Корректировщик
Шрифт:
– Нам до сих пор неизвестен источник энергии панспермитов, – терпеливо повторил Хойл. – От термоядерного реактора они избавились, если судить по прекращению гамма– и рентгеновского излучения, но что вырастили взамен – загадка. Я считаю – кварковый реактор, однако нужны замеры волнового фона.
– Не обязательно кварковый, – возразил коллега Хойла физик из России Романецкий. – Судя по тонким полевым эффектам, которые регистрирует наша аппаратура, панспермиты используют вакуумный резонанс.
– Для того чтобы источником энергии служил вакуум-резонанс, им необходимо сбрасывать либо адронные струи, либо тепловое излучение в сопровождении нейтринных
– Ошибаетесь, коллега, у панспермитов уже отмечено несоблюдение гомойотермии [17] , температура многих участков тела резко отличается от соседних. Это не доказательство?
Ученые заспорили, но разгореться спору не дал Киллер:
– Господа, успокойтесь, здесь не место для дискуссий. Доктор Хойл, что вы хотели сказать доктору Алиссону?
17
Гомойотермия – поддержание постоянной температуры тела.
– Во-первых, два моих прибора перестали выдавать информацию, а во-вторых, неплохо бы установить еще с полсотни датчиков на телах панспермитов.
– Доктор, вы и так покрыли суперзавров слоем своих датчиков, зачем вам столько?
Хойл замялся, пытаясь сформулировать ответ так, чтобы его понял неспециалист, и Киллер не преминул заметить:
– Вы, ученые, явно не способны объяснить коллегам суть гипотезы, ради которой затевается исследование. Убеждаюсь в этом еще раз. Док, – адмирал хмуро взглянул на Алиссона, – у вас появляется еще одна задача: приручить драконов.
Последовала секунда полной тишины, затем раздался шум: заскрипели стулья, ученые и организаторы заговорили, кое-кто засмеялся. Алиссон боковым зрением поймал жест Кемпера, покрутившего пальцем у виска.
– Как вы себе это представляете?
– А это уж ваши заботы! Вас тут сорок человек, придумаете чего-нибудь. Выигрыш при этом настолько велик, что мы заплатим вам любую сумму.
«Мы» – это военные, понял Алиссон. Подумал: для них это действительно находка колоссального значения. Во-первых, открывается перспектива решения многих инженерных задач и применения физических открытий в военных областях, во-вторых, панспермиты по сути уникальные эффекторы, способные для достижения цели изменять самих себя. А может быть, и не только себя, но и сферу. К тому же вполне вероятно, что они обладают свободой выбора материала.
– Попробуем, – услышал палеонтолог свой голос, не отвечая на изумленный взгляд Кемпера. – Хотя добиться того, чтобы драконы слушались нас in extenso [18] , вряд ли возможно.
Киллер кивнул, оставаясь чем-то недовольным и хмурым.
– Теперь поговорим об оставленных ими яйцах. Что, если мы заберем их в Форт-Брагг? Лаборатории там мощные. Доктор Тиммери, вы уже выяснили?.. – Адмирал не договорил – в палатку вбежал дежурный офицер:
– Драконы ползут сюда!
18
Полностью (лат.) .
Все повскакали с мест, бросились гурьбой из палатки. В лагере трижды взвыла сирена, поднявшая приличную панику. От городка исследователей до «пастбища» суперзавров было всего двенадцать километров, а звери могли передвигаться со скоростью до шестидесяти километров в час. Четверть часа – и они в лагере.
Алиссон
В стороне транспортной базы взревели двигатели вездеходов, раздались команды охране и призывы забираться в машины. Один за другим в низкое серое небо взлетели вертолеты наблюдения и боевого охранения.
– Что будем делать? – Возникший сзади Кемпер хлопнул друга по спине. – Тревожно мне что-то.
– Мне тоже, – признался Алиссон, застегивая теплую меховую куртку. – Может быть, драконы зовут нас? Я имею в виду – не только криком, но и в мысленном диапазоне? Отсюда и тревога.
– Пошли навстречу, выясним. Только наденем «силзы», без них я чувствую себя голым.
Спустя несколько минут, предупредив гражданское начальство в лице Тиммери и военное в лице Киллера, друзья рысили к приближающимся панспермитам, которые с грохотом и гулом вспахивали каменистую почву пустыни. Их следы – четыре громадные рваные борозды – были заметны даже из космоса, со спутников.
Встретились всего в трех километрах от опустевшего лагеря. Суперзавры остановились первыми, подождали, пока люди подойдут ближе, и вдруг как по команде вытянули шеи и положили головы на землю перед людьми, словно предлагая обойтись без «скалолазания».
– Никак они нам кланяются! – раздался в наушниках веселый голос ошеломленного Кемпера. – Зря я материл Киллера, драконов-то и приручать не надо, они уже кем-то выдрессированы.
Алиссон был потрясен не меньше летчика и ответил не сразу, по привычке анализируя событие со всех точек зрения:
– Видимо, драконы раньше нас преодолели коммуникативный барьер… и понимают нас лучше, чем мы их.
– В таком случае они умнее, чем думают твои яйцеголовые коллеги.
– Что ж, продолжим диалог.
Они приблизились к страшной морде Тихони, снисходительно разглядывающего их передним щелевидным глазом – боковые глаза-радары зверя были закрыты, – и остановились, озадаченно разглядывая новую деталь на носу – центральном рыле панспермита – три ветвистых, сверкающих золотом рога.
– Этого вчера не было, – хмыкнул Кемпер. – Вырастили за ночь. – Он чуть отошел, чтобы взглянуть на второго дракона. – У Стрелка то же самое. Вот бы мне так: захотел – вырастил рога… – Он подумал. – Впрочем, женюсь – они и так вырастут. А вот крылья не помешали бы. Или пистолет на пузе.
Алиссон улыбнулся, а летчик вдруг завопил во всю мочь, так, что Норман вздрогнул:
– Эй, Тихий, рога себе зачем соорудил?
– Не ори, они реагируют не на звук и радио, только на мысленный зов. А рога вполне могут играть роль вибрисс [19] . Может быть, это проявление какого-то этапа эволюции драконов, но сдается мне, рога выращены специально для связи с нами. Чтобы преодолеть высокий порог мысленного восприятия… Сейчас проверим.
Алиссон подошел поближе к рогам (Тихоня лежал смирно в отличие от Стрелка, который то и дело поднимал голову и поглядывал в сторону тарахтевших на горизонте вертолетов), машинально передал мысленный привет и постарался четко представить голову суперзавра без рогов. Затем пририсовал к ней рога и поместил рядом фигурку человека.
19
Вибриссы – крупные осязательные волосы у млекопитающих (усы у кошек, львов и т.д.).