Король роз

Дарси Эмма

— Айви Торнтон. К сожалению, я не в восторге от того, что мне приходится тебя с ней знакомить.

— Жестко, — фыркнула Оливия. — Но я твоя сестра. Ты не можешь от меня просто так отмахнуться. Между нами всегда будут кровные узы. В то время как Айви обязательно со временем превратится в ядовитый плющ. Раньше всегда так и было, разве нет?

— Я тебя предупредил, — ответил Джордан, на его скулах заиграли желваки. Он снова открыл дверь. — Сейчас я позову Рея. Он отвезет тебя домой.

— О боже! Теперь ты обижаешься, а когда-то велел называть вещи своими

именами. — Оливия еще раз смерила Айви взглядом. — Но кое в чем ты, конечно, прав. Например, что не надеваешь брачные цепи, в то время как я… — Весь ее яд вдруг куда-то пропал, и Оливия разрыдалась. В ее глазах, которые она обратила на Джордана, было вселенское отчаяние. — В то время как я была дурой, чтобы поверить бессовестному подонку, который собирается меня… шантажировать.

— Шантажировать? — Джордан нахмурился и закрыл дверь. — И каким образом твой муж собирается тебя шантажировать, Оливия?

Ее третьему мужу, юнцу по сравнению с ней, Эштону — двадцать три, Оливии — тридцать четыре. Сладкоголосый красавчик, чье тело, сформированное тренажерами, обещало райское наслаждение, но он доставлял его другим, за пределами супружеской постели, как и следовало этого ожидать. Но что такого могла натворить Оливия, если у Эштона появился повод для шантажа?

Оливия затрясла головой и, давясь рыданиями, просто повторяла:

— Ты должен мне помочь, Джордан. Должен. Папа бы все исправил.

Джордан стиснул зубы. Это правда. Отец действительно всегда улаживал проблемы и исправлял ошибки своей дочурки, оказывая ей медвежью услугу: Оливия могла научиться хоть чему-либо лишь на своем опыте.

— Итак, ты хочешь, чтобы я для тебя кое-что сделал. Что ж, в таком случае я рассчитываю на ответную услугу с твоей стороны, — не терпящим возражения тоном сказал Джордан. Должна же Оливия хотя бы заплатить за то, что оскорбила Айви, которая совершенно не причастна к ее проблемам, которую она не знает и, более того, даже не желает знать!

— Какую? — тут же спросила Оливия.

— Для начала извинись перед Айви за свои грубые слова. Постарайся вложить в свое извинение хотя бы немного искренности.

Оливия уставилась на брата, после чего перевела взгляд на Айви. Та продолжала хранить молчание, хотя выслушивать Оливию было неприятно.

— Извините, — наконец промямлила Оливия и немного скривилась. — Просто я очень сильно расстроена. Мне нужно остаться с Джорданом наедине, поэтому я вела себя с вами не лучшим образом. — Она смахнула слезы с глаз, вскинула подбородок и с вызовом сказала Джордану: — Достаточно?

— Нет. Но на первый раз сойдет. В следующий раз, если встретишься с Айви, прояви к ней хоть немного уважения. Если не знаешь, как это делается, попробуй поучиться, глядя на нее.

— Ладно, ладно! — выпалила Оливия, вскидывая руку, но тут уж уронила ее, с мольбой глядя на Джордана. — Прошу прощения.

Джордан был неумолим:

— Посиди пока и подожди меня. И больше не смей пить. Если твоя проблема так серьезна, как ты утверждаешь, решать ее лучше на трезвую голову. И больше никаких театральных эффектов!

Я отведу Айви к Маргарет. В отличие от некоторых, Маргарет сумеет отнестись к ней так, как Айви того заслуживает. Я принесу тебе крепкого кофе.

Оливия вышла на веранду, хлопнув дверью, выказывая этим свою обиду на то, что вместо сочувствия и немедленного решения своих вопросов встретила у брата такой холодный прием.

Джордан повернулся к Айви и заключил ее в объятия:

— Извини за поведение Оливии. Но от меня мало что зависит. Когда сестре плохо, она никого и ничего вокруг себя не замечает. Конечно, это не оправдание…

К его огромному облегчению, на губах Айви заиграла слегка ироничная улыбка.

— А по-моему, ты постарался на славу, пытаясь взять ситуацию под контроль.

Джордан печально вздохнул:

— Родители невозможно избаловали Оливию. Ей достаточно было только выказать пожелание, как оно немедленно удовлетворялось. Когда я повзрослел, было уже поздно что-либо исправлять. Сейчас мне остается только пожинать плоды их неправильного воспитания. Но шантаж — это уже может быть серьезно.

— Конечно, — сочувственно произнесла Айви и, подняв руку, попробовала разгладить морщины на его лице. — Слова твоей сестры меня нисколько не задели, хотя слышать их, конечно, было не так приятно. И уж если говорить о яде, то я бы сказала, что богатство твоих родителей — вот настоящий яд.

Верно, но… Но все-таки не помешает выяснить, насколько хорошо обстоят дела у Айви в компании, чтобы потом не выяснилось, что Айви — не вторая

Бьянка, пытающаяся выправить свое положение с его помощью.

— Да, — вслух согласился с Айви Джордан, но в его словах слышалась искренняя горечь. — Оливия, а вместе с ней и я уже натерпелись ото всех, кто хочет поживиться за наш счет. Пора бы ей научиться хоть немного оценивать людей, — невесело сказал Джордан. — Или хотя бы ступать медленно, пробуя дно, а не плюхаться в воду с закрытыми глазами.

— Ты именно так и поступаешь?

— Давай продолжим этот разговор позже, ладно? — сказал Джордан.

— Хорошо. Давай, тогда иди за кофе.

Джордан был благодарен Айви — никаких обид и капризов, что ее на время оставляют одну. Нормальная, адекватная оценка ситуации, а потому и нормальная на нее реакция.

И Джордан переключился на Оливию. Его сестра в нервном ожидании мерила шагами веранду, когда Джордан появился на ней с чашкой кофе. Он предложил ей сесть, выпить кофе и постараться взять себя в руки.

Джордан тоже пытался справиться с собственным нетерпением, понимая, что для скорейшего решения проблемы про эмоции лучше забыть. Он сел в кресло, стоявшее рядом с софой, на которую уселась Оливия, и стал ждать, когда она внятно объяснит суть возникшей проблемы.

Оливия сделала глоток кофе, кинула на него сердитый взгляд и выпалила:

— У него есть видео, на котором мы занимаемся с ним сексом, и он грозится разместить его в Интернете, если я ему не заплачу.

— Ты согласилась на эту запись или он сделал ее без твоего разрешения?