Королева
Шрифт:
Я повернулась, чтобы посмотреть на заднюю стену, где всегда стояли дежурные охранники. Я закрыла рот рукой при виде четырех покрытых тканью тел на полу. Я была так счастлива покинуть Благой Двор, что забыла о стражах храма, которые погибли здесь.
Мы подошли к алтарю, и она отпустила мою руку. Я достала ки'тейн из коробки и поместила на алтарь.
— Фейри и твой мир теперь исцелены, — Аедна коснулась моих волос, как это делала моя мама, и от этого у меня заболело сердце. — Ты отлично справилась, Джесси.
— Что если кто-то попробует снова его украсть? —
Аедна коснулась камня.
— Это больше, чем источник энергии мира фейри. Это объект поклонения, который помогает людям в этом мире чувствовать связь друг с другом и со мной. Не имеет значения из Благого они двора или из Неблагого. Ки'тейн говорит им, что они являются частью чего-то больше, чем все они.
— В моём мире тоже есть религиозные символы, — сказала я.
Впервые за все время я поняла истинную силу ки'тейна. В отличие от мира людей, в Фейри существовала одна религия и только один священный символ их веры.
Я указала на алтарь.
— Неблагой и Благой Дворы создали сильнейшие чары вокруг алтаря, но кое-кто использовал драккана, чтобы пройти сквозь них. Не могла бы ты создать ещё одни, чтобы никто не мог пройти через них?
— Я не могу, — она улыбнулась мне. — Но ты можешь.
— Я? — я уставилась на неё. — Как я могу создать такие чары? Мой камень богини помог мне создать гламур, но это ки'тейн обладает настоящей силой. Только когда они вместе, тогда… Ох.
Я достала камень из волос и зажала его в своей руке. Он приходил ко мне, когда я в нём нуждалась, он спас меня во время обращения, и он внёс свою лепту в спасение мира фейри. Мысль о расставании с ним печалила меня, но он мне больше не был нужен.
Я держала руку над алтарем и смотрела на Аедну в ожидании наставлений. Она одобрительно кивнула, и я положила камень на алтарь рядом с ки’тейном. Камень немедленно поменял цвет с цвета моих волос на радужно-голубой, чтобы соответствовать ки'тейну. Затем он медленно погрузился в поверхность алтаря и исчез.
Воздух над алтарем замерцал, и над ки’тейном возник ослепительный столб света. Столб расширялся, пока не охватил весь алтарь и не поднялся до самого потолка. Когда свет померк, алтарь оказался заключенным внутри прозрачного стеклянного футляра, по которому бежали крошечные голубые потоки.
Я протянула руку, чтобы дотронуться до него, не задумываясь о том, безопасно ли это. У меня теперь не было камня богини, чтобы защититься от его силы. Он ощущался как тёплое стекло, но возникла почти неразличимая вибрация, от которой у меня зачесалась ладонь. Я взглянула на Корригана. Он будет сильно удивлен, когда придет в себя.
— Ки'тейн теперь в безопасности? — спросила я.
— Да, — Аедна положила руку на моё плечо. — Не многие отказались бы от
Я раскраснелась и посмотрела на ки’тейн.
— Что случится теперь?
Она перекинула свою руку через мою.
— Теперь ты отправишься домой и проживёшь хорошую жизнь.
— Увижу ли я тебя снова? — спросила я, когда мы шли к лестнице.
— Когда-нибудь.
Мы вышли из здания, и Гус поднял свою голову, наблюдая за нами. Я повернулась к Аедне и импульсивно обняла её. Она обняла меня в ответ и поцеловала в лоб. Затем её не стало.
Я побежала к драккану. Чувствуя моё волнение, он встал и нетерпеливо расправил крылья.
— Мы сделали это, Гус! — сказала я, когда он поднимал меня. — Летим домой.
ГЛАВА 23
Гус любил появляться на публике. Было уже поздно, когда мы достигли двора, но в этот час по территории бродило больше людей, чем обычно. Поскольку я больше не могла скрыть нас с помощью гламура, он решил воспользоваться этим. Он выпустил струйки дыма и маленькие языки пламени, когда кружил по площадке, привлекая внимание всех присутствующих.
— Показушник, — крикнула я, и он фыркнул в ответ.
Он приземлился на верхней площадке и усадил меня возле двери. Только когда я встала перед ним, я поняла, что, возможно, вижу его в последний раз. Наша работа была закончена, и у меня больше не было камня богини, чтобы позвать его.
— Не будь незнакомцем, ладно, — хрипло сказала я.
Он вытянул голову и игриво подтолкнул меня, сбив с ног. Смеясь, я похлопала его по морде.
— Увидимся.
Я отошла, давая ему пространство для взлета. Я собиралась предупредить людей, подошедших к нам слишком близко, но Гус позаботился об этом. Он взмахнул своим длинным хвостом, заставив зрителей разбежаться в разные стороны. Он подпрыгнул в воздух и окутал толпу облаком вонючего чёрного дыма, после чего улетел.
Ухмыляясь, я повернулась к двери. Я не могла дождаться встречи с Лукасом. Я едва не столкнулась с двумя стоявшими там стражниками с серьёзными лицами.
— Джесси Джеймс, ты пройдёшь с нами, — сказал один из них.
Я отступила, когда он приблизился ко мне.
— Куда?
— В камеру для задержания, — сказал другой. — Ты будешь арестована, пока Корриган не сможет встретиться с тобой.
Это было не то возвращение домой, в ожидании которого я провела последние часы. Я скрестила руки на груди.
— Забудьте. Я достаточно побыла пленницей, чтобы этого хватило на всю жизнь. Если Корриган хочет поговорить со мной, он знает, где меня найти.
— У тебя нет выбора, — сказал первый из них, надвигаясь на меня.
— Я возьму её на себя, — сказал голос позади них.
Я никогда не ощущала такого облегчения при виде Фаолина. Если он был здесь, значит и Лукас должен был быть поблизости.
— Как ты узнал, что я вернулась? — спросила его я, когда два стражника ушли.
Фаолин открыл мне дверь.