Красные листья

Симонс Паулина

Они синхронно кивнули.

— Забавное имя для собаки. Не унижает ли это великого Аристотеля?

— А почему вы спросили, была ли у нее собака? — спросила Конни, вытирая лицо.

У Спенсера было правило никогда не отвечать на вопросы тех, кто не должен их задавать. И на этот вопрос он тоже не счел нужным ответить.

— Вам известно, где сейчас эта собака?

— Здесь у нас его нет, — сказал Альберт.

— Ну, это совершенно очевидно. Это большой пес? Наверное, ньюфаундленд?

— Да, откуда вы знаете?

И он снова

воздержался от ответа на вопрос.

В детстве у Спенсера был охотничья собака. На глазах у него она состарилась, а потом почти ослепла. Собака умерла зимой. В памяти Спенсера запечатлелась картина детства, как она медленно бредет по заснеженному двору, едва передвигая лапами.

— Альберт и Конни, — твердо произнес Спенсер, — убедительно прошу вас ответить: видели ли вы этого пса и где сейчас он может находиться?

— Может быть, его взял Джим? — нерешительно проговорила Конни.

— Джим Шор?

— Джим Шоу. Ее приятель, — печально отозвалась Конни. — А она что — упала?

— Упала? — Спенсер мгновенно насторожился. — Что вы имеете в виду?

— Ничего, ничего, — поспешно проговорила Конни. — Я просто подумала, может быть, она именно так умерла — упала.

— А откуда она могла упасть? — Спенсер не выпускал из рук блокнота.

— С моста, — сказала Конни. — С этого ужасного моста, по которому она ходила.

— Мост, который позади библиотеки Фелдберг? — Спенсер вспомнил, как проезжал под этим мостом. Он также вспомнил, как шел по этому мосту позади санитаров, когда они несли Кристину. — Но почему она должна была упасть именно с этого моста?

— Она ходила по перилам. Туда и назад, — сказал Альберт.

— Зачем она это делала?

Альберт пожал плечами.

«Почти поежился», — подумал Спенсер.

— Для развлечения. Был у нее такой пунктик — выпить чего-нибудь горячительного, а затем пройти по перилам этого дурацкого моста. — Альберт с силой встряхнул головой. — У меня было такое предчувствие, что в этот раз она может упасть.

— И как часто она этим занималась?

Альберт и Конни почти синхронно пожали плечами.

— Время от времени.

— И всегда перед этим выпивала?

— Да. Она выпивала для уверенности, — сказала Конни.

— Для уверенности? — Спенсер записал что-то в блокнот и, прежде чем задать следующий вопрос, тяжело вздохнул. — Когда мы нашли ее, она была… голая. — «Когда я нашел ее», — отозвалось внутри Спенсера. — Вы не знаете, почему она была голая?

Альберт усмехнулся и с готовностью ответил:

— В том-то и заключалась вся соль ее номера, что она ходила по перилам голая. — Он сделал паузу. — Она что, действительно упала?

На этот раз Спенсер решил ответить:

— Нет, она не упала. Но почему ей нужно было ходить по перилам моста голой, зимой, в мороз?

— А вот это неизвестно, — сказала Конни, шмыгая носом. — Мы три года постоянно спрашивали ее об этом, но ответа так и не получили.

— Понятно. А где живет этот Джим Шоу?

— На

втором этаже, — ответила Конни.

Спенсер сказал, чтобы они оделись и были готовы пойти в полицейское управление, где с ними побеседуют. Собравшись уходить, он обернулся:

— Совсем забыл, еще одна деталь. Вы не знаете, где живут ее родители? Мне нужно с ними связаться.

Альберт и Конни смущенно молчали.

— Нам нужно, чтобы кто-то мог официально опознать тело, — добавил Спенсер.

Конни снова заплакала. Альберт выглядел потрясенным.

— Ее отец умер. А где живет ее мать, нам неизвестно.

— Понятно, — сказал Спенсер. — Но ее адрес, откуда она сюда приехала, вам известен?

Альберт повернулся к Конни и ровным голосом спросил:

— Конн, ты знаешь, откуда приехала Кристина?

— Мне кажется, из Нью-Йорка. Она окончила школу в Бруклин-Хайтсе [24] . Впрочем, я в этом не уверена. — Ее голос дрожал.

— Да. Возможно, это так. — Альберт повернул к Спенсеру свой непроницаемый взгляд. — Бруклин-Хайтс.

Спенсер ушел. От общения с этой парочкой у него почему-то остался неприятный осадок.

Перед тем как постучать в дверь комнаты Джима Шоу, он постоял минут пять. Затем постучал. Никто не отозвался. Из-за двери не исходило ни единого звука. Спенсер решил, что Джим, возможно, вышел прогулять собаку. Он прислонился к двери и стал ждать. Рядом остановился проходивший по коридору студент.

24

Бруклин-Хайтс — престижный зеленый микрорайон на западе Бруклина, застроенный кирпичными особняками конца XIX в. Расположен близ пролива Ист-Ривер в районе Бруклинского моста.

— Могу я вам чем-нибудь помочь? — спросил он.

— Нет, спасибо, — любезно отозвался Спенсер.

— Вы ждете Джима? Я его видел сегодня днем. Хотите, передам ему записку? — Студент явно сгорал от любопытства.

— Спасибо, не надо, — повторил Спенсер.

— Неизвестно, как скоро он придет, — сказал студент. — Иногда он уходит очень надолго. Так что если вы оставите записку, то сэкономите время.

— Я лучше подожду, — сказал Спенсер. У него было такое чувство, что Джим не задержится.

И это чувство его не подвело.

Через пятнадцать минут, примерно около шести, в коридоре появился крупный лохматый пес.

Он подбежал к Спенсеру, обнюхал его, а тот наклонился и, не скупясь на ласку, погладил. Спенсер всегда любил собак и время от времени подумывал, не завести ли ему в своей маленькой квартирке пса, как это было в детстве. Не ускользнули от его глаз и превосходные зимние ботинки хозяина этого пса.

— Хорошая собачка, хорошая собачка, Аристотель, — сказал Спенсер, выпрямляясь и встречаясь взглядом с приятным на вид молодым человеком в лыжной шапочке и шарфе. — Вы Джим Шоу?