Кор-а-кор
Шрифт:
– Старый, ты как сможешь дойти или мне тебя понести.
– при последних словах в голосе Сани прорезалась серьезная озабоченность. Да и понятно, вряд ли он сможет тащить мою тушу долго, не смотря на все выпитые эликсиры. Да и ему досталось по первое число. Вон меня держит, а сам за бок украдкой хватается и кривится, боль видимо не шуточная.
– Саня, отпусти меня и не волнуйся, я домой дойду. Можешь не переживать, с этим у меня будет все в порядке. Только одна просьба не приближайся ко мне, когда мы попадем домой и Максу не разрешай и вообще никому не давай. Лучше всего позови Деда, скажи, Валера устал и спит. Запомни - это важно. Он поймет.
Саня с сомнением кивнул, но все-таки руки от меня убрал, отступил на шаг. Хмыкнул, когда я на полусогнутых ногах попытался сделать пару шагов. Сказал с озабоченностью в голосе:
– Слушай, а может ты того... может мы с Максом тебя в какую-то тряпку завернем и донесем. Никто и не увидит, что ты в чем мать тебя родила. А то, как не дойдешь, ищи тебя по всему городу, а мы с Максом в данный момент времени немного не в том состоянии, чтобы по городу шастать и искать съехавшего с катушек оборотня не с руки. Так что может все таки на руках, а?
Я покачал головой, хотел ответить. Хотя сил на то, чтобы ворочать языком у меня фактически не осталось, но тут сзади начало потрескивать и сразу со спины полыхнуло жаром. Мимо меня пронесся Макс.
– Валим! Бегом!
– и мы побежали, откуда и силы взялись. Дом за нашими спинами окутался дымом и пламенем, создалось впечатление, что горит сама земля, такой жар стоял.
Остановились за забором, Саня тяжело опустился на землю, воздух с хрипом вырывался с его легких. И это тот, который минуту назад предлагал тащить меня через пол города домой. Дом же полыхал, пламя и не думало ослабевать, а только с каждой секундой разгоралось все сильней. Я вопросительно посмотрел на Макса, взглядом требуя пояснения.
– Саламандра.
– односложно пояснил он. Я еще даже нашел в себе силы удивиться. Если бы знал, что этот придурок таскает собой такую гадость, никогда не пошел бы с ним. Плевок Саламандры изобретение гениального, до полного потери связи с реальности алхимика с Серединного Мира. Энергия огня, привязанная к местности радиусом до двадцати метров, когда освобождается, то горит все, даже воздух. И самое противное не надо никаких слов для активации Саламандры, просто разбить бутылочку. И если бы она, эта бутылочка, разбилась у Макса в кармане, или где он её там хранил, то нам с Сашкой пришел бы быстрый и бесповоротный конец. На данный момент времени , как мне известно не придумали ничего, что могло противостоять, или хотя бы уцелеть в пламени, которое вызывало это зелье. Состав Саламандры есть тайна за семью печатями, которую даже под страхом пыток и мучительной смерти ни один из алхимиков, которые им владеют, никогда не раскроют. Это я знаю точно, сам участвовал в попытке вырвать этот секрет. Каждый пузырек этого состава стоит, ну, примерно столько сколько я могу заработать, если буду брать заказы на протяжении года, а то и двух, без всяких промежутков для отдыхов. А это очень большая сумма. И да меня дошла одна интересная мысля, о чем я поинтересовался у Макса:
– Ты что, гад, думал применить эту дрянь, если мы бы не справились?
Макс лишь пожал плечами, молча пошел, опустив плечи, всячески показывая, что да, виноват, но не пришлось же. Так зачем гнать волну. Да, узнаю своего друга, он всегда был максималистом. Ну да ладно, надо подумать и о себе. После этой дикой пробежки, такое впечатление, что все силы разом покинули мое многострадальное тело. Я тихонько позвал свою вторую сущность. Зверь
Глава 11.
Некоторые говорят, что когда очнешься после бурной попойки или не менее бурной гулянки, связанное с отрыванием чужих конечностей и голов, да и вообще с мордобитием, по полной программе, то не важно, где это произойдет. Не верьте. Все это откровенная ложь, так могут заявлять только люди - перекати поле, у которых не то что дома, а просто даже постоянного места жительства нет. Заявляю об этом с глубоким знанием данного вопроса. Когда я открыл глаза и понял что лежу в своей комнате, в месте, которое я уже много лет считал своим домом, я почувствовал огромное облегчение, граничившее с чувством огромной радости. Мне было на самом деле так хорошо, что даже, когда в мою комнату распахнулась дверь и в неё стремительно вошел мой наставник и по совместительству главный человек в моей жизни, я лишь улыбнулся и вежливо поздоровался.
– Здравствуй и тебе, Валера.
– а вот голос Деда мигом прогнал хорошее настроение и я даже сделал попытку подняться с постели.
– Не, ты лежи, тебе отдых сейчас показан по полной. Наслаждайся последними минутами своего недолгого счастья.
Лежи так лежи, но во избежание возможных последствий для своего организма я все-таки устроился повыше на подушке и, стараясь чтобы мой голос звучал как можно наивней и жалобней, осторожно поинтересовался:
– Ганс, а чего ты вообще ерепенишься? Никто ж не пострадал, все живы и здоровы. А синяки и ушибы, так это обычное дело в нашей профессии. Так зачем так кричать?
– наверно ненужно мне было вообще говорить. Мой наставник среагировал неожиданным для себя образом. Он остановился посередине комнаты, внимательно на меня посмотрел. Потом взял стул, поставил его возле кровати. Сел и потрогал мой лоб, чем вызвал во мне откровенную дрожь, так как любые прикосновения Ганса к моему горячо любимому телу ничем хорошим, как правило не заканчиваются. Обычное дело после того, как Дед меня касается я лечу куда нибудь, или вообще просто лежу на полу и тихонько постанываю, но сейчас Ганс просто положил руку мне на лоб, поцокал с глубокомысленным видом языком. Покачал головой, сказал вслух:
– Да и не горячий, то есть жара нет и в помине.
– и уже обращаясь ко мне: - Ты, Валера, как себя ощущаешь?
Я осторожно пожал плечами:
– Да нормально. А что?
– Да так, ничего. Мне просто интересно. Ты давно тупым стал или после сегодняшней ночи. Вот и пробую твой лоб, может у тебя отупение организма наступило, вследствие поднятия температуры тела. А ты вроде и нормальный. Да?
Я молча кивнул головой. После чего мне был выписан хороший такой подзатыльник, стул полетел в один конец комнаты, а сам Дед отошел в другой, видимо, чтобы не убить сгоряча.
– Ты называешь это никто не пострадал?
– голос Деда стал набирать обороты: - Двое слуг долгое время служившие в элитной гвардии правителя Аркана лежат с вывернутыми челюстями в своих комнатах и это нормально?
Вот тут я растерялся, наверно боль от затрещины не давала сосредоточиться.