Космобиолухи

Громыко Ольга Николаевна

– Делай что хочешь,– сказал он, закрывая глаза. Впрочем, вскоре пилот и сам осознал бредовость этой идеи, и со стороны его кресла слышалось лишь недовольное сопение.

– Нас обязательно должны спасти! – вновь заявила Джилл с бодростью, чуть-чуть не дотянувшей до истеричности.– Такой глупой смерти просто быть не может, ведь правда?!

– Глупой смерти? – медленно повторил капитан.– А что, бывает умная смерть?

Однажды молодой и любопытный патрульный наткнулся на древний сторожевой корабль – эхо давным-давно прогремевшей войны, невесть каким

звездным ветром занесенное в этот сектор. Величайший в мире старьевщик – космос – так бережно сохранил издырявленную, обездвиженную посудину, будто она приняла свой последний бой только вчера. В нем погибли не все – по тревоге экипаж надевает скафандры, а регенераторы воздуха позволяют продержаться около недели… Тогда Роджер Сакаи в первый и последний раз в жизни развернулся и сбежал, не в силах терпеть взгляды мертвецов.

– Между прочим,– повернулся к девушке Винни,– мы сейчас в очень романтичной обстановке, не находишь? Темно, тесно… Словно ползем по узкой пещере в зал, где запрятаны сокровища.

– В пещере должно быть прохладно,– тоскливо вздохнула Джилл, понимая, что пилот просто хочет ее подбодрить,– а тут такая жара, что я скоро по сиденью растекусь.

– Сними комбез,– посоветовал капитан.– Хоть немного полегчает.

– Я давно уже хотела,– призналась Мисс Отвертка,– только… у меня под ним вообще ничего нет.

Капитан усмехнулся.

– Во-первых, мы джентльмены,– сказал он,– хоть и удачи. Во-вторых, тут уже почти ничего не видно.

Джилл принялась шуршать застежками, но на полдороге вдруг остановилась и озабоченно спросила:

– А вы сами почему не разденетесь?

– Я к жаре с детства привык,– соврал Роджер. На самом деле он с удовольствием содрал бы с себя не только форму, но и кожу, однако капитан скорее был готов свариться заживо, чем отбыть в самурайский рай голым. В конце концов, мучиться им оставалось не больше часа, а терпеть насмешки потом пришлось бы целую вечность.

– Мокро,– неожиданно сказал пилот.– Ей-ей, что-то под ногами хлюпает!

Наклонившись, он пошарил внизу рукой, затем выпрямился и поднес измазанную ладонь к пока еще светлому фрагменту лобового стекла.

– Черная,– уверенно заявил он, хотя при таком «освещении» черным казался любой относительно темный цвет.– Значит, где-то есть дыра, через которую тина внутрь просачивается.

– И что с того?

– Ну как же… если мы сумеем перевернуть катер, через эту дыру воздух начнет поступать….

– Ты принюхайся сначала,– посоветовал капитан.– Чувствуешь запах? Это из кофейного автомата натекло.

– Верно,– убито подтвердил Винни.– Черт… а я уж обрадовался…

– Бывает,– безразлично согласился Сакаи.

– Да, бывает… а знаешь, Роджер,– голос Винни вдруг смягчился,– пока не поздно… я хочу сказать, что ты был отличным капитаном… хоть нам и довелось изрядно попортить друг дружке нервы, но все равно я рад, что мы были одним экипажем. И тебе, Джилл, тоже,– добавил пилот, и Мисс Отвертка всхлипнула в ответ.– Черт, я даже на Фрэнка больше не сержусь, хоть он и мелкий паршивец.

Роджер

подумал, что ему тоже нужно сказать в ответ что-нибудь столь же глупое и трогательное, подобающее моменту…

Но он не успел.

* * *

Дождь уже почти закончился, но на поиски катера ушло больше часа – из болота торчали только крыша и часть кормы. Ни освещение, ни бортовая рация не работали, и Теодору пришлось водить флайер кругами, прежде чем прожектор выхватил из сумрака матово поблескивающую глыбу.

– Надеюсь, с герметизацией у них все в порядке? – озабоченно сказал Дэн.

Вокруг катера булькнуло, и он с тяжелым вздохом погрузился еще на десяток сантиметров.

– Болотные газы,– оптимистично заключил Тед, похлопав посеревшего Фрэнка по плечу.– Не дрейфь, вытащим мы твоих коллег! На какой частоте вы сидите? – Пилот вытряхнул комм из рукава, собираясь настроить прямую связь с утопленниками.

– Не получится,– поспешно сказал «геолог».– У нас военные «маркони», они с большинством гражданских моделей несовместимы.

– А где вы их раздобыли? – удивился пилот.

– Сломанными купили, на детали,– соврал Фрэнк,– а Джилл сумела починить.

– Ясно.– Тед слабо представлял, на каком рынке можно приобрести секретную правительственную разработку, хоть бы и в виде металлолома, но расспрашивать было некогда.– Ладно, тогда давай сюда сережку.

Фрэнк безропотно позволил содрать клипсу, которую Теодор тут же перевесил на свое ухо и бодро окликнул:

– Эй там, на «Наутилусе»! Вы еще живые?

– Нет, уже полчаса как покойники,– немедля отозвался Роджер. Винни и Джилл беззвучно переглянулись, воздерживаясь от прочих способов ликования. От лобового стекла осталась только узкая полоска, светящаяся под прожектором спасателей. И, как последний луч солнца, она становилась все тоньше и тоньше.– Спасибо, что прилетели.

– Спасибо скажете, когда мы вас вытащим! – Теодор подвел флайер как можно ближе к катеру и опустил купол.– Та-а-ак… и за что тут можно зацепиться?

– За геологоразведочное оборудование,– мрачно посоветовал Винни.– Все равно его теперь только на свалку.

По крыше бухнуло что-то тяжелое, разом погрузившее катер в трясину на добрую четверть метра. В салоне воцарилась тьма, в которой тоненько заскулила Джилл, намекая, что она еще слишком молода для погребения заживо.

– Эй, наверху! – озабоченно крикнул Сакаи,– что там у вас происходит?

– Утопить они нас решили, вот что,– уверенно заключил Винни.– Разом от всех избавиться, а Фрэнка небось уже и так пристрелили.

– Но они же прилетели к нам на помощь! – слабо возразила механик, не желая расставиться с надеждой.

– Угу, прилетели – убедиться, что мы точно не выкарабкаемся!

– Не, за оборудование не годится,– после томительной двухминутной паузы отозвался спрыгнувший на крышу Теодор.– Оторвется. Попытаюсь за сам стыковочный узел.

– Вот видишь! – прошипел Сакаи, во время всего разговора благоразумно прикрывавший рукой передатчик.