Костотряс

Прист Чери

— Уходило раньше.Сейчас уже нет.

Хэнк просто стоял, не делая попыток приблизиться, и их обеих точно парализовало.

— Люси, что нам делать? — просочился сквозь фильтры голос Брайар.

— Придется его пристрелить. Прости, — бросила ему барменша.

А может, Брайар лишь обманывала себя, что это слово предназначалось новоявленному трухляку, шарившему перед собой костлявыми руками.

Подцепив винтовку локтем, она крепко сжала ее в руках. Существо, еще недавно звавшееся Хэнком,

было едва различимо во тьме, поэтому она дождалась очередного бульканья и лишь тогда прицелилась.

Выстрел сшиб его с ног. А вот убил ли, Брайар не знала и знать не хотела. Люси, кажется, ее поддерживала.

Барменша схватилась за ствол «спенсера» и потащила Брайар прочь. Через пару шагов они налетели на стену, которой держались от самой аптеки, и снова к ней прилипли, так тяжело дыша, что найти их теперь ничего бы не стоило.

Свакхаммер на дальнем конце квартала из кожи вон лез, чтобы не допустить неразберихи и паники. Собрав людей в одно место и приперев всей своей мощью к зданию, он объявил с таким расчетом, чтобы услышали и Люси с Брайар:

— Мы на углу. За ним свернете направо.

— Знаю, — отозвалась Люси, не утруждая себя шепотом. В голосе ее читались усталость и страх.

— Тише! — шикнул Свакхаммер, но и его раздосадованный голос поднабрал силы.

— Бесполезно. Нас услышали, — проворчала Люси. Не снимая руки с теплой еще винтовки, она вела Брайар по улице. — Не стой на месте, увалень старый. Мы с миссис Уилкс идем последними.

— Люси…

— Беги,жестянка. Как только прекратишь со мной спорить, мы тоже побежим, — пропыхтела Люси.

В ночи зазвучали хриплые стоны. Черпая друг в друге силу, они стекались на шум, ведомые неутолимой жаждой мяса, и нехватка света нисколько им не мешала.

Люси с дочкой Мейнарда на буксире рванула к перекрестку, откуда еще доносился, перекрывая мертвячий гомон, топот Свакхаммера и других клиентов «Мейнарда». С каждой минутой они все больше отдалялись, но барменша, похоже, знала дорогу, так что Брайар не сопротивлялась.

Как там они говорили — всего два квартала; только, очевидно, это были два самых длинных квартала во вселенной, а трухляки уже учуяли их запах или вышли на их след, или как там еще они выслеживают свою добычу…

Высвободив винтовку, она сказала Люси:

— Не за ствол. Может пригодиться.

— Тогда беритесь за завязки фартука. От меня не отставать.

Брайар нашарила пальцами две полоски полотняной ткани и ухватилась покрепче:

— Готово. Идем. Далеко еще?

Люси без лишних слов ринулась дальше.

А вот и угол. Брайар сразу его признала, потому что налетела на него плечом, вслепую рыся за барменшей. Люси увлекла ее вправо и потащила вдоль стены. На этой улице бодрый перестук ботинок был слышен лучше.

— Наши оторвались, — прохрипела Брайар. — А мы-то

как?

Люси ответила:

— Да вроде бы.

И врезалась прямо в стайку трухляков, летевшую им навстречу.

Брайар взвизгнула, но ее спутница уже пустила в ход свою чудо-руку, не щадя ни одной незадачливой башки, которая оказывалась в ее досягаемости. Одной твари она размозжила голову о стену, другой вышибла мозги кулаком, а Брайар за это время успела лишь поднять винтовку, и когда все-таки выпустила пару пуль, то не поняла даже, куда попала и с каким результатом.

— Осторожней! — крикнула Люси. Не то чтобы она беспокоилась без меры, просто один из залпов прогремел рядом с ее ухом.

— Извините!

Брайар в сердцах дернула рычаг затвора и еще разок пальнула в скопление тел. Завязки фартука были позабыты, и теперь она была сама по себе, но Люси не бросила бы ее в беде.

Она вновь потянула рычаг, молясь, чтобы в магазине оставался хотя бы один патрон, но времени на выстрел ей не дали.

Люси обхватила ее и перенесла через поверженных мертвяков… но на руке Брайар кто-то повис. Ею завладел ужас, сравнимый с тем, что посетил ее, когда она впервые услышала надтреснутый мертвенный клекот, исходящий из глотки трупа.

— Меня сцапали! — заверещала она.

— А вот и нет! — возгласила Люси, замахнулась — и рука с неотвратимостью пушечного ядра обрушилась на чью-то пустую голову, облезлую и хрупкую.

Голова разлетелась на куски, и сердце Брайар сжалось в окоченелый комок, когда до нее дошло, что держался трухляк зубами.

— Люси! — простонала Брайар. — Люси, он… по-моему, он укусил меня!

— Потом посмотрим, — негромко сказала барменша. — А теперь отыщи-ка завязки, куколка. Рука мне еще понадобится. Других нету.

Брайар сделала, как было велено, и вот уже снова волочилась за Люси, будто воздушный змей на бечевке. И не столько видела, сколько чувствовала, как та орудует рукой на манер тарана и собственным весом пробивает себе дорогу, точно паровоз.

На улице было темнее, чем на море в глухую полночь, и у Брайар появилось ощущение, что ее с минуты на минуту вырвет, но она терпела и терпела, пока не послышался голос:

— Эй, вы, сюда!

— Скорей шарахни из Глушилки! — скомандовала Люси. — Давай стреляй, а то нам всем конец!

— Разогревается!

Люси заворчала:

— Дерьмо собачье! Ненавижу эту идиотскую пушку. Никогда не работает… — Очередной трухляк потянул клешни к ее груди. Она саданула его по виску и отбросила на тротуар. И закончила: —…когда действительно нужна.

Видимо, до убежища было всего ничего, потому что Свакхаммер прекрасно ее расслышал.

— Еще как работает! — хмыкнул он. — Секунда, и готово! А теперь прикройте-ка ушки, леди!