Ковыряла

Иевлев Павел Сергеевич

— Ну, — задумался я, — не со всеми рендами прокатит, тех же мап целиком из имплов не сделаешь, на такую ни у кого не встанет, но многих можно заменить, да. И почему этого до сих пор не сделали? Ведь люди смогут не рендоваться и не работать?

— И зачем они тогда нужны, Тиган?

— Э… — я не нашёлся, что ответить на этот вопрос.

* * *

«Я цел, свалил из низов, искать меня не надо, помощь не нужна, — написал Кери. — Отца грохнула корпа Копня. Искали меня, он попал случайно».

«Во что

ты ввязался?» — написал я в ответ.

«Оказался не в том месте не в то время. Неважно. Можешь забрать мою лабу, я вряд ли за ней вернусь».

«Да мне там ничего не надо особо, — ответил я. — Своё есть. Удачи тебе, где бы ты ни был».

«Спасибо. На этот комм больше не пиши, я его выкину».

— Что-то важное? — спросила Козя, глядя, как я переписываюсь.

Внекласска закончилась, мы стоим на улице перед школой.

— Кери.

— Что с ним? Он цел?

— Да. Говорит, перешёл дорогу краймовым, пришлось свалить. Но сам вроде в норме.

— В норме? Да у него отца убили!

— Ну, за исключением этого. Мне сложно понять, у меня родителей нет.

— Поверь, очень тяжело. Я до сих пор верю, что мама жива и мы встретимся, не знаю, что бы со мной стало, если бы я узнала, что её нет.

— Мне кажется, лучше знать точно.

— Наверное. Не знаю.

— Давай провожу тебя до восемнадцатого.

— Я и сама могу…

— Я верю. Но вон те ребята мне не нравятся. Новые какие-то? Не видел их раньше.

* * *

— Эй, интики! Стоять! Дышку гоните! — их всего-то четверо и совсем мелкие, лет по пятнадцать.

— Вы ещё откуда высрались? — удивился я.

— Теперь это наша территория! — сказал тот, что постарше. Ему, пожалуй, к семнадцати уже.

— Корпа Пупера развалилась, — заявил другой.

— Сперва переименовались в «Шуздров», а теперь вовсе свалили, — пояснил третий. — Мы их место заняли! Так что выворачивайте карманы!

— А то что будет? — поинтересовался я.

— Ну, это… Побьём, вот!

— Ты у них прем? — спросил я того, что постарше.

— Ну, типа да.

— Объявись тогда.

— Грохер меня зовут. Дышку гони, интик сраный!

— Ты, Грохер, малёх попутал понятия. Я Тиган Ковыряла. И если ты не знаешь, что это значит, то долго на улицах твоя корпа не протянет.

— Э… ты, типа, под кем-то крутым ходишь?

— Это крутые подо мной ходят, дебил! Ты думаешь, под кем Пупер был? Кто ему дышать позволял тут?

— Э… Ну, извини, Ковыряла, я не знал. Больше не полезем к тебе, не вопрос. Мы так, типа интиков тряхнуть…

— Это мои интики. Ещё раз тут увижу…

— Всё, понял, понял, уходим уже! Ещё раз извиняюсь. Не больно-то и хотелось… А как нам тут вообще дышать-то?

—

Осторожно. Но я вам вот что скажу — можете крышевать восемнадцатый. Там какие-то дурачки шарятся, руки не доходят их шугануть, скажите, что я велел убираться. Если протупят, разрешаю вынести на пинках.

— Ясно, — повеселел Грохер.

— Вот эту мелкую видите? — я показал на Козю. — Она от меня будет. Все вопросы к ней. Если кто обидит, пожалеет, что из интера вылез. Доступно?

— Всё поняли! Спасибо, боз Ковыряла! — пацаны торопливо удалились.

— Ну ты даёшь, — не выдержала Козя, заходясь в хохоте так, что аж слёзы брызнули. — На голых понтах развёл! Ковыряла — смотрящий! Умереть не встать!

Глава 18

Башня башен

Таришка сидит надутая, мрачная, в углу валяются флаконы от дышки.

— Мне скучно! — бубнит она. — И даже не заводи свою интиковскую муть про школу! Там я вообще с тоски сдохну! Я хочу гулять, тусоваться, общаться, в конце концов! У меня даже комма нет!

— Комм тебя засветит, — возразил я. — Мы же не знаем, что это за вершок, у него может быть доступ к отслеживанию. Давай подождём ещё чуть-чуть, хорошо?

— Сколько? Я уже извелась вся!

— До твоего дня рождения. Отметим его на Средке! Купишь себе любых тряпок, каких захочешь, пожрём всякого вкусного, оттянемся под весёлкой и вообще отметим как следует!

— Правда?

— Клянусь!

— Ну ладно, — успокоилась Таришка, — подожду ещё. Пошли в койку, хоть там развлечёмся. Я в мап-рекламе подсмотрела кое-что, не терпится попробовать. Только душ прими сначала, а то от тебя школой несёт…

* * *

Вечером на левый комм написал Ширш. Попросил подойти на барахолку, потому что есть тема по поводу имплов. Типа на совещание.

Таришка со скуки была неуёмной и прилично меня укатала, тащиться куда-то было дичайше лень, но делать нечего — встал и пошёл. Вылез через тайный выход, чтобы не пересекаться с Горенем, который занудит меня насмерть, отправился в подземку.

Ширш встретил на обычном месте, даже не пытаясь изображать, что торгует. Быстро свалил в мешок лежащий на полу хлам, кивнул мне, сделал приглашающий жест и нырнул в тоннель. Я раньше никогда не ходил в эту сторону — подземка огромна, когда-то она вмещала всё население ещё того, огромного города. Сотни тоннелей, тысячи поездов, за минуты с Окраины в Центр — нам Никлай рассказывал, из нынешних этого уже никто не помнит. Большая часть затоплена сточными водами и забита мусором, более-менее доступен самый верхний ярус, который чуть ниже уровня земли в низах. Он стал местом базирования всякого мелкого и не очень крайма, который слишком стрёмный для Средки. Затопленные тоннели ниже отлично подходят для того, чтобы избавляться от всего лишнего, например, того, что остаётся после изъятия органов на продажу.