Костёр. 1. Чаша ветра
Шрифт:
— Клио?
Я вздохнула и открыла глаза.
Было темно.
Кузнечики ритмично стрекотали вокруг.
— Клио. Пойдем.
Андре сдвинул с виска пряди моих волос.
Я ощущала, как мое сердцебиение эхом отдавалось повсюду, где он прикасался.
Я не могу.
Его темные брови взмыли вверх, и так многозначительно, словно этот парень пробрался в мой мозг.
— Что такое? — он выглядел застигнутым врасплох, и я почувствовала себя разозленной на окружающую действительность, обиженной,
Я облизнула губы.
— Мне жаль, Андре. Я не могу сегодня. В другой раз? Практически в любое другое время. Но…
— Я давлю на тебя, — он выглядел сожалеющим.
— Нет! Дело совсем не в этом, — сказала я, — Я давлю на тебе не меньше, чем ты на меня.
Я с трудом сглотнула, кровь всё еще бушевала и кипела от страсти.
— Так глупо. Но завтра первый учебный день в школе.
Веришь или нет. И хотя всё во мне жаждет только одного — быть с тобой — бабушка абсолютно точно убьет меня, если в ночь перед началом учебного года я приду домой очень поздно.
Я ощутила, как мое лицо залилось краской даже больше, чем это возможно.
Я, Клио Мартин, чувствовала себя такой нереально нелепой, вероятно, первый раз за всю мою жизнь.
Девяносто восемь процентов во мне убеждало проигнорировать бабушку, пойти с Андре, взять жизнь в свои руки и так далее.
Однако другие два процента сильно колебались. Я любила бабушку и крайне не хотела расстраивать ее или сердить.
Без всякого выражения, приподняв бровь, Андре смотрел на меня сверху вниз.
За несколько секунд я почувствовала себя настолько чересчур ужасно, что была полностью готова вскочить, схватить Андре за руку и сказать, что просто шучу.
Я быстро села прямо.
— На самом деле, я…, - начала я как раз в тот момент, когда Андре сказал: — Я понимаю.
— Что? — я изумленно уставилась на него, рассматривая лицо, выступающие скулы.
— Я понимаю, — повторил он.
Андре печально улыбнулся:
— Конечно, тебе нужно домой. Я не подумал, прости. Я слушал свое сердце, а не разум.
Я моргнула, ошарашенная настолько, что ощутила, как на глазах начинают выступать слезы.
Разве мог Андре быть еще совершеннее? В нем сочеталось всё: необузданность, опасность, сексуальность, что я и не надеялась на большее, но в то же время он был заботлив, неэгоистичен и чуток.
Я взяла его сильную загорелую руку и поцеловала ее.
Он улыбнулся, выглядя по-детски довольным.
— Пойдем, — сказал он, — Я отведу тебя домой.
Я колебалась.
Что-то во мне не хотело пока знакомить его с бабушкой. Она всегда расспрашивала меня о парнях, с которыми я встречалась, и я хотела узнать Андре получше, прежде чем подвергаться инквизиции.
Кроме того, у нее будет уйма времени узнать его в качестве
Я покачала головой.
— Я сама могу дойти отсюда. Это совершенно безопасно.
С тех пор, как я способна метнуть замораживающее заклинание в любого сопляка, кто свяжется со мной.
Он нахмурился.
— Нет, Клио, пожалуйста, дай мне увидеть, где ты живешь.
Я покачала головой и поднялась, стряхивая листву с одежды.
— Школа заканчивается в три, — сказала я ему, — Можно мне увидеть тебя завтра?
Он засмеялся и притянул меня к себе:
— Ты можешь увидеть меня в любое время, когда захочешь.
12. Таис.
Я лежала в постели, гадая, что сделать первым: заплакать или броситься собираться.
Почти всю ночь пялясь в потолок без сна, я полагала — «просыпаться» бессмысленно.
Сегодня мой первый день в школе на новом месте.
Первый день за всю мою жизнь в школе, в которую папа меня не отведет, как раньше: держа за руку, когда я была маленькая, махая рукой, когда я стала старше.
Я чувствовала себя крайне одинокой, просыпаясь в этой странной квартире, где всё такое чужое вокруг.
Как будто глаза засыпали песком.
Я перевернулась в кровати, обнимая подушку.
С того времени, как мне приснился кошмар, я ненавидела засыпать. Акселль настаивала, чтобы я держала дверь в свою комнату открытой, и, с одной стороны, я действительно была благодарна за то, что она прислушивалась к моему крику.
С другой стороны, мне ужасно не хватало личного пространства и безопасной уединенности за закрытой дверью.
Особенно, когда Жюль с Дедалом оставались на ночь время от времени.
На автопилоте я зашла в ванную и встала под душ.
В Новом Орлеане холодная вода в действительности никогда не бывает холодной, в отличие от Коннектикута.
Дома буква «Х» на кране по-настоящему говорит сама за себя.
Здесь «Х» означает «прохладная». Мне ни разу не потребовалось включать горячую воду.
И еще кое-что: дома первый день в школе всегда означал новую школьную одежду — осеннюю одежду.
Школа начиналась — осень на пути.
Прогноз на сегодня: выше тридцати пяти, сто процентная влажность.
Я надела короткую юбку и топик серого цвета с розовыми спортивными полосками.
Подумав, что надо бы поскорее выяснить, какие вещи считается круто носить здесь.
Я нанесла на волосы кондиционер и взбила их повыше, чтобы они ниспадали слоями.
И расплакалась.
Я задержала слезы и попыталась нанести тушь.
Расплакалась снова.
Отложив макияж, я вышла на кухню.