Кошмар в августе
Шрифт:
Но Юлька отвечала спокойно, не шифруясь:
— Исключено. В нашем институте ничего подобного нет и быть не может. Параллельно я провела десятки анализов, консультировалась со специалистами — результат нулевой. Это что-то совершенно неизвестное науке.
Даша озадаченно скребла рыжий затылок. Ей было искренне жаль бывшую одноклассницу, но она по-прежнему не понимала, почему та решила позвонить именно ей.
— Прости, но... чем конкретно я могу тебе помочь? Прислать какое-нибудь лекарство?
— Рыжая, какое лекарство?! — гневно перебила Юлька. — Я же тебе русским языком говорю:
— Так я-то чем могу помочь? — Против воли в голосе появились нотки раздражения.
Паэгле стала говорить чуть тише и спокойнее.
— Послушай, я уверена — к инфицированию причастен кто-то из близких мне людей, и я хочу знать, кто именно. Насколько мне известно, у тебя детективное агентство, пожалуйста, помоги мне.
От неожиданности Даша едва трубку не выронила:
— Ты хочешь меня нанять? За... чем? — У нее чуть не вырвалось: «За что?»
— Зачем нанимают частных детективов? Для расследования, конечно.
— Да... Но почему ты не обратишься в полицию, м-м-м... в милицию?
Несмотря на преданность профессии, Даше совершенно не улыбалось подцепить неведомую цихлозому просто так, за здорово живешь, как бы в память о детской дружбе.
Бывшей одноклассницей неожиданно овладела ярость:
— Спасибо за совет! Думаешь, мне это самой в голову не пришло? Я в милицию пошла сразу же, как только обнаружила первые признаки заболевания. И ты знаешь, как они отреагировали?
— Как?
— Они подняли меня на смех!
— Не может быть.
— Может. Сказали, что если милиция начнет заниматься подобной ерундой, то порядок в России не настанет никогда.
— Я надеюсь, ты шутишь? — На родине Даша в последнее время бывала нечасто, но ей все же хотелось верить, что не все так плохо. — А что же тогда они подразумевают под порядком? — неуверенно спросила она.
— Откуда мне знать! Может, когда все тихо и все спокойно лежат на кладбище. — Подавив судорожный вздох, Юлька обессилено добавила: — Единственное, в чем я уверена точно, так это в том, что, если в течение самого короткого срока не разобраться в этом, мне конец.
— Ну не надо так мрачно. — Даша принялась успокаивать бывшую одноклассницу. — И потом, если ты сама еще не до конца уверена, то, может, это вовсе и не заразное. Например... раковое. Да! Какая-нибудь неизвестная еще науке форма ракового заболевания... — И сразу же прикусила язык: ну уж утешила так утешила.
Трубка на время замолчала.
— Я не думала об этом. Нет, слишком мала вероятность.
— Но ведь существует. — Даша испытала странное чувство — гордости за умный совет профессионалу и удивления, что та вроде даже обрадовалась. — А... тебя это не пугает?
— Пугает? Да это было бы спасением свыше.
— ?!
— Онкология, конечно, не подарок, зато появляется шанс.
Даша даже привстала:
— Юлька, какая же ты мужественная! Конечно, я приеду. Полечу первым же самолетом. — И после небольшой паузы чуть виновато добавила: — Надеюсь, на меня эта пакость не перекинется...
2
Через полчаса она уже чистила зубы, резала хлеб, гладила кофту и, пробегая мимо
Присев в коридоре «на дорожку», Даша обвела свои владения озабоченным взглядом. Все произошло так спонтанно, что она даже не успела договориться с соседкой присматривать за квартирой и цветами. И тут же мелькнула мысль: не слишком ли поспешно она согласилась взяться за работу, на которую у нее даже разрешения пока нет? И с чего это Паэгле решила, что у нее детективное агентство? Наверное, кто-то из знакомых что-то перепутал: год назад она действительно работала в одном детективном агентстве, но, во-первых, чужом, во-вторых, секретаршей, а в-третьих, кончилось это печально. Однако переигрывать было уже поздно: в Москве ее с надеждой и верой ждет человек, которому она пообещала помощь. Даша встала, взяла сумку и щелкнула выключателем. Лишь бы Полетаев ни о чем не пронюхал, в противном случае даже зловещая цихлозома покажется ей легким насморком.
3
Сев в первый же самолет, который вылетал из пражского аэропорта в сторону Москвы, Даша совершенно не обратила внимания, что рейс не прямой, а с пересадкой, через Варшаву. Только услышав сообщение миловидной стюардессы, что через час они приземлятся в столице Польши, Даша запаниковала:
— Какая еще Польша? Матерь Боска, я лечу в Москву! Пани, прошу вас, сделайте что-нибудь! Я не хочу в Варшаву.
С трудом сдерживая улыбку, стюардесса поспешила ее успокоить:
— Не волнуйтесь, млада пани, в Варшаве вы пробудите всего сорок минут, а затем на другом самолете вылетите в Москву. Могу предложить вам прохладительные напитки?
— Прохладительные? — Даша подвигалась в кресле, устраиваясь поудобнее. — Знаете, я, пожалуй, выпью красного вина.
Время хоть и раннее, но глоток чего-нибудь бодрящего ей не повредит, тем более что на родной земле она, судя по всему, окажется не скоро.
Глава 2
Дверь стукнула. Прораб Семин автоматически поднял глаза и почувствовал, как от желудка к горлу поднимается жар. Он рванул ворот рубахи.
— Нет...
Вошедший опустился на свежевыструганный, еще пахнущий смолой табурет и мрачно кивнул:
— Да, Геннадий Михалыч. Еще один.
Семин обхватил голову и уставился в пустоту дверного проема.
— Ох, мать твою... — бессильно выдохнул он.
Принесший дурную весть рабочий угрюмо растирал заскорузлые, как старая кора, ладони.
— Что делать-то будем, Михалыч? Сообщим кому надо или... — он поскреб шею, — опять, в карьер?..
— Чего?!
— Я говорю, четвертый уже... Хорошо, если никто не пронюхает, а что как найдут? Мы ж даже не знаем, кто такие. На братков ироде не похожи: жидкие да чистые, и убивают их как-то... — Филин брезентовым рукавом устало отер пот на лице. — Срам один.