Кор-а-кор

Белан Андрей Валерьевич

– Я не знаю, кто ты есть, но я знаю одно, ты знаешь слишком много того, что знать посторонним не положено. Но пусть будет, что должно случится. Я клянусь именем своего рода, что как бы не закончился наш с тобой поединок ни кто не кого преследовать не будет и он закончится здесь и сейчас. Ты доволен?

Я кивнул, встал напротив гнома, сказал:

– Ну начали, что ли?

И немедля атаковал гнома ногами в голову.

Я не хвастаюсь, просто констатирую факты. Мы, Саблезубые, быстрее гномов. Что я и доказал, без всякого перемещения просто забив коротышку ногами, сначала слегка надавав

по башке, а потом пересчитав ему все ребра. И только громкий окрик со стороны заставил меня оторваться от столь приятного времяпровождения.

– Хватит! Достаточно!
– кричал один из соплеменников моего противника.

Я остановился, обвел присутствующих в зале тяжелым взглядом. Огромным усилием воли загнал утробно урчащую вторую свою сущность вглубь сознания.

Посмотрел на соплеменников стонущего возле моих ног гнома. Тяжело дыша, спросил:

– Почему?

Гном с седой бородой, в ладных доспехах, надетых поверх кожаного одеяния и состоящих из короткой кольчуги с капюшоном, наручей и поножей, подошел ко мне, наклонился к лежавшему соплеменнику, ехидно спросил:

– Ну, Хельг, ты понял, что внешность бывает обманчива. И не все то, чем кажется, является этим на самом деле. Понял меня?!

Гном, пуская кровавые пузыри через рот, протолкнул:

– Да, учитель.

Седая борода похлопал своего ученика по плечу, бросил через плечо:

– Заберите его, да пивом напоите.

Посмотрел на меня внимательным взглядом.

– Если я не ошибаюсь, ты Саблезубый?

Я ошарашено кивнул, толком еще ничего не соображая, меня, как всегда, сильно лихорадило после поединка. Седая борода между тем продолжил:

– Ты не волнуйся, часа через два мой ученик будет как новенький. Главное ты его не убил, а в остальном подгорное племя - живучая раса. Теперь о тебе. Ты молодец, что взял слово с моего ученика и преподал ему урок, но есть маленький нюанс. Понимаешь, Саблезубый, твой поединок с ним был заведомо проигрышный для моего ученика. Вот если бы в его руках было оружие, тогда да, исход мог быть не предсказуем, а так... И теперь мне, как его учителю, надо что-то решить. Ты не подскажешь мне, как нужно поступить, чтобы сохранить лицо перед остальными моими учениками?

Я выдохнул с шумом воздух. Да... задача. Но, подумав я пришел к выводу, что не все так плохо, как кажется:

– Слушай, давай так. Меня завтра с утра уже здесь не будет, вместе с моим другом. И существует очень маленькая вероятность того, что я здесь когда-либо появлюсь. Так что я думаю, что если ты меня прогонишь вон из Нижнего Аркана, то вполне сохранишь лицо. Ты со мной согласен?

Седая борода довольно улыбнулся, и рожа у него стала как у кота, объевшегося сметаны.

– Я всегда считал, что вы перевертыши очень сообразительны.
– закончив говорить седая борода, стукнул меня в район живота. И продолжая ухмыляться, пошел к себе за стол.

Я же подойдя к лавке, выдернул из столешницы нож, перекинул через плечо перевязь с мечом, наклонился, взял на руки Зосима, у которого обморок перешел в глубокий и скорее всего здоровый сон, пошел на второй этаж.

Когда я кинул Зосима на одну из кроватей!!! Эта грань все продолжала меня удивлять. Хотя, наверно, пора уже и привыкнуть или не так,

нужно было заново вспоминать о том, от чего уже успел отвыкнуть за годы скитаний. Как говорят, к хорошему привыкаешь быстро. Вдоволь полюбовавшись спящим Зосей, я посмотрел на улицу. За застекленным окном, тут я уже полностью выпал в осадок и решил вообще ни чему не удивляться, ну живут нормально люди, ну и классно. Так вот, за окном показалась полная и в это время года особенно яркая луна. Ночь вступила в свои права. Сквозь стекло доносилось завывания колотушников, в чьи обязанности входило периодически прохаживаться по улицам и орать как оглашенные, оглашая окрестности своими знаниями о времени, то есть сколько именно сейчас время. Как я понимал, делалось это для того, чтобы народ успевал к полуночи разбредаться по домам. После полуночи орущих колотушников, сменяли до зубов вооруженные стражники, которые неспешно прохаживались по улицам. Так сказать блюли порядок, а на самом деле искали припозднившихся гостей города, которые по незнанию разгуливали по улицам, совершенно не знавших, что на улицах тихий час. Об этом мне рассказал трактирщик, когда я еще первый раз попал в этот город.

Потянувшись, я с ужасом осознал, что сильно устал, глаза прямо слипались так хотелось спать. Сосредоточившись, позвал свою вторую сущность, та недолго думая мгновенно откликнулась. Радостно попыталась захватить власть над телом, стремясь кинуть меня в преображение. Большим усилием воли я задавил этот соблазнительный порыв. Жарко пообещав, что только мы покинем город, то с удовольствием преображусь и вволю поношусь по полям, а также за лошадьми. Слегка пригасив недовольство, я подошел к окну, раскинул в стороны руки, стремясь каждой клеточкой тела впитать в себя лунный свет. Недовольно поморщился, левой рукой с силой толкнул окно, заставляя его открыться. Снова раскинул руки и на минут десять выпал в осадок.

Когда пришел в себя, то понял, что не только я, но и моя звериная составляющая аж горит от переполняющей все естество энергией. Сладко потянулся. Сон исчез, как будто его и не было. Сбросил на кровать перевязь с мечом, туда же лег и нож в ножнах. Под кровать засунул седельные сумки, предварительно положив туда мешочек с деньгами. Подошел к двери. Дотронулся до засова, слегка сосредоточился. Почувствовал как засов под моей рукой немного нагрелся. Удовлетворенно хмыкнул, теперь всех, кто захочет зайти без разрешения в комнату, ждет небольшой сюрприз в виде большого ожога. Заклинания должно было хватить часов на пять. А там и Зосим может быть уже проснется. Снова подошел к окну, задул свечи, стоявшие на небольшом столике рядом с кроватью, на которой дрых мой товарищ. И рыбкой выпрыгнул в окно.

Приземлившись на все четыре конечности я огляделся. Наше с Зосей окно выходило на задний двор. на котором располагались хозяйственные постройки. Такие как сараи для дров и долгого хранения продуктов, баня и дом для прислуги. Именно то, что мне надо. Я принюхался, в воздухе улавливался столь желанный аромат молодого и красивого тела. Выпрямившись перебежал к стене дома прислуги. Пошел вдоль стены. Достигнув окна, заглянул в него. Как я и предполагал за ним в гордом одиночестве сидела та, что последний час совершенно не шла из моей головы.