Корона с шипами
Шрифт:
Восседая на своем стуле, словно на капитанском мостике, матушка Эмита руководила всеми сборами: решала, что надо купить и что заложить для оплаты расходов; готовила съестные припасы в дорогу; упаковывала вещи и придумывала для Тессы правдоподобную историю, объясняющую, почему молодая женщина путешествует в одиночестве. Матушка Эмита была точно вездесущий, не упускающий ни одной детали дух: расписания кораблей, прогнозы погоды, местные обычаи — из всего этого она сплела сложный, но безупречно выверенный узор.
Саму Тессу она вычистила, приукрасила
— Ты уже в том возрасте, когда полагается быть замужем, — говорила она, затягивая волосы Тессы в узел, как положено почтенной матроне, — поэтому настаивай, чтобы на корабле к тебе все, а в первую очередь капитан, обращались «мадам», а не «мисс».
Тесса потрогала рукой свою новую прическу и улыбнулась. Прощание далось ей нелегко. Совсем нелегко. Матушка Эмита почти что встала со стула и обняла Тессу так крепко, что казалось, вот-вот раздавит. Правда, не успела Тесса закрыть за собой дверь, а старушка уже достала свой ножик и принялась чистить очередную партию овощей. Что бы ни случилось днем, вечером должен быть подан ужин.
Тесса проглотила застрявший в горле комок и обернулась к Эмиту. Он опустился на колени рядом с вещами и затягивал потуже веревку на мешке, чтобы ничего, не дай Бог, не выпало.
— Все на борт! Приказ капитана: все на борт! — Человек в тюрбане выплюнул лакричный корень. — Отправление через четверть часа. Все на борт!
Пассажиры заспешили к сходням. У всех в руках были мешки и сумки. Многие на веревках, точно на буксире, тащили за собой сундуки. Тесса насчитала не меньше двенадцати человек — мужчин и женщин. А ведь матушка Эмита уверяла, что «Бурав» главным образом торговое судно, перевозящее грузы из Бей'Зелла в Килгрим.
— Все на борт! — еще раз крикнул человек в тюрбане и в упор посмотрел на Тессу. — Все на борт!
— Вот, мисс, держите ваши вещи. — Эмит протянул Тессе мешок. Среди суетливой толпы он казался меньше ростом, чем в своей кухоньке, и каким-то потерянным.
Тесса тоже чувствовала себя маленькой и осиротевшей. Она заглянула в темно-синие глаза Эмита, и глаза у нее защипало. Всю жизнь она обожала путешествия, ни с чем не сравнимое дорожное возбуждение; ей нравилось ехать — все равно куда, главное — в какое-то неизвестное еще, новое место. И вот она стоит здесь, освободившись наконец из заточения в кухне матушки Эмита. Ее ждет увлекательное путешествие на неведомый таинственный остров Мэйрибейн, а хочется лишь одного — вернуться домой вместе с Эмитом.
Ей не хотелось уезжать. Впервые в жизни не хотелось никуда ехать.
Тесса вздохнула, раздумывая, как лучше проститься с Эмитом, не обнять ли его. Наверное, не стоит. Это только смутит его.
— Берегите матушку, пока
Эмит с неожиданным интересом уставился на собственный рукав:
— Конечно, конечно. Если бы не она, я...
— Я знаю. Вы бы не отпустили меня одну. — Тесса попыталась улыбнуться, но получилась лишь кривая усмешка.
— Все на борт! Все на борт!
— Вам и правда пора, мисс. Главное, не теряйте бдительности. Не разговаривайте с незнакомыми и старайтесь держаться рядом с другими женщинами.
Тессу тоже заинтересовал рукав Эмита.
— Я ничего не забуду из ваших советов. Ничего.
Рукав вдруг поднялся, и рука Эмита легла на руку Тессы.
— Ступайте, мисс. Да хранят вас все четыре божества, да возвратят они вас в наши объятия живой и здоровой.
Тесса в свою очередь похлопала Эмита по руке. Новые, незнакомые ощущения захлестывали ее. Впервые в жизни ей было по-настоящему страшно, впервые не хотелось никуда ехать.
— Последнее предупреждение! Все на борт!
Тесса взвалила мешок на плечо и посмотрела прямо в лицо Эмиту. Она добилась своего — взгляды их наконец встретились, но потом он поспешно отвел глаза, отвернулся и зашагал прочь. Путешествие началось.
Тесса вступила на сходни. Солнце пекло ей в спину; после семи недель в кухне матушки Эмита от шума, говора людей, запахов у нее голова пошла кругом. Тесса ощущала себя личинкой, только что вылупившейся из кокона. Забавно, за время своего заточения она успела забыть, где находится. Только сейчас она вспомнила, что попала в странный мир, населенный странными людьми, и дом ее так далеко, что и вообразить невозможно.
Тесса машинально потянулась к ленте на шее, чтобы пощупать спрятанное за корсажем кольцо. Она совсем забыла, что может пользоваться только левой рукой, а забинтованную правую лучше не трогать. Лицо ее перекосилось от боли. Тесса нарочно надавила обожженной ладонью на шипы кольца. Как ни странно, это помогло.
— Сюда, мисс, — окликнул ее молодой, но щербатый уже парень. Он протянул ей руку и втащил на палубу. — Помочь вам донести мешок?
Помня советы Эмита, Тесса решительно покачала головой:
— Не стоит. Он не тяжелый. Я сама справлюсь. Кстати, я не мисс, а мадам.
Тесса немного воспряла духом. Уже пять дней она не спала как следует. Волдыри на обожженных ладонях прорвались, болячки гноились и кровоточили. От боли она ночи напролет ворочалась под одеялом. Но даже если удавалось заснуть, это все равно не был полноценный спокойный сон. Он не приносил отдохновения. Чудовища с золотистыми глазами выползали из темных углов, надвигались на нее...
Щербатый тип посторонился, и Тесса ступила на борт корабля. «Бурав» слегка покачивался на воде, напоминая Тессе, что она не на суше. Она протиснулась мимо стайки хихикающих ребятишек и женщины в шляпе с вуалью, едва доходящей до бровей, и подошла к перилам. Правой рукой она придерживала мешок, а левую держала под плащом на рукоятке подаренного Райвисом ножа.