Королева вестерна

Резникова Оксана Николаевна

— Алена! Надеюсь, я тебя еще увижу?

— Надейся, чемпион, — легкомысленно подмигиваю ему и скрываюсь за дверью.

Глава 19

Я не хотела больше приходить в клинику, но ноги сами несли меня туда. На сей раз, чемпиона посетила вечером, чтобы у нас выдалась возможность поговорить чуть подольше. Вечером пациенты обычно маялись от безделья, так как все занятия и процедуры были назначены на первую половину дня. Артем бездельем не страдал,

а мужественно лежал, пялясь то в потолок, то в телефон. Собственно и деваться ему было некуда, если свой позвоночник дорог.

— О, Крапива пришла! А я уж думал, что не увижу тебя больше. Слушай, будь другом, помоги мне встать. Хочу сходить в туалет самостоятельно, не могу видеть больше эту гребаную утку. Мерзко себя чувствую, когда приходится делать в нее дела.

— Артем, ты сумасшедший? — округлила я глаза, — потерпи еще немного и встанешь на ноги. Сидеть нельзя будет еще какое-то время, но стоять и ползать на четвереньках сколько угодно.

— Я не собираюсь ползать на четвереньках! — рявкнул Калачев, — Я хочу встать и сходить в чертов унитаз! Как нормальный человек!

— Рано. Позвонки еще не срослись. Ты хочешь все испортить? Остаться калекой на всю жизнь? Что ж, вставай и иди, но я в этом участвовать не буду, — отвернулась я, скрестив руки на груди.

— Тогда дай эту долбанную утку и выйди отсюда! — покраснел он от злости.

Я вышла из палаты, слыша, как он отчаянно матерится по-русски и почему-то с американским акцентом. Позвала санитарку, чтобы она забрала судно и только потом, когда его унесли, зашла обратно.

— Благодарю за тактичность, — сказал уже успокоившийся Артем.

— Артем, милый, я через все это прошла. Кому, как не мне понять то, что ты чувствуешь?

— И то верно. Полежишь немного со мной? Чувствую себя скверно.

Я избавилась от босоножек и легла рядом с парнем. Когда мне еще выпадет такая возможность полежать с мировой знаменитостью? Не такой уж он плохиш, каким пытается себя выставить перед публикой.

— А где твоя футболка? Сегодня в платье нарядилась. Все для меня?

— Конечно, — не стала разуверять парня. Пусть думает так, как ему нравится, мне не жалко.

— Ценю. Прелестные блондинки в моей постели большая редкость, особенно теперь, — фыркнул он.

— Сам говорил, что у тебя армия поклонниц.

— А я из всего стада выбрал самую паршивую овцу.

— Ты про Ковец?

— Про нее. И не говори мне ничего, и не рассказывай. Предпочитаю ничего о ней не знать.

— Не буду.

— Поцелуй меня.

— Что?! — на миг мне показалось, что эту фразу произнес Марк.

— Ты слышала.

— Артем, нет, — отрицательно качнула головой, потом немного подумала и чмокнула его в щеку.

— Спасибо, что не в лоб, — язвительно поблагодарил меня Калачев.

Я усмехнулась, вспомнив, как однажды выпалила эту фразу Сашке. Я тогда сильно обижалась на него за то, что он мною пренебрегал. Чтобы не обидеть Артема, я села на кровати, поджав под себя ноги, обняла его рукой за крепкую шею и, наклонившись, поцеловала в губы. У него мягкие, теплые губы, которые тут же впились в меня, невинный поцелуй неожиданно перерос

в страстный. Чемпион явно скучал по женской ласке. Охох…

— Не отстраняйся, пожалуйста. Мне сейчас это очень важно, — прошептал боец.

Я позволила себя целовать, и сама не заметила, как увлеклась этим приятным занятием. Очнувшись, обнаружила себя сидящей на парне верхом, с задранным на поясе платьем. Руки Артема скользили по моим ягодицам и пытались содрать с меня трусики.

— Стоп! — командую я, — твой один поцелуй перешел в банальщину. Я не собираюсь отдаваться тебе здесь, на этой койке.

— А где собираешься?

— Нигде, — вспыхиваю я, слезаю с парня и поправляю платье. — Мне пора. И впредь держи себя в руках, пожалуйста. Если тебе хочется секса, могу вызвать тебе шлюху. Эта клиника на редкость благосклонно относится к любым видам реабилитации, если это идет на пользу пациенту.

— Если бы мне нужна была шлюха, я бы не вел с тобой душещипательные беседы, — мрачно отозвался парень. — Ты сама заявляла, что я тебе понравился. Так в чем же дело? Отчего же ты бежишь от меня, как от огня. Напрашивается только один ответ — ты мною брезгуешь.

— Глупости не говори! Скажу тебе честно: я не уверена, что у вас с Зоей все кончено на самом деле. У меня есть сомнения насчет того, что как только у нас с тобой сложатся какие-либо отношения, она придет и все разрушит.

— Я не позволю. Я не Оксанен, чтобы ползать у нее в ногах. Этого не будет никогда. А теперь вернись обратно в постель, мне понравилось, как ты целуешься.

— Что ж, охотно хочу тебе поверить.

Следующие три недели я почти не вылезала из палаты Артема. Доктор Кесиди поначалу взбрыкнул и запретил мне посещения, надо полагать из ревности, но энная сумма денег, полученная в конверте от Артема, решили этот щепетильный вопрос. Я принимала живое участие в реабилитации спортсмена, читала ему книги, делала массаж, помогала принимать душ, смотрела вместе с ним бои без правил и Формулу-1. Мы стали по-настоящему близки, но дальше поцелуев дело не заходило. Между нами образовался какой-то непреодолимый барьер — я не могла заняться с ним сексом в клинике и все тут. Артем обижался, но потом смирился и с нетерпением ожидал своего выхода из реабилитационного центра. Секс со мной стал его мощным стимулом, а я и не возражала, так как помнила, что совсем недавно чувства к одному мужчине помогли мне начать ходить. Но все это в прошлом! Артем мечтал, что целые сутки после выписки мы проведем у меня на вилле, в постели. Ждал этого дня, как подросток первого секса.

В один замечательный летний день я пришла в клинику раньше, чем меня ожидали, и безумно удивилась, когда обнаружила в палате своего парня эффектную гостью.

— Привет, подруга! Что, наконец, набралась смелости и пришла? — съязвила я, с удовольствием разглядывая бледное лицо Зои.

Затем перевела взгляд на Артема и увидела на нем маску напускного безразличия. Похоже, Опасность получила от ворот поворот, а я пропустила все самое интересное! Несмотря на раннее утро, Зоя была хорошо одета и при макияже. Значит, готовилась. И я догадалась, зачем она здесь.