Ковыряла 2
Шрифт:
— Прости, — уловила моё настроение Козя. — Не хотела напомнить. Не грусти, дро. Скажи, а ты хотел бы ребёнка? Ну, однажды, когда-нибудь?
— Во ты спросила! — обалдел я. — Нормарода? Себе? Нафига? Это же дичайше дофига мороки, я думаю. Я в интере мелких насмотрелся, они же просто вонючки крикливые! Но там хоть кибы-няньки им жопы моют, а так, выходит, самому в говне возиться?
— Так вырастают же! Год-два, и уже что-то понимать начнёт.
— Ну, так-то да… — припомнил я. — Лет с пяти уже ничего, прикольные даже. Смешные такие.
В интере помёты разделены по возрастам, но не жёстко, мелкие часто тусуют с подрощенными, хотя
— Вот видишь, — смеётся Козябозя, — совсем немного потерпеть.
— Стоп, — дошло до меня внезапно, — у тебя же импла нет! Ты же не…
— А если и да, то что?
— Креонова сперма, Козя! Ты офигела?
— Да шучу, шучу! Испугался?
— Ну, такое… Неожиданно.
— Успокойся, у меня есть средство, которое в кланах используют, ничего такого не случится. Я хочу однажды мелкого, но не сейчас же!
— То есть, — сообразил я, — ты, отправляясь со мной в Пустоши, взяла с собой это клановое средство?
— Ну, я не прям всё распланировала, но оно много места не занимает. И вот, пригодилось! Кстати, у меня ещё есть.
— Намекаешь?
— Прямым текстом говорю! Не делай вид, что ты типа пластиковый и тебе не хочется. Мне лично прошлая ночь понравилась. Больно ничуть не было, зря мамка пугала.
— Она тебя… пугала трахом?
— Ага, прикинь! Говорила, что это больно, неприятно, мужики козлы вонючие и вообще фу-фу-фу. Что без импла я залечу моментально, что рожать вообще ужас-ужас. Короче, я дурочка неблагодарная и не ценю, как много она ради меня вынесла.
— И ты всё равно…
— Эй, я ей верила всего-то лет до десяти! Кругом же реклама Средки, там всё наглядно, и что-то никто не выглядел страдающим от процесса! И ничего ты не вонючий, — Козябозя щекотно понюхала мне шею. — Мне нравится твой запах.
— Это мы всего один день в Пустошах, — хмыкнул я.
— Ничего, по дороге туда принюхалась. Терпимо. Я тоже небось не шоколадками пахла. И вообще, мы тут нюхать друг друга собрались или что?
— Или что, — согласился я.
Смешная.
Глава 17
Дро, которые…
Попались на третий день, когда Город уже отчётливо виден, и кажется, что до него рукой подать. Вряд ли они искали конкретно нас, но завидев пыль, поднимаемую нашей машинкой, навелись и рванули вдогонку. Не все, к счастью — от едущей куда-то группы машин отделились два мота и взяли курс наперерез. Я включил «турборежим», подав на мотор-колесо полный ток с батареи, но аппарат далеко не гоночный, и моты быстрее. Очевидно, что наши траектории через какое-то время пересекутся, но останавливаться не собираюсь, может, клановым раньше надоест. Автономность у них теперь ограниченная, этой парочке ещё основную группу догонять, та явно куда-то по делам чешет, на нас просто по дороге отвлеклись.
Расстояние сокращается быстро, машинку сильно трясёт, на такую скорость она
Один мот внезапно дал по тормозам, развернулся и двинул вдогонку основной группе, видимо, прикинул, что не такая уж мы ценная добыча, чтобы жечь заряд батарей. Но второй упорно нагоняет. Один клановый — это не два и не десять, с ним я рискну потягаться. Вряд ли это силовик, они тяжелы для мотов, далеко и быстро не поедут, а для неимплантированного у меня есть сюрприз — пистолет от Бокамосо. Не попаду, так напугаю.
Сбрасываю ход и останавливаюсь так, чтобы от удаляющейся колонны нас отгородил холмик.
— Ты чего? — дёргает меня за рукав Козя.
— Не ссы, — отвечаю я. — Прорвёмся. Пригнись и не высовывайся.
Мот подлетает лихо, разворачивается с заносом, с него спрыгивает клановый в очках и пылевой маске, в руке дробан.
Я вылезаю из машины, делаю пару шагов в сторону, чтобы, если начнётся пальба, девчонку не зацепило. На лице у меня очки и платок.
— Куда торопишься, дро? — сердито спрашивает мотонаездник. — Не видишь, интерес к тебе есть. А ну, лёг носом в землю! Не будешь дёргаться, уйдёшь пешком, но живой. И где там второй? Я видел, вас двое!
Голос его кажется мне подозрительно знакомым, и я спрашиваю:
— Шкворень? Ты?
— Шонина дырка, ты откуда меня знаешь?
— Пагодь, — я стаскиваю с лица платок и снимаю очки.
— Ковыряла? Фигасе… — клановый растерянно опустил ствол дробана. — Ты же в ренде должен быть.
— Откинулся досрочно. Технический деренд. Козя, покажись, это Шкворень.
— Привет! — помахала рукой девчонка. — Помните меня?
— Клянусь сиськами Верховной, ты же дочка Скриптора! Вот это поворот, чтоб меня рыжей мандой сжевало…
— А ты, значит, в «непримиримых»?
— Я? — удивлённо спросил Шкворень, — с фига ли?
— Разве «Чёрные Пески» не…
— А, так я давно не с ними. Как Дербана грохнули, всё пошло мапе в трещину. Как с ума посходили все с этим «Нагнём Город!». Часть народу, кто поумнее, сразу с этой темы спрыгнули, ясно же было, чем кончится. А уж когда оружие стали грузовиками завозить, я сказал себе: «Ты, Шкворень, конечно, дурной, но не настолько же!» Одна там тётка, Костлявая её звали, бывший прем «Синей улицы», заявила, что отваливает и собирает к себе тех, кто не хочет лезть в залупу с Городом. Мы с несколькими ребятами двинули было к ней, но на точке встречи не нашли, куда-то она пропала с концами. Тогда из тех, кто её искал, образовался типа недоклан, потом ещё ребята подвалили, в общем, собралась компашка.