Королева
Шрифт:
Моя голова начала болеть, и я обхватила себя руками. Где был Лукас?
Морелль положила свою руку поверх рук короля.
— Корриган проверит правдивость этого. Давайте сперва позволим Джесси всё нам рассказать.
— Ты права, — Король Озерон склонил свою голову ко мне. — Пожалуйста, продолжай.
Я ничего не скрывала. Я рассказала о своём заключении, пытках и избиениях, о разговорах с королевой и причинах, побудивших её украсть ки'тейн в первый раз. Корриган и король пытались перебивать меня вопросами,
— Её стражи использовали плоть драккана, чтобы спрятаться и пройти через чары храма, — рассказала я Корригану. — Это не сделало их невидимыми, поэтому они убили всех стражей храма, даже Благих. Она сказала своим придворным, что я сделала это. Её план состоял в том, чтобы убить меня, заставив прикоснуться к ки'тейну прямо у них на глазах.
— Но камень богини спас тебя, — сказала Морелль.
— Да.
Я глубоко вдохнула и рассказала им, что случилось после того, как я коснулась ки'тейна.
— Я не хотела никого убивать, но я не сожалею, что она и Бохан мертвы. Они первыми пытались убить меня.
Корриган повернулся к королю.
— Это объясняет почему Благой Двор не отвечает на наше сообщение о происшествии в храме.
Король Озерон мрачно кивнул и посмотрел на одного из советников.
— Созови совет.
Советник встал и поспешил из комнаты. Другой нетерпеливо наклонился вперёд.
— Можем ли мы увидеть камень богини?
— У меня его больше нет.
Я рассказала им, как я использовала камень богини для создания новых чар, чтобы больше никто никогда не мог украсть ки'тейн.
Корриган был ошарашен.
— Я не мог понять, как ки'тейн внезапно появился на алтаре вместе с новыми чарами. Ты говоришь мне, что Аедна была там, в храме, вместе с нами?
— Да.
— Джесси должна поговорить с советом, — сказал королю советник.
— Мы можем продолжить завтра? — устало спросила я. — Это был очень долгий день.
— Конечно, — сказала Морелль раньше, чем кто-либо заговорил. — Ты должна отдохнуть и восстановиться после своего испытания. Не торопись.
— Я бы хотел поговорить с Джесси наедине, — сказал Король Озерон, когда я начала вставать. Он посмотрел на меня. — Я не задержу тебя надолго.
Я кивнула и опустилась в кресло, когда остальные покинули комнату. Морелль уходила последней, и перед тем, как выйти, она бросила на короля взгляд, который говорил: «Будь вежлив». Мне стало не по себе. В последний раз, когда король попросил меня поговорить со мной, я была полностью сломлена. У меня не было ни физических, ни эмоциональных сил, чтобы пройти через это снова.
Король Озерон мгновение помолчал.
— Ты услышишь это много раз, когда о твоих поступках станет известно всем, но я хочу быть первым, кто
— Вы не должны благодарить меня. Вы бы сделали то же самое.
Он кивнул.
— Сделал бы. Я бы сделал что угодно для своих людей. Но ты была той, кого Аедна попросила взять на себя бремя по спасению нашего мира. Ты молода и недавно в мире фейри, и всё же ты в одиночку взяла на себя эту огромную ответственность.
Я устало улыбнулась.
— Аедна может быть очень убедительной.
— Богиня также мудра. Она увидела в тебе силу, которую не увидел я, и я прошу прощения за это. Мне жаль, что я назвал тебя слабой, потому что ты не рожденная фейри или не член королевской семьи. Ты — одна из сильнейших личностей, которых я встречал, Джесси, я не могу представить лучшей пары для моего сына, чем ты.
Я проглотила комок, застрявший в горле. Я так хотела услышать от него эти слова, но они не могли быть искренними. Это была его благодарность, и он изменит своё мнение, когда всё успокоится.
— Камень богини дал мне силу, — сказа я, мой голос надломился. — Во мне больше нет ничего особенного.
Король встал и подошёл ко мне. Он поразил меня, опустившись на одно колено и взяв мои холодные руки в свои.
— Именно потому, что ты особенная, Аедна благословила тебя, и тем самым благословила всех нас.
Я моргнула, и слёзы, которые я сдерживала, наполнили мои глаза и потекли по лицу. Я была слишком уставшей, чтобы беспокоиться о том, что их вид показал ему, что я не такая уж и сильная.
Распахнулась дверь. Я едва успела уловить звук, прежде чем король встал, а на его месте оказался Лукас.
— Джесси, — грубовато произнёс он.
Он ладонями обрамил моё лицо, и его тёмные глаза штормило от эмоций. Затем его сильные руки обхватили меня, и я почувствовала, как по телу прошла дрожь.
— Я думал, что потерял тебя.
В течение этой адской недели я думала обо всём, что бы я сказала Лукасу, если бы у меня была ещё одна минута с ним. Внезапно я утонула в цунами эмоций, и всё, что я могла сделать, это уткнуться лицом в его грудь и прижаться к нему, когда громкие, булькающие рыдания сотрясали моё тело.
Я слышал голоса, но они звучали издалека. Там были король и Морелль, и ещё один женский голос, который я не узнала. Они говорили обо мне, но мой разум не мог воспринять слова. Он хотел отключиться, чтобы я вообще ничего не чувствовала.
Лукас подхватил меня на руки и прижал к себе. Я свернулась калачиком, когда он понёс меня. Мне было всё равно куда мы идём до тех пор, пока он не отпускал меня. Только благодаря ему я не разлетелась на миллион кусочков.
Он положил меня на свою кровать и расположил нас так, чтобы мы лежали на боку. Его руки оставались вокруг меня, когда я прижала голову к его подбородку и зарыдала. В какой-то момент я почувствовала тёплое тело Кайи, прижавшееся к моей спине, и впервые за много дней начала чувствовать себя в безопасности.