушке, что сидела на кровати.
Я чуть было не сорвалась с ветки. Хотелось полететь к нему, и скорее всё рассказать. Обо всём, что произошло, пока его не было в Москве.
Но я вовремя вспомнила, что кроме птичьего щебета и клёкота я не могу издавать никаких других звуков.
Стас послушал девушку, я видела, что она что-то рассказывает ему, опечаленно опустив голову. Корнилов выслушал девушку, и вышел из комнаты.
Я было решила попытаться подлететь поближе к дому, чтобы просто взглянуть в окно, на Стаса. Чтобы просто увидеть его… Я и не задумывалась, как сильно истосковалась по нему за то время, что мы не виделись!
Но внизу подо мной внезапно раздались поскрипывающие звуки шагов.
Я опустила голову. И увидела несколько тёмных силуэтов внизу. Они украдкой двигались, вперёд приближаясь к дому, в котором были Стас и та, не известная мне девушка.
Сердце забилось с новой силой. Электризующее кровь и тело переживание стиснуло всё мое тело.
Я посмотрела на дом, где был Стас. И снова приближающихся к нему людей. Хотя я была в птичьем мозгу, это не помешало мне узнать оружие в руках темных силуэтов.
Оружие! У них оружие! Оружие! Это враги!
У меня интенсивно пульсировали вены. Тревожное чувство раздирало меня изнутри.
Нужно предупредить Стаса! Скорее! Во чтобы то ни стало!..
Но… Как, чёрт побери, это сделать?!
Люди с оружием, тихо во тьме окружали дом, где были Стас и та, неизвестная мне девушка. Они двигались осторожно, и очень тихо подкрадывались ближе к дому. Тихо?! Тихо, значит… Ах тихо?!! В тишине?! Ведь им это важно…. Ну, хорошо-хорошо…
Я подлетела ближе к дому. Удивительно, но остальная стая снегирей так же спорхнули вслед за мной, и вновь расселись на ближайших ветках.
И в следующий миг я просто закричала… Я пыталась кричать слова, но из клюва снегиря, в сознании которого я пребывала, вырывался лишь громкий пронзительный щебет.
Мне вторили другие снегири. Через несколько секунд над небольшим посёлком зазвучал переливчатый клокочущий хор тонких свирелей и криков красногрудых птичек.
Люди с оружием внизу, непонимающе вертели головами, растерянно оглядывались. Было заметно, что они и так нервничают. А оголтелый, нарастающий и свирепый птичий крик серьёзно мешал им и сбивал с толку.
Я увидела, ближайшего человека. Он целился в дом из длинной винтовки.
Не долго думая, я подлетела с ветки и спикировала вниз. Маленький снегирь слушался меня куда лучше, чем та волчица…
Я подлетела к мужчине. Он не обращал на меня внимания.
Он вскричал, взглянул вверх. Грянул мощный выстрел. Я закричала птичьим щебетом, уронила его шапку в снег, и бросилась в сторону.
А за мной, вся стая снегирей, оглашая ночную окрестность яростным щебетом, набросилась на прячущихся между деревьями людей.
Послышались удары хаотичных выстрелов. Сев на ветку, неподалёку я с удивлением и взволнованно стучащим сердцем, наблюдала, как снегири с неожиданным яростным стремлением набросились на вооруженных мужчин.
Никогда бы не подумала, что эти красивые зимние птички, любители поклевать ягоды рябины, способны так неистово атаковать людей!
Мужчины в темной камуфляжной униформе неуклюже отмахивались от наседающих на них птиц. Некоторые пробовали отстреливаться. На моих глазах некоторые из снегирей получили шальные пули в свою алую грудь и тихо рухнули в снег.
Никогда бы не подумала, что эта печальная картина вызовет во мне такое же чувство горького сожаления, как если бы на месте птиц были люди!..
Из дома, в котором находился Стас зазвучали ответные выстрелы. И многие из мужчин, что пытались окружить дом, закричали от полученных пулевых ранений. Я разобрала несколько громких ругательств, в которых слышалась боль и бессильная злость.
Снегири отпрянули прочь, продолжая отчаянно щебетать, стая взмыла вверх.
В окнах стоящих вокруг обычных, жилых домов вспыхнул свет. Я увидела человеческие фигуры возле окон. И тут же мне захотелось прокричать им в лицо, чтобы они немедленно все выключили свет и отошли от окон.
Как можно проявлять такое легкомысленное любопытство, когда, внизу явно гремит яростная перестрелка?!
Ночь буквально грохотала от автоматных и пистолетных выстрелов.
Я взглянула на дом, в котором находятся Стас и девушка, о которой он явно заботиться. В окне второго этажа я увидела ту девушку, с которой говорил Стас. И она, прижав руки к лицу, пятилась в сторону. Что там происходит? Чего испугалась эта девушка?! Она ведёт себя так, словно кто-то проник в её комнату…
Затем я увидела мужчину, что с хладнокровным лицом, целился в девушку из пистолета. Он держал оружие в правой вытянутой руке, и что-то, торжествующе ухмыляясь, говорил перепуганной девушке. Я видела, как она кричит. Но из-за шума пальбы, её явно никто не слышит. Ни Стас, ни другие полицейские, которые ему помогают.
Чёрт! Этот мужчина тоже полицейский! Что ж он творит!..
Я заставила снегиря слететь вниз, и резко взмыла вверх. Описав резкую дугу, я оказалась на окне второго этажа.
Я увидела, как девушка с темными волосами вжалась в стену. На её лице были страх и слёзы. Она что-то умоляюще говорила стоящему перед ней мужчине с неприятным заостренным лицом.
Тот щурил глубоко посаженные глаза и, скривив губы в гадкой ухмылке, что-то с издёвкой говорил в ответ.
Не отдавая отчёт своим действиям, в отчаянии, пытаясь спасти эту девушку, я старательно застучала клювом в окно. Я продолжала бить по стеклу, пока мужчина с изумлением на лице не обернулся в мою сторону.