Ковбой без обязательств
Шрифт:
Именно она позаботилась о том, чтобы вся школа узнала мой «грязный секрет»: будто я не могла выбрать между братьями Кэллоуэй. Слова «трахается с братьями» тянулись за мной по коридорам до конца года.
Но Челси ошибалась. Мое сердце принадлежало одному брату, а не двум. И ее бесило, что парень, которого я любила, был тем самым, которого хотела она. Золотым мальчиком, чья улыбка заставляла каждую девушку в Уиллоу-Гроув спотыкаться на ровном месте.
Я была не единственной, кто любил Кольта. Просто
Челси сидела с подругами, ее медово-блондинистый хвост раскачивался, пока она смеялась. В ту же секунду, как она меня заметила, улыбка исказилась, и она поднялась. Она пересекла зал за считаные секунды, едва не сбив с ног малыша по дороге.
— Ну надо же, — промурлыкала она, оглядывая меня с ног до головы. — Да это же мисс Клубничка собственной персоной.
Я поставила ящик на прилавок, дерево затрещало, и Челси придвинулась ближе.
— Привет, Челси, — выдавила я, стиснув челюсть. Пальцы сжались на краю ящика. — Как дела?
— Отлично. — Она сделала глоток айс-кофе, оставив на соломинке идеальный красный след помады. Лед в стакане звякнул, когда она покрутила его в руке, не отводя от меня взгляда. — Вернулась после развода. Папе нужна помощь с лошадьми.
Слово «развод» она произнесла так, будто это был знак отличия.
— Слышала, ты снова у Джун. — Она внимательно следила за моей реакцией. — Я не думала, что ты вообще сюда вернешься.
— Ну да. — Я пожала плечами и наконец повернулась к ней лицом. — Это не входило в планы.
Взгляд Челси медленно скользнул по мне, задерживаясь на грязных джинсах и поношенной футболке, которая была мне почти мала.
— Знаешь, — сказала она тише. — Я видела тебя по телевизору в прошлом году. Помолвка в Роли? Жена моего кузена работает там в одной компании, мы как раз обсуждали, как тебе повезло заполучить того инвестора. Что случилось? Вы все еще помолвлены?
Я сглотнула, отгоняя воспоминания о том, что именно случилось. Те фотографии до сих пор лежали у меня на компьютере, на всякий случай.
— Мы с Грантом все отменили. Не сложилось.
Брови Челси взлетели вверх, а глаза округлились от, кажется, искреннего удивления.
— Я слышала, он был большим человеком. Не верится, что ты от этого отказалась, — сказала она слишком громко, так что вся пекарня притихла. — Значит, ты тут надолго? Или снова уедешь?
— Сейчас я помогаю Джун на ферме. — Я скрестила руки и оглянулась за стойку. Где, черт возьми, Мэгги? Палец нашел звонок, и я нажала на него сильнее, чем нужно. — Мы будем продавать ее джемы.
— Джемы? — Челси фыркнула, и я напряглась. — А я-то думала, ты вернулась из-за Кольта. Ну, теперь, когда он свободен. — В ее голосе сочилась притворная забота. — Или вы уже… — Она сделала неопределенный жест пальцами. Он мог означать
Горло сжалось, но я выдержала ее взгляд, не давая ей желаемого.
— Знаешь что? Пожалуй, ты единственный человек в этом городе, кого моя личная жизнь волнует больше, чем меня, Челси.
Она усмехнулась, наклонив голову, как хищник, оценивающий добычу.
— О, меня она совсем не волнует. — Ее взгляд пробежался от моих грязных ботинок к растрепанным волосам, отмечая каждый изъян. — А вот Кольт… он вроде собирался сводить меня в новое место в Белмонте на выходных, но я уже несколько дней от него ни слуху ни духу. Я подумала, он занят ранчо, но…
Я прикусила щеку изнутри. На один яркий миг мне представилось, как я хватаю ее за хвост и дергаю, пока эти идеальные светлые пряди не останутся у меня в кулаке. Челси не знала ничего, ни черта не знала обо мне и Кольте. И все же стояла здесь, произнося его имя так, будто оно ей принадлежало.
Она не знала, что я сплю под его крышей. Не знала, как три ночи назад его пальцы скользили по моей шее в его коридоре, пока я не оттолкнула его и не сказала, что этого больше не будет. Она не знала и того, что я научилась прислушиваться к рокоту его двигателя каждое утро, прячась в комнате, пока колеса не захрустят по гравию. Это стало моим ежедневным ритуалом самоотречения, и бешеный пульс выдавал меня с каждой тянущейся секундой.
Но, надо отдать мне должное, это сработало. Мы почти не разговаривали, если рядом не было Руби.
— Вы что, трахаетесь? — она сморщила нос, будто сама мысль вызывала у нее отвращение, и я дернулась от ее вопроса. — Мне он не интересен, если…
— Если что? — спросила я, и собственнический жар стиснул горло. — Если он трахается со мной?
Я внимательно смотрела на нее, отслеживая реакцию на каждое слово, понимая, что должна остановиться, но уже не могла сдержать поток.
— Даже если сейчас он со мной не трахается, — я шагнула ближе и понизила голос, словно делилась секретом, — у меня он был так, как тебе и не снилось, Челси.
Я чуть отстранилась, чтобы увидеть, как расширяются ее глаза.
— На теле Кольта Кэллоуэя нет ни одного места, которое бы уже не знало моего прикосновения.
Рот Челси приоткрылся, потом резко захлопнулся. Губы вытянулись в тонкую алую линию. Ноздри раздулись, и ее отрепетированное стервозное самообладание мигнуло и погасло, как неоновая вывеска на последнем издыхании.
Она вздрогнула, когда за стойкой распахнулась дверь, а я отступила на шаг, не веря, что только что сказала. Из подсобки вышла Мэгги. Пряди волос выбились из зажима, на боку носа белело пятнышко муки. На ней был розовый фартук с вишнями и надписью Darlin’ Delights.