Крах мечты
Шрифт:
– Дедушка… умер. Ради него я должна добиться этой цели. И ради себя.
Сэм выпустил ее, удовлетворенно кивнул и пододвинул тарелку с оставшимся пад-таем, начал быстро жевать.
– Знал, что не ошибся. И я не дурак, понимаю, что не смогу всех объединить и заставить работать сообща.
– Что ж, в нашу команду еще захочет мой бывший… – Ария хохотнула. – Если мы все, конечно, пройдем в игру.
Сэм лишь улыбнулся. А официант запел в голос, подпевая песне на тайском языке.
– Чему завидую, так это тому, как тайцы относятся к жизни. Живут, чтобы жить, а не работать, – сказал Сэм. – Лентяи! Страшные! Но они так легко относятся к жизни…
4
Вентилятор
Ария кусала губу, пытаясь скрыть улыбку, рвущуюся из груди. Весь вчерашний вечер она провела на диване профессора, который вот-вот выйдет, чтобы провести открытый урок. Она боялась, что будет неловко, неудобно, что она навязывается, а Сэм – слишком порядочный, чтобы бросить даму в беде на улице, но с ним оказалось так легко, словно они уже давно дружили.
Сэм, выяснив, что Ария не смотрела «Теорию большого взрыва» заявил, что это срочно нужно исправлять. И они до глубокой ночи хохотали над персонажами ситкома, а Ария выучила несколько новых слов на английском, значение которых ей трепетно объяснял Сэм, ведь понять лексику умных гиков удавалось не всегда.
– О! Это я и сам не знаю, что такое, – иногда пожимал плечами Сэм. – Шелдон слишком умен. И зануден, что скрывать.
Утром они вместе доехали до университета, Сэм завел ее в аудиторию и велел ждать. Ария и не думала перечить. Продумывая план, как бы остаться на его диване еще на одну ночь, она заняла место на втором ряду: не слишком близко, но так, чтобы видеть карие глаза нового друга.
Народ прибывал. Вскоре все места оказались заняты, а Сэм спустился на кафедру и присел на краешек стола, обвел взглядом аудиторию, задержался на Арии, улыбнулся.
– Всем добрый день! Рад, что вы пришли на открытый урок по введению в сноведение. Есть здесь те, кто поступает на первый курс в этот университет?
Несколько рук взметнулось вверх, Сэм довольно кивнул, изучая будущих учеников. Ария лишь удивлялась тому, как уверен становился в себе Сэм, едва попадал в сферу, в которой все знал. Он закатал рукава белой рубашки, взялся за краешек стола.
– Отлично! Надеюсь, мы скоро с вами встретимся! Если я, конечно…
Сэм замолчал, не имея права разглашать до анонса по ТВ, что является потенциальным участником игры. Ария покрылась мурашками, впервые осознавая серьезность ситуации: Сэм может не появиться в университете к началу нового семестра, ведь может… не пережить игру. И немножечко так умереть.
– Итак! Небольшое правило: я не против, если эта лекция превратится в разговор с друзьями, поэтому участвовать и задавать вопросы не просто разрешается, а поощряется.
Разговоры стихли, все приковали внимание к Сэму, а он наслаждался этим, улыбаясь краешком губ.
– Издавна люди пытались понять, куда мы переходим после смерти. Твердили про свет в конце туннеля, перерождение душ, вечное забытье. Но никто еще оттуда не возвращался, а потому не мог дать твердый ответ.
Сэм сделал паузу, наслаждаясь напряженной тишиной. Ария немного
– Несколько лет назад один мужчина, которому было слегла за сто, пришел в институт Гарварда, чтобы поговорить с «лучшим профессором!»
Все рассмеялись, а Сэм лукаво вздернул брови.
– Он был не очень образован, слегка безумен, а потому никто не поверил, когда он заявил, что нашел способ общаться со своей давно перешедшей в другой мир женой. И, скорее всего, мир остался бы прежним, не услышь его крики профессор классической филологии, ныне, к сожалению, покойный. У него недавно погиб сын и… слишком уж сладким оказалась история о возможном разговоре с покойными. Старика сочли старым обманщиком. Кто-то говорил, что он не обманщик – просто сошел с ума. Но тогда он сумел поговорить с умершими родными ученых, рассказал такое, что у них зашевелились волосы.
– И профессор филологии сумел создать аппарат снов? – спросила девушка, сидящая в первом ряду.
Сэм указала на нее, щелкнул пальцем, довольно улыбаясь. Казалось, что история настолько восхищала его, что разрывала изнутри, так ему хотелось поделиться всем, что он знал.
– Не смог! Однако он собрал первую группу ученых, которые залезли в мозг нашего индейца, что всюду таскал с собой ловец снов, который ныне является символом игры.
Ария вспомнила символ: ловец снов, на вершине которого восседает черепаха, от которого ответвлялись еще три небольших ловца, на одной из которых сидел паук.
– Я слышал, – заговорил с сильным акцентом таец в очках, – сын того профессора филологии рассказал, что профессор любил курить травку.
– А я слышала, – добавила девушка с третьего рядя с таким глубоким вырезом, что соседний парень смотрел лишь туда, – что один из тех ученых прибил свою жену и та пришла к этому индейцу.
Сэм пожал плечами, но глаза его довольно блестели.
– Никто точно не знает, что там было. Информация засекречена. Мы не знаем имена тех, кто занимался разработкой первой версии сыворотки. Очень долго скрывался факт работы, скрывался бы и ныне, если бы полмира не погибло.
Сэм прошел вдоль первого ряда, спрятал руки в карманы.
– Я слышала столько версий появления сыворотки! Какая же правдива?
Сэм пожал плечами, остановился напротив Арии, встретился с ней взглядом и прожег до самой души. И Ария знала этот взгляд. Видела его в зеркале. Она отвернулась, борясь с подступающей тошнотой, обещая, что ни за что не поднимет эту тему до игры. И в игре не поднимет, если сумеет, хоть и сомневалась, что позволят.
– Я верю в эту версию, хоть и не могу гарантировать ее: ученые работали в лабораториях Гарварда секретно, но слухи довольно быстро распространились по стране. Когда они заглянули в мозг индейца и поняли, что разгадка вовсе не там, к следованиям подключилось правительство, спонсируя их. В итоге старика услышали и рассмотрели его ловца снов. Говорят, перья с того ловца были в первой сыворотке, которая сработала верно. В этом и была загвоздка: индеец говорил, что некая паучиха заколдовала ловец, чтобы он сумел попасть в потусторонний мир. Люди не слышали его. Создали первую сыворотку из перьев, крови индейца и провели испытание на добровольце. Все сработало. Вот только он не сумел попасть в мир мертвых, зато сумел управлять своим сном. Исследования развернули в сторону управления снов, но главной целью оставалось общение с мертвыми.