Королевский убийца

Хобб Робин

— Не ждешь? — Я поднял глаза и увидел, что он в ярости. — Ты, нахальный щенок! А кто, ты думаешь, не пускал их в Баккип все лето, пока ты был на «Руриске»? Ты решил, будто только потому, что ты хочешь избежать какой-то работы, ее уже вообще не надо делать?

Мне было стыдно как никогда. Я отвел глаза, чтобы не видеть его гнева.

— О, Чейд, я так сожалею.

— Сожалеешь, что избегал ее? Или сожалеешь, что считал меня ни на что не способным?

— И то и другое. Все. — И неожиданно я сдался: — Пожалуйста, Чейд, если еще один человек, которого я люблю, будет сердиться на меня, я просто не смогу этого вынести. — Я поднял голову и смотрел

на него до тех пор, пока он не посмотрел мне в глаза. Он поднял руку и почесал подбородок.

— Это было долгое лето для нас обоих. Моли Эля о штормах, которые выгнали бы красные корабли навсегда.

Некоторое время мы сидели молча.

— Иногда, — заметил Чейд, — бывает гораздо проще умереть за своего короля, чем отдать ему свою жизнь.

Я склонил голову, соглашаясь.

Оставшуюся часть ночи мы провели, приготавливая яды, которые потребуются мне, чтобы снова начать убивать для своего короля.

18 ЭДДЕРЛИНГИ

Осень третьего года войны с красными кораблями оказалась горькой для будущего короля Верити. Его военные корабли были его мечтой. Все его надежды были связаны с ними. Верити считал, что избавит свое побережье от пиратов и так преуспеет в этом, что сможет посылать свои корабли к родным берегам островитян даже во время самых свирепых зимних штормов.

Ранняя зима застала его с флотилией из пяти кораблей, два из которых нуждались в ремонте. Одним из неповрежденных был красный корабль, захваченный у пиратов. Его переоснастили и послали помогать в патрулировании и эскортировании торговых судов. Когда, наконец, задули осенние ветры, один из капитанов решил совершить рейд к берегам островитян. Остальные капитаны хотели подождать с этим по меньшей мере одну зиму. Они намеревались попрактиковаться в корабельном деле у собственных берегов, а летом поупражняться в тактике, прежде чем атаковать противника.

Верити никого не стал посылать в рейд против воли, но и не скрывал своего разочарования в связи с отсутствием единодушия среди капитанов. Он ясно выразил это, когда великолепно снарядил единственный добровольческий корабль, переименованный в «Отмщение». Отобранная капитаном команда была снаряжена так же тщательно: все получили новые доспехи и оружие от лучших мастеров. При отправлении «Отмщения» было устроено пышное торжество, на котором присутствовал даже король Шрюд, несмотря на то что его здоровье слабело с каждым днем. Сама королева укрепила на мачте перья чайки, которые, по приметам, должны были привести корабль невредимым в родной порт. Когда «Отмщение» тронулось с места, раздались громкие приветственные крики, и в этот вечер в Баккипе многократно пили за здоровье капитана и его команды.

Месяцем позже, к огорчению Верити, было получено сообщение, что корабль, по описанию похожий на «Отмщение», пиратствует в спокойных водах, к югу от Шести Герцогств, и доставляет много хлопот торговцам Бингтауна. И это было все, что стало известным о капитане, команде и корабле. Некоторые обвиняли во всем островитян, составлявших добрую половину команды, но там было столько же добрых граждан Шести Герцогств, а капитан вырос в самом Баккипе. Гордый Верити получил щелчок по носу, а его авторитет среди народа Шести Герцогств заметно упал. И многие думают, что именно тогда он решил принести себя в жертву, надеясь найти окончательное решение.

Я считаю, что ее подтолкнул к этому

шут. Конечно, он проводил много часов в саду на башне с Кетриккен. То, что она там делала, вызывало у него неподдельное восхищение. Хорошее отношение легко завоевать искренней похвалой. К концу лета она уже не только смеялась над его шутками, когда он навещал ее и ее леди. Он уговорил ее постоянно наведываться в королевские покои. Как будущая королева она не зависела от настроений Волзеда. И Кетриккен сама стала смешивать укрепляющие травы для Шрюда, и на некоторое время король, казалось, почувствовал себя лучше благодаря ее заботам. Думаю, шут решил, что с ее помощью он выполнит то, чего не мог добиться от меня и от Верити.

Был ветреный осенний вечер, когда она впервые заговорила со мной об этом. Я был на башне вместе с ней, помогая утеплять охапками травы самые нежные растения, чтобы они не погибли от зимних морозов. Это Пейшенс сочла такую предосторожность необходимой, и они с Лейси готовили к холодам вьюнки, образовавшие небольшую беседку. Она стала постоянным, хотя и очень робким, советником королевы Кетриккен в вопросах цветоводства. Маленькая Розмэри стояла у моего локтя, по мере надобности подавая мне бечевку. Несколько закутанных помощниц леди Кетриккен тихо беседовали между собой в другом углу сада. Остальных она отпустила, когда заметила, что они дрожат и дышат на свои пальцы. Мои голые руки почти онемели, так же как и уши, но Кетриккен, по-видимому, чувствовала себя прекрасно. Как и Верити, спрятавшийся в моем сознании. По его настоянию я снова постоянно держал с ним связь Скиллом, после того как он узнал, что я опять в одиночестве преследовал «перекованных». Теперь я замечал его слабое присутствие в своем сознании. Тем не менее я почувствовал его удивление, когда Кетриккен, завязывая шнуром закутанное растение, которое я держал, спросила меня, что я знаю об Элдерлингах.

— Почти ничего, моя леди, королева, — ответил я честно и еще раз дал себе обещание просмотреть манускрипты и свитки, которыми так долго пренебрегал.

— Почему?

— Ну, на самом деле о них было очень мало написано. Я думаю, что когда-то сведения о них были настолько общеизвестны, что их не требовалось записывать. А теперь то немногое, что все же сохранилось, разрознено и потеряно. Нужно быть ученым, чтобы найти и изучить все оставшиеся факты.

— Ученым вроде шута? — едко спросила она. — Он, кажется, знает о них больше, чем все, кого я спрашивала.

— Что ж. Он любит читать, вы знаете. И…

— Довольно о шуте. Я хотела поговорить об Элдерлингах, — оборвала она меня.

Я вздрогнул от ее тона, но обнаружил, что ее серые глаза снова смотрят на море. Она не хотела упрекать меня или быть грубой. Она просто была погружена в свои мысли. Я отметил, что за месяцы моего отсутствия в ней прибавилось уверенности. Она стала более царственной.

— Кое-что мне известно, — сказал я неуверенно.

— Как и мне. Посмотрим, совпадают ли наши сведения. Я начну.

— Как вам будет угодно, моя королева.

Она откашлялась.

— Давным-давно король Вайздом был изнурен нападениями пиратов. Когда все предали его, он стал опасаться, что следующее лето станет концом Шести Герцогств и династии Видящих, и решил потратить зиму на поиски легендарного народа Элдерлингов. Пока все так?

— В основном. Как я слышал, легенды называли их не народом, а чем-то вроде богов. А народ Шести Герцогств всегда считал Вайздома чем-то вроде религиозного фанатика, почти безумца в том, что касалось таких вещей.