Король чародеев
Шрифт:
– Рад видеть тебя в добром здравии и расположении духа, Лили, – усмехнулся Дайрмид.
– Доброе-то оно доброе, – поджала губы старуха, – хотя в моем возрасте да при больных суставах не очень-то приятно вскакивать среди ночи… Но я все равно рада видеть тебя и твою гостью.
– Это леди Микаэла из Кинглэсси, она будет лечить Бригит.
– Мое почтение, миледи, – поклонилась Лили. – Ангус уже рассказал мне, кто вы. Я очень благодарна вам за то, что вы спасли жизнь моего сына, благослови бог ваше искусство! Считаю за честь принимать вас у себя.
Польщенная
– Спасибо, Иона, – улыбнулся Дайрмид. – Как поживают твои братья и сестры?
– У них все хорошо, сэр, – зардевшись, ответила девушка. – Отец вернулся вместе с вами?
– Не беспокойся. Я послал Мунго в одно место по делу, но он должен вернуться со дня на день.
Девушка кивнула и протянула чашу с вином Гилкристу, но он, словно не замечая этого, принялся настраивать струны своего инструмента маленьким деревянным ключом. Иона поставила чашу на стол и направилась к двери. Микаэла, искоса поглядывавшая на музыканта, заметила, что он, зардевшись, будто красная девица, проводил дочь Мунго грустным взглядом.
– Миледи просто раскрасавица, только больно бледная и совсем молоденькая, – оглядев Микаэлу с головы до ног, заметила Лили. – Признавайся, Дайрмид, она монашка? Ты увез ее из монастыря?
– С чего ты взяла? – ответил тот. – Леди Микаэла работала в монастырской больнице, но она вовсе не монашка, а вдова врача и сама врач.
Микаэла смутилась: они говорили о ней так, словно ее здесь не было.
– Такая молоденькая и уже врач? Ни за что не поверю! – упорствовала Лили.
– Тебе же сказали: миледи – дипломированный доктор, – вмешался Гилкрист, повысив голос. – Она получила образование в Италии.
– В Италии? – удивилась старуха. – Это где-то во Франции?
– Италия – это страна, где живет папа римский! – потеряв терпение, воскликнул Ангус.
– Лили, через итальянские порты нам доставляют пряности из Святой земли, понимаешь? – внес свою лепту в просвещение престарелой родственницы хозяин замка. – Твои любимые гвоздика, корица и перец плывут к нам именно из Италии, а точнее – из Венеции.
– Какая прелесть! – обрадовалась Лили. – Что за чудесное место эта Италия!
– Как Бригит? – спросил Дайрмид.
– О, она сущий ангел! – Старуха улыбнулась во весь свой щербатый рот. – Но мы поговорим о ней потом, а сейчас тебе лучше поесть и отдохнуть. Госпожа доктор, вы можете сказать, отчего у меня так болят колени, что иной раз я не могу заснуть всю ночь напролет?
– Дай гостье спокойно поесть, матушка. – Ангус поспешно взял Лили под руку. – А тебе пора в постель.
– Но я совсем не устала! – возмутилась старуха. – Знаете, госпожа доктор, ноги так ломит, так ломит…
– Пожалуйста, хватит, мама! – простонал раздосадованный Макартур.
– А вы принимаете какие-нибудь
– Только отвар ивовой коры. Вы думаете, стоит попробовать что-нибудь еще?
– Пойдем, пойдем, матушка! – Ангус буквально потащил Лили к двери. – Ты сможешь поговорить с миледи потом, когда она отдохнет с дороги.
Старуха бросила на сына сердитый взгляд, но подчинилась и с поклоном вышла из залы.
– Спокойной ночи, дорогая Лили, – напутствовал ее Дайрмид.
– Зря Ангус увел эту милую даму, – заметила Микаэла. – Я бы с удовольствием выслушала ее. Думаю, ей можно помочь.
– Тогда бы вам наверняка не удалось поспать этой ночью, потому что наша Лили обожает рассказывать о своих недугах, которых у нее великое множество.
Усмехнувшись, Микаэла допила свой кларет, и у нее внутри приятно потеплело. Гилкрист затянул новую песню, молодая женщина откинулась на спинку стула и с удовольствием слушала юного музыканта.
Дайрмид тоже слушал, подперев голову рукой. Микаэла почувствовала, что напряжение последних двух дней наконец оставляет ее – благодаря музыке, сытной еде и теплому приему, который оказали ей обитатели Даншена.
Когда в камине спальни медленно, словно нехотя, занялись торфяные брикеты, Дайрмид, сбросив одежду, погрузился в высокую деревянную кадку с горячей водой, поставленную на привычное место у огня. За ужином он попросил Ангуса приготовить две кадки – для себя и для гостьи, которую старая Лили распорядилась поселить в маленькой комнатке возле спальни Бригит.
Хозяин Даншена плеснул воды на голову и грудь, зачерпнул из деревянной чаши жидкого мыла, приготовленного из золы и душистых трав, и с наслаждением натер им все тело. Потом он намылил щеки и подбородок, побрился своим остро наточенным кинжалом и в изнеможении привалился к стенке кадки. Ему ужасно захотелось сейчас же лечь в постель, но еще больше – увидеть малышку Бригит, хотя она уже наверняка спала.
Только бы Микаэла ей понравилась! Всех предыдущих врачей и знахарок, которых он приводил, Бригит терпеть не могла, и бедняжку за это трудно было винить. К примеру, две знахарки с острова Малл мучили ее своими заунывными заклинаниями и непрерывным курением благовоний. Дайрмида они тоже порядком раздражали, и в конце концов он попросил их уехать, уверенный, что все эти ритуалы – сплошной обман. Вспомнив этих глупых баб, Дайрмид досадливо помотал головой.
Визит пожилого врача, которого он встретил в Эре, тоже пришлось сократить. Старик, хваставшийся дипломом Парижского университета, лечил Бригит ежедневными кровопусканиями и строгой диетой, при которой девочке не давали ничего, кроме куриного бульона и миндаля, а также слабительными: врач говорил, что только так можно очистить ее кровь «от дурных жидкостей». Кроме того, изучив свои астрологические книги и таблицы, он объявил, что по гороскопу Бригит Сатурн противодействует Луне в трех конфигурациях, а посему девочке необходимо ампутировать ноги.