Королева вестерна
Шрифт:
— Берегите силы, психи! — кричала она, разнимая их.
Кое-как оттащила Марка подальше, обняла его за шею и всхлипнула.
— Хватит, прошу вас. Придумайте же что-нибудь.
Они впервые видели плачущую Зою, и это возымело действие — здравый смысл вернулся к ним.
— Эй, яхтсмен, какие есть идеи? — успокоившись, крикнул Артем.
— Попробуем подкинуть Зою вверх, как пловцы в синхронном плавании, она зацепится за борт, поднимется и спустит нам лестницу, — предложил Марк.
Превозмогая ненависть друг к другу, Марк и Артем взялись за руки и попытались
— Нужно докричаться до Алены. Она проснется и поможет нам, — решительно сказал Артем, стараясь не делать лишних движений, чтобы экономить силы. Бог знает, сколько времени им придется болтаться в воде.
— Нет, должны быть еще какие-то способы, — возразила Зоя.
— Чем этот плох?
— Она не проснется, — мрачно заявила Опасность.
— ЧТО?! Ты что сделала с ней?
— Не надо делать круглые глаза. С ней все в порядке, просто она не скоро проснется. Мы скорее утоним, чем она встанет.
— Твою мать, Зоя!!! Что происходит? — взревел Артем.
— Успокойся. Я накачала ее снотворным, — хладнокровно заявляет Ковец, — в «Бейлисе» были таблетки.
— Зачем?! — опешил Марк.
— Чтобы она не мешала, не путалась под моими ногами. Мне не мешала! Понимаете? Вы только и делаете, что говорите о Крапиве. Даже драку затеяли из-за нее! Я с трудом выношу ее присутствие, и не могу даже спокойно дышать, когда она рядом.
— Зоя, ты сумасшедшая, — простонал Марк, — чем тебе мешает Алена?
— Меня бесит, что эта гадкая стерва прикидывается доброй и милой девочкой.
— Вот и плавай теперь, пока не утонишь, дура! Хотя я тебя утоплю сам, — сказал Артем и силой нажал на Зойкины плечи.
Снова завязалась серьезная борьба, на этот раз между двумя бойцами ММА. Вместо того, чтобы искать пути спасения, они тратили последние силы на выяснение отношений и личную неприязнь. Зое удалось освободиться от захвата парня. Нырнув под воду, она отплыла от него на несколько метров.
Прошло около получаса, а ныряльщики так и не нашли выход из сложившейся ситуации. Эмоции мешали им трезво думать головой. Марк терял силы, Зоя плавала вокруг яхты, ища за что зацепиться, Артем истошно звал Алену. Надежда на спасение угасала с каждой минутой.
— Не зови ее, не надо. Даже если она чудом проснется, то не сможет выйти. Я заперла ее в каюте, — дрожащим то ли от холода, то ли от испуга голосом призналась Зоя.
— Что ж, ты никогда не блистала умом, а ревность и вовсе лишила тебя разума, — усмехнулся Калачев. — Никому и никогда не понять логику твоих поступков, Опасность. Это помогает тебе в бою. Но, бл, как ты могла поступить так с моей девушкой?!
— Мы погибнем, — заявил Марк, — погибнем из-за тебя, Зоя.
— Простите меня! Пожалуйста, простите, — всхлипнула девушка. — Я раскаиваюсь в своем поступке.
— Смотрите, там плывет катер!
И они все трое принялись кричать и махать руками, отчаянно призывая на помощь.
— Эй, вы!
Но катер проплыл мимо, а люди на его борту, которые приняли их за бесшабашных ныряльщиков, весело помахали им и, не снижая скорости, унеслись по морю, поднимая брызги.
Им стало жутко. Вокруг только синяя водная гладь, берега не видно, рядом огромная яхта, на которую им не попасть без трапа, с запертой в каюте спящей девушкой. Что будет, когда она проснется? Они могли бы продержаться несколько часов, веря в свое чудесное спасение, но Зоя заперла Алену, а вынести дверь такой хрупкой девушке не под силу.
«Вот и все, это конец — страшный конец! Все утратило всякий смысл. Даже деньги Марка тут бессильны. От моря невозможно откупиться деньгами. Скоро оно затянет Марка на свое глубокое дно, следом пойду я, после утонет Зоя. У Алены есть небольшой шанс спастись. Может, яхту вскоре обнаружат» — рассуждал сам с собой Артем. «Пусть хотя бы она спасется. Господи, даруй ей жизнь».
— Не могу поверить, — простонал Марк, — это какой-то дурной сон, — Зоя, скажи, что мы сейчас тоже под снотворным, или под наркотой, да хоть под чем угодно, признайся ради бога, что у нас коллективные галлюцинации, лишь бы весь этот кошмар не был правдой!
— Прости, Марк, но это дикая реальность. Боженька, спаси нас! Я поверю в тебя, если мы спасемся. Я заглажу свою вину перед Аленой, попрошу прощения за то, что причинила ей столько зла! Я была не права.
— Ты вообще ее не знала, Зоя. Как можно ненавидеть Алену? Она — сущий ангел. Она помогает людям бескорыстно. Знаете, если мы все погибнем здесь, заплачут только об Алене. Она помогла стольким людям — не счесть! Эти несчастные буду плакать о ней, искренне горевать. Никто из нас троих не сделал ничего полезного кому-то, кто бы непритворно пустил по нам слезу. Никто, кроме близких родственников, которым по статусу положено горевать, не заплачет. Так в чем тогда смысл жизни, скажите? — обратился к поникшим товарищам по несчастью Артем.
Они подавленно молчали.
— Ты права, Зоя, Алене не место рядом с нами, потому что мы не заслуживаем ее. Я — подонок, каких свет не видывал. Финн тоже не ангел, делает бабки на доверчивых лохах. Зойка — стервозная шлюха. И только она одна добрая и доверчивая, словно не из нашего мира, пропитанного страхом и жестокостью. Алена столько всего испытала на своей шкуре, но не обозлилась, не отрастила зубы, чтобы кусать каждого, кто посмеет ее обидеть.
И здесь они не стали спорить. Раз молчат, значит, плохо дело, решил Артем.
— Когда мы окажемся там, — теряющий силы и надежду спортсмен ткнул посиневшим пальцем в небо, — то наша жизнь будет оценена не по тому, сколько денег и машин мы заработали, а по тому, как мы повлияли на чью-то жизнь…
…Я пошевелилась и попробовала открыть свинцовые глаза. Сон не выпускает меня из своих крепких объятий, будто душит меня. Тревога нарастает. Я понимаю одно: что мне нужно во что бы то ни стало проснуться. Размыкаю тяжелые веки и вглядываюсь в мутную пелену. Ничего не понимаю. Где это я?