Королева мрака
Шрифт:
– Нет, отец! Я не дам им сжечь наш дом!
Бигго не успел обернуться, и удар вагой пришелся ему прямо в основание шеи.
– Нет!
– закричал Эрик, но было уже поздно. Со сломанной шеей Бигго повалился на землю.
Ру налетел на юношу и ударом щита в лицо опрокинул его, а Эрик потрясение уставился на неподвижное тело Бигго.
Ру занес над упавшим юношей меч, но Эрик шагнул к нему и оттащил в сторону.
– За что?
– потребовал он, склонившись над дрожащим от страха юношей. Схватив его за рубаху, он одной рукой поднял
– Скажи, за что!
– выкрикнул Эрик ему в лицо, и в это мгновение услышал голос:
– Не убивай его!
Эрик обернулся и увидел женщину. По лицу ее ручьем бежали слезы.
– Он мой единственный сын.
– Он убил моего друга! Почему же я должен его пощадить?
– крикнул Эрик.
– У меня больше никого нет, - сказала женщина. Внезапно ярость Эрика улетучилась. Он толкнул юношу к матери и сказал:
– Иди.
– Тот сделал полшага, и Эрик заорал:
– Живо!
Потом он повернулся к Ру:
– Поджигай все!
Ру с факелом в руке вбежал в дом, а корабел и его семья беспомощно и растерянно смотрели на происходящее.
– Садитесь в лодку и уплывайте. Иначе вы все погибнете, - сказал Эрик.
Глава семьи молча кивнул и увел своих домочадцев, а Эрик опустился на колени возле тела Бигго. Он перевернул его и увидел, что глаза мертвеца широко открыты. Внезапно рядом раздался смешок. Эрик поднял голову и увидел Накора.
– У него удивленный вид.
Неожиданно для себя Эрик сам улыбнулся. На лице Бигго не было ни гнева, ни боли - только безграничное изумление.
Эрик поднялся.
– Интересно, оправдала ли Богиня Смерти его ожидания.
– Из дома выбежал Ру, окутанный клубами дыма, и Эрик шагнул к нему:
– Идем. Время кончается.
Светящийся мост уже достиг середины реки. С северной оконечности города доносились звуки сражения, крики и звон оружия. Эрик понял, что стена уже пробита или вскоре будет пробита, и защитники пали духом, устрашенные магией Изумрудной Королевы.
С дальнего конца эстуария поднимались клубы дыма - Кэлис времени не терял. Шо Пи и еще двое бросились к следующему стапелю и подожгли его, Эрик и Ру сбежали по каменным ступеням туда, где стояли сараи, а Накор поспешил вперед.
Когда они достигли набережной, пожар уже охватил всю противоположную сторону улицы и продолжал разгораться. Эрик побежал вдоль набережной к следующей верфи и начал поджигать ее.
Возвращаясь на главную улицу, он увидел поток людей с узлами в руках и понял, что враг уже ворвался в город. Ру дернул Эрика за рукав, и тот спросил:
– Что?
– Капитан, - сказал Ру, показывая рукой. Сквозь толпу Эрик на мгновение разглядел Кэлиса, Накора и де Лонгвиля. Затем толпа поглотила их.
– Возвращайтесь в гавань!
– крикнул Эрик на случай, если поблизости есть еще кто-нибудь из его группы, а сам побежал по бульвару к гавани, прокладывая дорогу Ру, который держался сзади.
У начала боковой улицы они догнали де Лонгвиля.
– Где
– крикнул Эрик.
– Где-то впереди.
Эрик увидел, что де Лонгвиль торопливо обматывает свою руку какой-то тряпкой.
– Вы ранены?
– Еще несколько минут проживу, - проворчал де Лонгвиль.
– Куда все бегут?
– спросил Ру.
– Туда же, - ответил сержант.
– К пристани. Город вот-вот падет, и все кинулись к лодкам. Если мы хотим, чтобы нам тоже досталось, надо поторопиться.
Ру оглянулся через плечо:
– И все-таки мы подожгли верфи.
– Да, - кивнул де Лонгвиль.
– Все-таки мы их подожгли.
И тут пошел дождь.
Глава 24
БЕГСТВО
Эрик остановился.
– Огонь!
– И что, по-твоему, мы должны делать?
– спросил де Лонгвиль; поток бегущих людей рос с каждой минутой.
Внезапно из толпы вынырнул Кэлис, а за ним - Шо Пи и Накор.
– Мы должны вернуться!
– крикнул низенький изаланец.
– И что?
– спросил де Лонгвиль.
– Как что - поддержать огонь, - сказал Накор, и словно в насмешку дождь начал усиливаться, из нежной капели превращаясь в настойчивую барабанную дробь.
– Если помочь огню набрать достаточно сил, погасить его сможет лишь шторм.
Кэлис кивнул, и они побежали обратно. Внезапно Эрик обнаружил, что пропал Ру. В слабой надежде, что тот услышит его в общем шуме, он закричал:
– Назад в эстуарий! Ру, возвращайся к пожару! Неизвестно, что происходило в это время в городе, но здесь, у береговой черты, толпа впала в настоящее буйство. Солдаты, присланные навести порядок, вместе со всеми бросились к кораблям. То обстоятельство, что гавань была заблокирована и только самые мелкосидящие лодки могли выскользнуть из нее, жители Махарты, похоже, упустили из виду.
Матросы прилагали отчаянные усилия, чтобы сдержать горожан, а многие капитаны ставили паруса и уводили свои суда от причалов. Внезапно на дамбу вылетели несколько всадников, топча копытами всех, кто не успевал отскочить.
– Хватайте лошадей!
– крикнул Эрик, прыгая им навстречу. Когда лошадь первого вскинулась, испугавшись толпы, он схватил всадника за руку и сам удивился той силе, с какой вырвал его из седла. Одним сокрушительным ударом он оглушил его и швырнул на землю. Это было равносильно смертному приговору: толпа должна была затоптать его, но Эрик не испытывал ни малейшего сочувствия к тому, кто давит копытами детей и женщин, спасая собственную жизнь.
Ноздри лошади раздувались, а глаза побелели от страха. Она попятилась, наткнулась на другую лошадь и взбрыкнула задом. Копыта мелькнули в воздухе и зацепили купца, тащившего свои последние кувшины с ценными мазями и притираниями. Кувшины разлетелись по сторонам и разбились о камни, а сам купец, мужчина уже в летах, едва не упал. Эрик успел одной рукой подхватить его, другой рукой удерживая поводья, и крикнул ему: