Королевский гамбит
Шрифт:
Усаживается прямо на пол, подобрав ноги под себя, и принимается быстро расставлять лакированные фигуры на доске. Я неотрывно слежу за каждым движением Аддамс, но уже не потому, что в любой момент ожидаю подвоха — просто за ней действительно интересно наблюдать. Очевидно, она вовсе не так бесстрастна, какой кажется на первый взгляд.
Или хочет казаться. У неё определённо есть эмоции — просто проявляются они очень слабо.
— Долго будешь там стоять? — слегка иронично спрашивает Уэнсдэй, небрежным жестом заправляя за ухо
Качнув головой, чтобы сбросить странное оцепенение, я прохожу вглубь крохотной комнатушки и усаживаюсь напротив неё.
Не без усилия заставляю себя опустить взгляд на шахматную доску перед нами.
Разумеется, она играет за чёрных.
Предсказуемо.
Немного поразмыслив, сдвигаю белую пешку на две клетки вперёд — Аддамс отвечает зеркальным ходом.
— Кто учил тебя играть? — предпринимаю самую банальную попытку завязать разговор, перемещая фигурку коня на f-3.
— Дядя, — чёрный конь тут же занимает f-6.
— А меня мама, — отзываюсь я, хоть она и не задавала ответного вопроса. — Правда она давно умерла.
— Ясно, — с тотальным безразличием роняет Уэнсдэй.
На какое-то время воцаряется непроницаемая тишина. Белый конь бьёт чёрную пешку. Я ожидаю, что Аддамс сделает самый логичный ход — переместит другую пешку на d-6, чтобы прогнать коня и забрать мою центральную пешку, но она внезапно поступает совершенно иначе. Второй чёрный конь занимает позицию с-6, подставляясь аккурат под удар белого.
— Зачем ты это делаешь? — непонимающе хмурюсь, пытаясь понять смысл странного хода, но в голову упорно ничего не идёт. — Зачем намеренно отдаёшь коня на растерзание?
— Oh merda, ты совершенно ничего не смыслишь, — Уэнсдэй закатывает глаза с таким раздражённым видом, словно степень моего кретинизма поражает её до глубины души. — Это называется гамбит Стаффорда.
— Что такое гамбит? — я действительно ни черта не смыслю в подобных запутанных стратегиях. Я просто знаю, что слон ходит по диагонали, а ладья — по вертикали и горизонтали, и всегда искренне полагал, что этого вполне достаточно.
— Сопутствующие потери, — она поднимает на меня пристальный немигающий взгляд своих невозможных угольных глаз. — Чтобы разыграть хорошую партию, нужно чем-то пожертвовать. В этом и суть любого гамбита.
— Понятно, — чудовищное слово, убивающее на корню любой диалог, но я правда не знаю, что сказать в ответ, ощущая себя полнейшим идиотом.
Я сразу догадался, что Уэнсдэй чертовски умна — но не догадывался, насколько сильно её интеллект превосходит мой. Осознание настораживает и одновременно интригует.
Очередное необъяснимое противоречие.
Забираю так щедро предложенного коня, игра стремительно набирает обороты — и уже спустя пару десятков ходов я вдруг понимаю, что зашёл в тупик. Любой ход только ухудшит моё стратегическое положение. Проклятье.
Как ловко чертова стерва меня обставила.
—
— И что мне делать, о великий гроссмейстер? — почти в точности копирую её саркастичную усмешку.
— Ничего, — она пожимает плечами. — Не предпринимать никаких серьёзных ходов. Просто ждать.
— Просто ждать?
— Именно. Но тебе это всё равно не поможет, — чёрный ферзь перемещается на g-3, оказываясь прямо перед белым королём и безжалостно блокируя любые пути отступления. — Шах и мат. Реванш можешь не просить. Я побеждаю абсолютно всегда.
Комментарий к Часть 5
Страсти накаляются, да ?
Как всегда с нетерпением жду вашего мнения, а на отзывы к прошлой главе отвечу в самое ближайшее время ?
Спасибо, что вы со мной ?
========== Часть 6 ==========
Комментарий к Часть 6
Саундтрек:
YAS — LIAR LIAR
Приятного чтения!
Обычно я адски не люблю ранние подъемы, но во вторник просыпаюсь едва ли не с первыми лучами солнца — ведь чуть больше чем через двадцать четыре часа начнутся переговоры, закономерным итогом которых станет передача нам злополучного Чайна-тауна и возвращение Уэнсдэй под отцовское крыло. Я не склонен к несбыточным иллюзиям и уверен, что после этого Гомес отправит обоих детей за пределы штатов — чтобы они больше не смогли стать орудием для манипуляций моего отца. А значит, велик риск, что я больше никогда её не увижу.
Мне не шестнадцать, чтобы верить в счастливый финал нашей странной истории. Нас разделяет кровная война, а скоро разделят километры. Неизбежный фатализм.
Обратный отсчёт запущен, часы и минуты утекают катастрофически быстро — как песок сквозь пальцы.
Но пока что время есть.
И я хочу успеть насладиться каждым мгновением.
— Эй, Аддамс… С добрым утром, — я тщательно маскирую гнетущую тоску за деланно-небрежным тоном.
И я больше не мнусь на пороге комнаты словно нерешительный болван — быстро прохожу внутрь, плотно закрыв дверь, и сажусь на край кровати. Мой ранний визит снова её разбудил.
Уэнсдэй сонно потягивается и несколько раз моргает, стараясь сфокусировать осоловевший взгляд.
Она так преступно красива.
И так бесконечно далека — а скоро окажется совсем недоступна.
Пытаюсь безмятежно улыбнуться, но на душе скребут кошки.
— Доброе утро — худший оксюморон, который я когда-либо слышала, — Аддамс принимает сидячее положение, отбрасывая за спину водопад блестящих смоляных локонов. Одна прядь спадает на лицо, и титаническим усилием воли я подавляю желание заправить её за ухо. Вместо этого просто протягиваю ей чашку со свежей порцией тройного эспрессо.