Королева морей
Шрифт:
— Сгинь, нечистая сила! — опять донеслось до Асии, и она наклонилась над человеком, который пытался натянуть на себя валявшуюся на полу ткань, одеяла, кафтаны.
— Кто ты? — страшась неизвестно чего, спросила Асия. На нее устремились мутные глаза, ввалившиеся в орбиты. Лицо бледное, заросшее густой темной щетиной с проседью. На нем резко выделялись небольшие усы.
— А ты откуда тут взялась? Как тут оказалась? Или мне все это привиделось от трясучки?
Она ответила с трепетом, торопливо натягивая на человека уроненное одеяло:
— Я
— А я вот лихорадкой маюсь, согреться не могу. Который день то трясет, то жаром обливает, как в печь кладут. Михаил я, с Амура.
— Что за Амур?
— Река такая в землях богдойских. Далеко на востоке. Тайга! — он отчаянно боролся с усталостью, дрожь сотрясала тело, зубы стучали дробно, безостановочно.
— Эй, люди! — позвала Асия, оборачиваясь к Хилалу, стоящему в недоумении рядом и ничего не понимающему. — Вынесите этого человека на солнышко. Пусть согреется. Несите же быстрее!
Четверо матросов нехотя поволокли большое тело по палубе, обходя трупы. Грабеж шел полным ходом. Из горящего трюма вытаскивали тюки и ящики, бочки и оружие, одежду, посуду. Толчея стояла ужасная.
Асия расчищала дорогу, оберегая от толчков больного и поругивая матросов за неосторожность. В душе творилось нечто странное и непонятное. Всякая неуверенность и неопределенность улетучились. Беспокойство за этого странного человека наполняло ее, и все вокруг казалось совсем не таким, каким было еще полчаса назад.
— Отнесите его в мою каюту, — приказала Асия.
Сама она осталась на палубе в растерянном, но умиротворенном состоянии и стала распоряжаться перегрузкой добычи. Палубу заволакивал дым, матросы торопились. Мольбы о помощи еще раздавались кое-где, но на это никто не обращал никакого внимания.
— Перетащить две пушки! — командовала Асия, не забывая о довооружении своего корабля. — Они нам могут сильно пригодиться. Долго не возитесь! Всего не забрать, да и пожар не ждет. Хилал, смотри, а то пламя перекинется и на «Аль-Кахира». Поставь людей, пусть обливают борта. И пошли наблюдателя на марс.
Хилал поддакивал, хотя Асия и так знала, что почти все им предусмотрено, но жажда деятельности подстегивала ее. Скоро все дела были закончены, голландец пылал уже основательно. Асия перешла на «Аль-Кахиру», и он отвалил на веслах. Ветер почти совсем прекратился, и столб дыма высоко поднимался в небо.
— Побыстрее надо уходить из этих вод, — сказала Асия, указывая на дым. — Вряд ли это судно шло в одиночестве. А если рядом другой их корабль?
— Сделаем, Асия-ханум, — ответил Хилал и передал помощнику приказ увеличить ход.
— Ну и славный выдался денек, Хилал! — воскликнула Асия с сияющим лицом. — Небось сомневался, да? О таком трудно было и подумать. Всегда верь мне!
— Ханум достойна самых лестных похвал, —
— Мне так радостно, Хилал! Наконец я отомстила проклятым голландцам!
А в голове вертелась мысль о человеке, который лежал у нее в каюте. Желание пойти туда и поговорить, отвести душу, было неудержимым. Она вспомнила про горчайший порошок, недавно купленный за большие деньги. Он, говорят, помогает при лихорадке.
— Ты распоряжайся, а я спущусь в каюту. Гляну на больного. Оказывается, Хилал, он из моих земель. Как странно! Кто бы мог подумать, что случится такая встреча. Потом доложишь о добыче.
Михаил продолжал трястись на тахте, которая горбилась ворохом одеял. В углу сидела с вытаращенными глазами служанка Мичуль, прикрывшись концом шелковой абы.
— Ну что наш больной, Мичуль? — спросила Асия, со смешинкой в глазах поглядывая на перепуганную девушку. И нельзя было понять, что ее пугало больше: большущий пленник или недавний бой.
— Михаил, Миша, — проговорила Асия неуверенно по-русски. — Сейчас дам лекарство, и тебе станет лучше. Потерпи.
Человек встрепенулся. Преодолевая дрожь, он глянул страдающими глазами и попытался улыбнуться.
Глава 6
ЗАБОТА АСИИ
— Хилал, — позвала Асия амира, выглянув из приоткрытой двери каюты. И когда тот подошел с легким поклоном, продолжила: — Хилал, идем прямо домой. Кончились наши скитания. Распорядись, Хилал.
Амир приложил руку к сердцу, склонил голову и молча отошел. Асия с неудовольствием поглядела ему в спину, и невеселые мысли заполнили ее голову. «Так и не может он смириться со своими неудачами. Какой упорный».
Потянулись дни, наполненные волнениями и заботами. Асия совершенно перестала интересоваться плаванием. Ее не занимали ни добыча, ни раненные в бою. А их оказалось не так мало. Теперь эти несчастные мучились прямо на палубе, и с ними возился хаким.
Все помыслы женщины сосредоточились на больном, которому после принятия лекарства стало куда лучше. Они нескончаемо разговаривали, пересказывая свои истории и судьбы. А рассказать им было о чем. У каждого было что вспомнить и на что посетовать.
С каждым днем Асия все крепче привязывалась к новому человеку и теперь ясно сознавала, что влекла ее в море не добыча, а этот человек с седеющими волосами и таким родным лицом. Они полночи проводили на палубе, и скоро Асия убедилась, что его познания в корабельном деле весьма значительны.
— Интересное получается свидание, — говорил Михаил, не отрывая своих темных глаз от лица Асии. — Два пирата в одной упряжке, Анастасия! — и он довольно засмеялся.
— Однако ты не чисто говоришь по-нашему, Миша, — все не могла успокоиться Асия, недоверчиво отвечая ему лукавым взглядом.