Коза на роликах
Шрифт:
– Вы, кажется, музыкальное сопровождение? – вспомнил он. – Тогда давайте так: вы сейчас играете «Мы – дети Галактики», и на сцену гордо выходит Коза. Коза!!
Сколько Люся ни следила за режиссером, а ничего необычного не случилось: он ни с кем не уединялся, никому не звонил, всякую минуту был на виду, и вообще надоел всем хуже горькой редьки. Зато к Люсе подлетела Вероника Абрамовна и принялась тискать несчастную Люсеньку вместе с баяном.
– Люся, вы мне устроили рай! Эдем! Дочка съехала со своей семьей на собственную квартиру, правда,
Люся пообещала как-нибудь забежать.
После репетиции возвращались домой громко: Василиса то и дело напоминала, как красавец Хлебов пожирал ее глазами, и ругала Люсю за то, что та чуть было не сорвала подруге такой продуманный план.
– Вася! Ну неужели ты сама станешь охмурять этого рокового мужчину? – поддергивала баян Люсенька. – Да он же… он даже и не взглянет на тебя, а нам нельзя рисковать! Я думала, ты в роли эдакой сводницы выступишь, мы сведем его с Наташей, а пока они будут знакомиться, без помех обследуем дачу!
– Это безнравственно! Это аморально! Что это за моду взяла – чуть что, сразу к Наташе! Она у нас что, девочка по вызову? К Кислицыну ее, теперь к Хлебову!
– Что же здесь аморального? Девчонка мечтает познакомиться с приличным мужчиной, а мы ей в этом помогаем. Мы же ее силой не тянем. И еще: вдруг она отыщет свое счастье?
– Ага! Если я не ошибаюсь, приличного мужчину Хлебова мы подозреваем в убийстве! Хотела бы я знать, что за счастье девчонка может себе отыскать!
– Так мы же рядом будем! Мы ее страховать станем! – принялась уговаривать Люся. – Вася, не вредничай, я тебя могу понять: ты хочешь испробовать свои женские чары на Волке, так? И поэтому не хочешь отдавать его Наталье. Василиса, посмотрись в зеркальце и признайся – в твоем возрасте только Хоттабыча можно очаровать.
– Если в тебе нет героизма, так нечего зеркалом тыкать! – оскорбилась Василиса до глубины души.
– Это во мне-то нет?! А кто себя в жертву миллионеру принес?! Не я? А все для того, чтобы мы с тобой, Люсенька, жили по-человечески! Вот будут у меня законные миллионы, а ты, допустим, так нищая и останешься, придешь ты ко мне, скажешь: «Люсенька, дай мне до пенсии денюжку», да неужели я когда-нибудь близкому человеку десятки пожалею?! А на дачу надо Наталью послать! Честно тебе говорю, если Хлебов узнает, что это с тобой ему придется голым лесом любоваться, он даже за город не выедет!
Ссоры все же удалось избежать, а дома подруги, как только пришли, сразу же позвонили Наташе. Однако телефон у девчонки не отвечал.
– Странно, аппарат всегда при ней, чего это она трубку не берет? – недоумевала Люся.
– Еще раз набери.
Люся снова набрала, результат тот же.
– Она у нас безголовая, наверное, бросила где-нибудь телефон, а мы тут звоним, стараемся, – махнула
И все же телефон не ответил им ни в этот день, ни на следующее утро.
– Вася, мы с тобой доигрались, – бледнея, прошептала Люся. – Она точно выследила этого Кислицына, а потом…
– Не надо трагедии. Девчонка просто уехала с кем-то за город, а там ее телефончик не берет, – тоже заметно волновалась Василиса, но пыталась успокоить подругу.
– Нет, Васенька, дело не в телефончике. Собирайся! Поедем к этому Кислицыну домой!
Сыщицы не стали медлить, и вскоре они уже стояли перед дверью Кислицыных, и Василиса с силой давила на кнопку звонка.
– Бат-тюшки, это вы опять? – открыла дверь мать Кислицына. – Проходите, чего в дверях-то торчать.
– Мы к вам ненадолго, – сразу предупредила Люся. – Где Наташа? Наташа Бедрова?
– А вам еще зачем? – насторожилась женщина.
– Матушка к ней приехала, – вклинилась в разговор Василиса. – Дочку ищет, вот мы к вам и направились, может, у вас задержалась?
– Матушка? Наташи? Господи… – засуетилась женщина, не зная, куда пристроить гостей. – А я ведь давно с ей мечтала познакомиться! А чего вы ее к нам-то не привели? Ах ты, дело-то какое! А сама-то Наталья где?
– Вот это мы и хотели у вас узнать, – остудила ее пыл Люся.
– А я откуда знаю? – вытаращилась на них Кислицына. – Она к нам уже который день не заходит. А вообще хорошая девочка, я ее все моему бирюку в невесты прочила. Мы даже знаете что придумали…
– Сколько дней к вам не приходила Наташа? – невежливо перебила ее Люся.
– Так, стало быть… в четверг она заходила, Анатолия ждала, а он, лихоимец, так и не заявился, а потом и не было ее больше. Да, точно, в четверг, мы еще с ней сериал посмотрели, «Какого черта!» называется, душевный такой фильм, по четвергам идет…
– И больше она не приходила?
– Не-а… А что, с ней что-то стряслось?
– Мы же говорим – мать к ней приехала, ищет… – пояснила Василиса. – А что ваш сынок, когда он придет?
Женщина расстроенно развела руками:
– Да кто ж его ведает! Вот вчера забегал, в сумку какие-то вещи покидал и удрал. Ты, грит, меня, мама, быстро не жди, когда вернусь, не знаю, а главное, грит, не волнуйся. Вот я и не волнуюсь. А что, надо?
– Не надо. До свидания, побежали мы.
– Вы мамашу-то Натальи ко мне зовите, мы с ней вместе наших непутей ждать будем.
Когда подруги выскочили из подъезда, на Люсе не было лица.
– Васенька, это же я… это я девчонку на задание отправила! Теперь нам ее вовек не отыскать, а если и отыщем…
– Хватит раскисать… к Пашке пойдем!
– И что, все ему расскажем? – испугалась Люся. – Ты, Васенька, конечно, хорошего сына воспитала, но только не забывай – мы в деле убийства Риммы Рудиной самые наипервейшие подозреваемые. А твой сынок, он ведь за-ради правды матери родной не пожалеет, не то что какую-то тетю Люсю…