Красная нить

Карибский Кризис2

– У него и спросишь - усмехнулся Бейлер.

– Думаешь, он тут будет?
– удивилась я глотая ещё одни коктейль.

– Уверен - кивнул парень и поцеловал меня в щёку.

– Потеряли свой смысл

Былые откровенья

Раскололся наш мир

На тысячи частей

И почти умерла

Надежда на спасенье

А твой голос мне шептал,

Что я напрасно ждал

Так дай же повод

Восстать опять

И повернуть всё вспять,

Найти силы

Вновь встретиться с судьбой

За огненной чертой.

Когда отзвучали последние аккорды, публика взорвалась воплями и аплодисментами. Солист тонко улыбнулся и спустился со сцены. Опять заиграла музыка и все снова поднялись на танцопл. Кира тоже долго не стала с нами задерживаться и уже через минуту улетела танцевать. Я же сидела вместе с Адамом, говоря обо всём на свете, тогда как парень улыбаясь слушал различные истории из моего детства, иногда делая глоток какого - нибудь коктейля. Как оказалось, парень вообще не пьянел, ну или был как Ольшова. Она тоже могла свободно выпить энное количество алкоголя, без особого эффекта, но примерно через час или чуть меньше её "догоняло" то, что она выпила раннее и ударяло по нервной системе девушки со всей силы. После этого оставалось делать только одно - прятаться. Ибо пьяная Ольшова - это вещь пострашнее падающего метеорита. У того хотя бы траекторию движения можно просчтитать и хоть как-то попытаться свести потери к минимуму, а вот с Кирой...предугадать, что задумала эта пьяная особа вообще не возможно! А попытаться остановить её это вообще из разряда фантастики! Остаётся только молиться, чтобы Кира не выкинула что-то непоправимое и ограничилась бытовыми ЧП. Сама подруга о такой реакции организма на алкоголь знает и старается лишний раз к спиртному не притрагиваться, но сегодня город опять переходит на осадное положение, ибо мадам Ольшова надралась в драбадан, как сие не прискорбно. Это я тоже рассказала Бейдеру.

– Неужели всё так серьёзно?
– удивился парень смотря на выплясывающую что-то несусветное Киру.

– Ещё как - кивнула я и сделав ещё один глоток коктейля рассмеялась - самое меньшее, что она может - это приставать к столбу и клясться ему в вечной любви и верности до гроба. Да-да, не смейся - сказала я, заметив, что он улыбается - это действительно так. Надейся, чтобы она ограничилась ещё одной свадьбой со столбом, а не возомнила себя смелым хоббитом, который не должен попасть в Мордор, ну это у неё так КПЗ называется и при этом добыть перо жар - птицы, которую почему - то олицетворяют стражи порядка. Ну думаю, что где именно находятся перья, которые надо добыть тебе объяснять не надо.

Бейлер расхохотался. Я улыбнулась и снова глотнула коктейля. С каждым глотком становилось всё легче и веселее, будто бы мир наполнялся новыми красками. Даже тёмные тона интерьера теперь не казались мрачными, а стали какими-то таинственными и по своему очаровательными. Люди, которые сидели за соседними столиками оказались милыми и общительными, а Бейлер стал казаться мне вообще идеалом любого парня. Похоже, что с алкоголем пора закругляться, решила я. Вот только ещё один глоток сделаю и всё...

– А почему ты не пьянеешь?
– удивлённо спросила я у Адама, когда потянулась за новой порцией - ты же выпил не меньше

меня!

– Почему не пьянею?
– поинтересовался Бейлер - просто это не так заметно как у остальных. Но не смотря на это, опьянение быстро проходит.

Бывают же люди! Я же всегда пьянела быстрее всех, бывало одного бокала шампанского или крепкого вина хватало, чтобы Еву унесло в прекрасную страну Трямляндию, где все ходят на головах и говорят друг другу : "Трям!". Причём я активно пыталась выдать себя за местную и тоже каждому встречному говорила "Трям!", после чего пыталась встать на голову. Кира часто угорала надо мной, да и все окружающие тоже не пропускали цирк, но мне тогда бывало по фиг. За то на утро...ладно, не будем о грустном.

Сегодняшний вечер...или ночь? Хотя это не суть, так вот, сегодняшний праздник ничем не отличался от тех праздников, когда я имела "честь" напиться. Вот только это происходило несколько медленее чем обычно. Наверное,это потому, что те коктейли которые подсовывал мне Григорий были не очень крепкими,хотя хорошеть мне уже начало. И Адам это заметил.

– Знаешь, Ева, мне кажется, что пить тебе больше не надо - сказал он, когда я собралась пойти за новым коктейлем.

– Это последний - клятвенно пообещала я.

– Ты это говорила ещё пару порций назад - не поверил мне Бейлер - лучше больше не пей.

Он усадил меня обратно на диван и обнял рукой за плечи не давая подняться. Мне такой расклад не понравился.

– Пусти - я постаралась вырваться, но у меня это не получилось.

– Нет - не согласился парень пресекая мой бунт - иначе завтра ты будешь на меня ругаться последними словами, мотивируя это тем, что я дал тебе напиться.

– Ага, а сейчас я типа трезвая,да?
– ехидно спросила я смотря в тёмные глаза Адама - и твоя совесть пока чиста.

– Сейчас ты ещё адекватная - поставил меня в известность Бейлер чуть сильнее сжимая свободной рукой мои запястья, дабы нейтрализовать мои руки, которыми я начала его лупить, в попытке освободиться от такого произвола.

– Неужели?
– меня его слова не сказано удивили. Ах да! Он же меня ещё пьяной никогда не видел! Ну что ж, всё когда-то бывает впервые.

– Что за манёвры?
– поинтересовалась Ольшова садясь рядом с нами. В руках подруги был очередной коктейль жизнеутверждающего оранжевого цвета.

Я молча освободила одну руку, предварительно укусив Адама за запястье и выхватив из рук удивлённой Киры бокал в несколько глотков осушила его.

– Надралась уже?
– уточнила подруга и перевела взгляд синих глаз на Бейлера, который потирал место укуса - слушай, друже, ты ей пить больше не давай, а то у неё вообще башню снесёт.

– В каком плане?
– уточнила Адам.

– В самом негативном - ответила подруга - когда Ева напивается, это только по началу прикольно, а потом...хавайся кто может! Она становится злом во плоти.

– Всё так серьёзно?
– удивился парень внимательно смотря на меня. Я же показала ему язык и снова попыталась вырваться, но безрезультатно.

– Ещё как - кивнула Ольшова - для неё совершенно не остаётся ничего человеческого и принципиального. Она становится как гремлин, которого покормили в полночь.