Корм вампира
Шрифт:
Унося ноги от быстро поднимающейся воды, слегка посмеивался над самим собой, таким домовитым и расторопным. А "штайер", оставшийся висеть на спинке стула, тому прямое подтверждение.
Через десять минут, наблюдая за волнами, полирующими торчащие бока камней пляжа, с высоты сухого берега, разглядел слабую зарницу открывающегося портала, изумрудно-зеленого. Из которого, гордо держа морду над водой, появился один-единственный Младший. Накатившая волна прибоя подхватила волка, толкнула обратно в портал и откатилась назад, вытаскивая Младшего на свежий воздух. На третьей волне, портал схлопнулся, оставляя снаружи лишь половину оборотня, впрочем, тут же ушедшую на дно.
"Что
Охотно в это верю.
Два вампира, уговоривших почти литр такой "настоечки", меня впечатлили своей "устойчивостью". И откровенной глупостью. И вообще, вся их вампиро-эльфийская сущность меня сильно нервировала и расстраивала. То они все такие, что аж дрожь берет, чуть ли не ракеты с небес стаскивают и связь спутниковую портят, а то… Седое средневековье, отдыхает. И женщины их, судя по рассказам, тоже весьма странные. И детей-эльфенышей, еще никто, ни разу не видел, как бы не тщился. Хм, или вот еще, нюансик — по рассказам Бена, в самом начале своего победоносного шествия по планете, эльфы пользовались магией едва ли не чаще, чем делали вдох-выдох. Младшие были тупее. "Горели" электроприборы. Двигатели всех типов и моделей — прощались со своими создателями, отказываясь работать. Только самое простое. Только в Траннуике об этом словно никто и не знал, пользуясь удобствами!
Логика и здравый смысл, старательно разрушаемые самим человеком, всегда возвращаются, с гаечным ключом наперевес, угощая знатным ударом по голове, восстанавливая тот самый "статус-кво", о котором говорено и переговорено неоднократно.
— А что все это значит? — По привычке, вслух, начал рассуждать я. — А значит это, что кровососам находится рядом с нами — противопоказано! Мы не только для них корм, мы еще и яд! Как любил говорить классик, "я — то, что я ем!"
— … А так же, чем дышу, пью и с кем общаюсь… — Кто бы он ни был, этот владелец странно-шипящего голоса, подкрался он ко мне незаметно, как тот самый, ценно-пуховой, зверек…
Глава 48
****
— Вошел в портал.
— Никто не смог сделать шаг. — Аркан заступился за бледнеющих и краснеющих, одновременно, вояк. — Словно…
— Словно что? Клея под подошвы налили? — Махрсан просто истекал язвительностью. — Или нож к горлу прижали?
— Хватит, Семен. — Игнатич махнул рукой, давая понять, что все эти выплески командного нагоняя сейчас и вовсе ни к чему не приведут. — Не пошли и не пошли. Может, это и к лучшему, что не пошли. Зато живы все. Ты мне, лучше, вот что скажи, Семен Георгиевич… Только мне одному кажется, что нас в чем-то накололи или у тебя такие же ощущения? Отодвинем в сторону нашу теорию, что Олег — аватар какого-либо божества и… Присмотримся по лучше… Ведь есть же какие-то странности, указывающие на…
— Все странности укладываются в теорию об аватарах! — Отрезал Семен. — Иначе, просто не срастаются все его познания и возраст.
— Я уже раз пятьдесят сказал, что Олег — "попаданец". — Аркан пожал плечами. — В другие времена, сделали бы запрос по месту его службы и все. Зациклились вы на своих "аватарах". Человек он. И, если и аватар, то аватар самого себя.
— Хм. А вот это имеет смысл. — Колошко откинулся на спинку стула. — И тогда, состояние его мозга вполне поддается логическому объяснению — зачем грубый мозг носителя тела, если его функции исполняет чистое сознание?! Бен, он что-нибудь рассказывал о себе? Как его зовут? Откуда он родом? Почему стал "попаданцем"? Кем он был при жизни, в конце-концов!
Бен покрутил пальцем у виска, при словах о "ненужности мозга", но вспомнив Никитоса с Толиком, всерьез задумался о функциях ЦНС вообще и мозга некоторых личностей, в частности. Так что вторую часть речи, с пафосом произносимую Колошко пропустил мимо ушей, не реагируя на вопросительные взгляды. Лишь только острый локоть Валии привел морпеха в чувство.
— Аркан? Что скажете? — Семен вертел в руках обычную, пластиковую указку, уже обломанную с двух сторон. — Бен?
— Скажу, что рассказ длинным будет. — "Стекло" привычно нашарил в кармане пачку сигарет и не заморачиваясь с вопросами и, невзирая на протестующие взгляды присутствующих, закурил. — И совершенно неправдоподобным.
— Они об Олеге спрашивают. — Прошипела Валия, краешком губ.
— Ага. Я уже понял, спасибо… — Бен покрутился в поисках пепельницы и, не придумав ничего лучше, начал стряхивать пепел в собственную ладонь. — Вампирша называла его Эвальт. И выглядела при этом очень удивленной…
— Погоди! — Семен поднял руку. — Я думал ты расскажешь о том, что знаешь… И, желательно, не с начала времен!
— За начала времен, Семен Георгиевич, обращайтесь к библии. — Колошко засопел. — Там хватит на десяток монографий, только вот правды будет еще меньше, чем то, что нас окружает.
— Библия — книга совершенная! — Воспитание морпеха и его же образование хоть и зияло прорехами, но "общепринятые", у всех на слуху, заявления и обобщения, никуда не девались, оставляя свой след. — Борьба зла с добром, божественные…
— Ой, Бен… Какой вы, право слово… — Алексей Игнатьевич поморщился, словно зеленой черемухи наелся. — "Борьба", скажете тоже!
— Скажу! — "Стекло" уселся на свободный стул, подумал и слизнул сигаретный пепел с ладошки. — Между прочим, об ангелах и боге я знаю совершенно точно — они есть!