Копейщик
Шрифт:
— Чего тебе? — жуткий дядька вперил в Ольху тяжелый волчий взгляд.
Превозмогая желание сбежать, Ольха потянула за левый рукав, оголяя запястье, где зеленым нифрильным цветом была изображена голова волка и корона над ней.
— Служба княжеских порученцев, — сказала она еле слышно.
Коронованная волчья голова и упоминание князя подействовали на матерого как заклинание. Желтизна в его глазах тут же растаяла. Из лютого волка он почти превратился в того самого рыбака, какого она себе и представила поначалу. Разве только не такой старый, и шрам через все лицо немного портил
— Извини, если напугал, — враз подобревший матерый сделал приглашающий жест, — А то ходят тут всякие студенты, а потом лодки пропадают.
— Меня зовут Ольха, — сказала она.
— Алексей Алексеич, — представился он, — Для тебя дядя Леша.
— Мне бы с князем связаться, — попросила Ольха.
— Это можно, конечно, — дядя Леша пожевал губами, — Только сегодня уже был порядковый выход на связь. Основная монета не «отдохнула» еще.
— А запасная? — проявила осведомленность Ольха.
— А запасная, — заставник сделал ударение на второй слог, — У нас сбоит последнее время. Иногда пробуждается, а иногда не хочет и все тут.
— Так давайте я посмотрю.
— А ты разбираешься? — спросил он.
— Как раз в этом и разбираюсь, — подтвердила Ольха.
Дядя Леша взял с полочки монету, высвободил ее из хлебной мякоти и передал Ольхе. Она взяла пятнадчик, чуть погрела в руке, входя видением в ее ячеечный состав. Как она и предполагала, первая пара, называемая «глазом» была расположена на самом краю решетки и почти стерлась из-за того, что монета по мере использования выгорела по кромке. К счастью, первую пару можно переписать на любые другие свободные ячейки. А они пока еще были.
— Дядя Леша, — сказала она, — Скажите слово, каким монету засвечиваете.
— Вызывает мирная застава, — подсказал заставник.
Ольха сдержала улыбку. Она была наслышана о неписаном правиле заставников. В качестве своих позывных они используют слова на вроде тихая, мирная, благостная и тому подобное. Как будто у них тут дом отдыха, а не воинское подразделение.
— Готово, — Ольха подала дядьке монету.
— Мирная застава вызывает замок Невина, — сказал он, и монета начала набирать свечение.
— Ты, гляди-ка, работает, — заставник посмотрел на Ольху с уважением.
— Замок Невина слушает, — раздался немного искаженный помехами, но знакомый голос, и Ольха тут же вспомнила замкового писаря.
— Михалыч, — сказал дядя Леша, — сообщение для князя от Ольхи. Передавай дальше.
После этого заставник пригасил монету, и они стали ждать, когда вызов через все заставы дойдет до Вереса. Прошло минут пятнадцать, прежде чем голос замкового писаря Гаврилы Михалыча сообщил, что князь готов принять сообщение.
— Подорожник убит. Камень пропал. Ясень…
— Э-э. Погоди там. Не части, — прервал ее возмущенный голос писаря, — Я же записываю.
Доклад занял довольно много времени, князь не удовлетворился кратким сообщением, и Ольхе пришлось пересказывать подробности. А при таком способе передачи через несколько застав, это оказалось делом не быстрым.
Однако в итоге Ольха осталась довольной. Во-первых, она доложилась князю. Во-вторых, Верес одобрил ее решение направиться в академию. Он даже пообещал
Единственное, что слегка омрачило Ольху, это отсутствие новостей от Ясеня. Впрочем, тот отправился в погоню за лисами в довольно дикие места, где заставу встретить не так-то просто.
* * *
На небольшой полянке в сердце глухой чащобы у догорающего костерка сидели пятеро Лисов.
— Ну, и долго нам еще ждать, а? — раздраженно спросил один из них.
Старый Блас, к которому был обращен вопрос, поморщился и промолчал. Он уже давно исчерпал все доводы.
— Все. Хватит. Бесполезно тут высиживать. Мы не курочки, цыпленка не высидим.
— Тихо! Кто-то идет.
— Ну, наконец-то!
Ясень приближался к поляне неспешным размеренным шагом. Он видел, как напряженное ожидание на лицах лисов сначала сменилось радостью, потом, когда он подошел ближе, удивлением, а затем, когда они его хорошо разглядели, злобой.
— Ну, надо же. Вы только посмотрите, кто к нам идет.
— Эй, серый, ты никак заблудился?
Трое лисов поднялись на ноги, вытаскивая из-за поясов тяжелые плети. Они радостно заухмылялись. Возможность безнаказанно выместить накопленную злобу выпадает нечасто. А на эти леса власть волчьего князя, да и вообще ничья власть, не распространялась. Только Старый Блас и еще один, совсем еще юный лис, остались сидеть у костра.
Они ничего не успели сообразить и ничего не успели сделать. Слишком быстро Ясень сделал два последних шага, а его черный клинок и вовсе размазался в блеклую дугу, одним ударом перерубив сразу два горла. Оставшийся на ногах лис, правда, успел поднять руку в неосознанном и бесполезном закрывающем движении, но ему это нисколько не помогло. «Решатель задач» вошел ему в живот прямым колющим ударом.
Молодой лис, сидевший у костра, увидев, как падают его товарищи, вскочил и кинулся было в лес, но кинжал, брошенный рукой Ясеня, оказался быстрее, вонзившись ему между лопаток. Как ни в чем не бывало, Ясень столь же неторопливо, как и до этого, подошел к костровищу, уселся и подбросил в догорающие угли несколько веток.
— Самый старый. Самый разумный, — сказал он, глядя на Бласа, единственного, кто за все это время не двинулся с места, — Вот с тобой, старик, мы и поговорим.
* * *
К вечеру Ольха добралась до академии. Живописный старый замок на холме из когда-то черных, а ныне посеревших от времени куреневых бревен, высокая стена с зубцами, развевающиеся над остроконечными крышами знамена. Академия издалека выглядела именно так, как она себе и представляла.
Перед воротами путь ей преградил огромный клыкастый злобный нелюдь. На попытки с ним заговорить, нелюдь молчал. Ольха сделала было шаг к воротам, но нелюдь шагнул ей навстречу. Ее выручила компания молодых людей, подошедших следом. Не обращая внимания на нелюдя, они прошли мимо него, как мимо пустого места. Нелюдь же остановился в шаге от них и пропустил, ничего не предприняв, при этом, правда, он продолжал злобно скалиться.