Ковчег огня

Пэйлов Хлоя

Эди прикусила нижнюю губу, открывая свои немного кривоватые резцы. Но губы у нее были полные, красивые.

— Нет, извините. Но ведь вы мне верите, правда? Насчет того, что доктор Паджхэм убит?

Кэдмон покачал головой, не зная, как отнестись к этой фантастической истории.

— Во имя всего святого, зачем этому неизвестному в маске понадобилось убивать Джонатана Паджхэма? Падж был безобидный, как муха. Порой занудный, должен признать, но абсолютно безобидный.

Она смотрела на него долго и пристально, как будто

он только что задал глупый вопрос.

— Он был убит из-за похищенной реликвии.

— «Похищенной реликвии»? Вы впервые упомянули какую-то реликвию.

У нее в глазах появилось недоумение. Затем, тряхнув головой, она сказала:

— О господи, извините. Произошло столько всего, у меня все смешалось, в голове словно замкнуло.

Шок.Сейчас она впадет в шок. И снова Кэдмон ощутил желание заключить ее в объятия. Хотя похождения Эди Миллер могли быть воображаемыми, ее проникнутая ужасом паника была совершенно настоящей.

— Хлебните кофе.

Она залпом допила капучино. Увидев у нее на верхней губе маленькое коричневое пятнышко, Кэдмон непроизвольно схватил салфетку и вытер его. Затем, виновато поймав себя на непростительной интимности, скомкал салфетку и бросил ее на стол.

— Доктор Паджхэм как раз собирался отправить вам фотографию одной реликвии, но был убит.

— Фотографию одной реликвии? Зачем?

Раскрыв сумку, Эди Миллер достала фотоаппарат.

— Он не сказал. Но я… я на всякий случай сохранила копию фотографии во внутренней памяти камеры. Вот… — Она протянула Кэдмону аппарат. — Вот та реликвия, которая была похищена.

Держа фотоаппарат в нескольких дюймах от лица, Кэдмон изучил снимок, не в силах поверить своим глазам. У него перехватило дыхание. Невообразимый рассказ Эди Миллер внезапно приобрел смысл.

— Гром и молния! Не могу в это поверить. Я просто никак не могу в это поверить, — прошептал он, не в силах оторвать взгляд от фотографии.

— Если судить по потрясенному выражению вашего лица, эта реликвия достаточно ценная, чтобы ее похитить.

— Вне всякого сомнения.

— А как насчет убийства? Настолько ли она ценна, чтобы ради нее убить человека?

Кэдмон опустил фотоаппарат, остро осознав, что Эди Миллер угрожает смертельная опасность.

— О, полагаю, многие, не задумываясь, пойдут на убийство, чтобы получить легендарные «Камни огня».

Глава 10

И тогда будут соблазняться многие; и друг друга будут предавать, и возненавидят друг друга; и многие лжепророки восстанут и прельстят многих. [9]

9

Евангелие от Матфея, 24:10–11.

С благоговейным почтением Бойд Бракстон

закрыл книгу с позолоченным обрезом и убрал ее в бардачок. Библия воина, в кожаном переплете, украшенном эмблемой Службы безопасности «Розмонт», ему лично вручил ее полковник Стэнфорд Макфарлейн. И хотя Бойд сейчас очень спешил, он помнил, что полковник всегда повторял, как важно воздавать должное Всевышнему.

Сунув руку под Библию, он достал официальное полицейское разрешение и закрепил его на приборной панели «Краун-Виктории». Это разрешение давало право парковать машину в любом месте города. И неважно, что Бойд не служил в полиции Вашингтона. Внешне он был похож на полицейского и ездил на полицейской машине, так что ни у кого не возникнет никаких подозрений.

Прямо перед ним стоял черный джип, припорошенный тонким слоем снега. Как и предполагал Бойд, не успел он покинуть дом этой сучки, как она выбралась из своего укрытия.

— Глупая стерва, — пробормотал он, вылезая из машины.

Подойдя к джипу, закрепил на магните под стальным брюхом устройство слежения. Теперь можно будет наблюдать за всеми перемещениями машины по сотовому телефону.

— Из-за тебя, сучка, я едва не потерял работу, — продолжал бормотать Бойд, направляясь в музей.

А он очень серьезно относился к тому, что работал в Службе безопасности «Розмонт» и был правой рукой полковника Стэна Макфарлейна. Так же серьезно, как до того относился к службе в морской пехоте. Бывший морской пехотинец, Бойд, прослужив пятнадцать лет в «зеленой машине», по-прежнему носил на голове короткий «ежик». А сейчас он служил Стэну Макфарлейну. Если бы не полковник, он бы хлебал бурду и занимался со штангой в тюрьме штата. Без надежды на условно-досрочное освобождение. Присяжные очень неодобрительно относятся к сержантам-комендорам, убившим жену и ребенка.

Сегодняшний день был во многом похож на тот «черный» день четыре года назад. Сегодня Бойд по-крупному облажался в музее Гопкинса.

Но скоро он все исправит, докажет полковнику, что у него еще есть порох в пороховницах, что он по-прежнему достоин оказанного ему доверия и остается святым воином.

Распахнув стеклянную дверь входа с Четвертой улицы, Бойд вошел в Национальную галерею искусств.

Замечательно.Никаких признаков металлоискателей. Никто не обнаружит армейский нож и пистолет М 23.

Изображая полицейского на службе, он направился к посту безопасности, названному так, наверное, в шутку, потому что в действительности пост безопасности представлял собой накрытый скатертью столик, за которым сидели двое тщедушных охранников. Отогнув лацкан кожаной куртки, Бойд достал очень убедительный на вид жетон вашингтонской полиции.

— Какие-то проблемы, детектив Вильсон? — спросил седовласый охранник, распрямляя плечи.

— Я ищу одну женщину. Вы ее случайно не видели?