Конвой
Шрифт:
– Хорошо, мистер Ламберт. Даю вам подумать. один месяц, а пока будьте добры – исполняйте обязанности капитана-пилота. На время замещения Ат-кинса вам будет выплачиваться жалованье в уже указанных пределах… А теперь передайте трубку мистеру Ламброзо.
Ник настолько ошалел от всех этих предложений, выстрелов и шума, что просто выполнил просьбу вежливого мистера Хубера.
– Мистер Ламброзо, – позвал Ник, и тот сейчас же откликнулся, перестав пинать в живот несчастного Ричи.
– Я слушаю, сэр! – громко ответил он, морщась и потирая колено.
– Люк, начало очень плохое… Я
– Так точно, сэр!
– Однако я думаю, что ты сумеешь взять ситуацию в руки.
– Непременно, сэр!
– Да не ори ты так… Просто слушай, что я говорю. Мальчишку нужно заставить работать. Я сделал ему хорошее предложение – место капитана-пилота, но он может попытаться качать права. Тогда вы его немножко попрессуйте, только чтобы не калечить. Ты понял?
– Понял, сэр! – с готовностью подтвердил Ламброзо, хотя не очень хорошо представлял, как можно прессовать, чтобы не калечить. Лично у него так не получалось.
«Значит, буду над собой работать», – решил Люк.
– Ну, раз понял, отбой связи. И смотри, не подводи меня…
– Так точно, сэр!
Закончив переговоры. Ламброзо медленно, чтобы было время подумать, убрал прибор транслинейной связи в чехол, а затем подошел к Нику и, протянув ему руку громко объявил:
– Поздравляю с назначением, сэр! Желаю успехов в личной жизни!
– Спасибо, – ответил на рукопожатие Ник. Затем поднялся, оглядел присмиревших охранников и добавил: – Надеюсь, мы сработаемся.
В голове Ламберта начало проясняться, и он понял, чем ему грозит отказ от пилотирования этого конвоя.
12
Треугольник Судак – Червонец – Зуфар был печально известен как место, где очень часто пропадали торговые суда. Этот треугольник мог поглотить целые караваны, если их владельцы экономили на хорошей охране и надеялись только на купеческую удачу.
Обойти это неспокойное место было трудно, поскольку приходилось делать крюк, удлиняющий путь в несколько раз. К тому же периферийные области этого треугольника были нестабильны и помимо целых материков мигрировавших астероидных масс изобиловали гравитационными ямами и РН-ловушками. Именно поэтому многие все же шли на риск, прорываясь на скоростных уиндерах, напичканных аппаратурой создания помех.
Несколько раз отдельные соединения флотов тех или иных государств пытались наказать местных разбойников и обезопасить переход для торговых судов, однако даже после поражений грабители быстро восстанавливали силы, а случалось, и сами атаковали военные корабли и захватывали их в качестве трофеев.
Пострадавшие жаловались правительству «Союза Двадцати Семи», в которое формально входили эти – три планеты, но там только беспомощно разводили v руками. Руководство разбойничьего анклава не поддавалось никакому контролю, а при случае напоминало, что может вдребезги разнести силы безопасности союза. На этом все разговоры о принятии мер и заканчивались.
Тайные операции, ставившие целью физическое уничтожение лидеров Треугольника, тоже не давали результатов, поскольку генералы разбойного бизнеса жили не на планетах, а на своей главной базе «Революшн-П», где были
Жизнь на базе не замирала ни на секунду, и военные чины всех уровней постоянно принимали информацию, отдавали распоряжения, совещались и уходили спать, когда заканчивалась их смена.
Сотни тысяч служащих пониже рангом обслуживали приходящие из походов корабли, осматривали привезенные трофеи и сортировали пленников, часть которых шла на обучение курьерской работе, а остальных спускали на планеты Треугольника. Там, среди бескрайних полей и болотных пустошей, выращивались миллионы тонн наркосодержащих культур, которые перерабатывались на месте и поставлялись во всех направлениях:
Специальный департамент разбойничьего анклава разрабатывал маршруты доставки наркотиков, а также отслеживал конъюнктуру рынков и потребительский потенциал тех или иных планет. Он располагал мощнейшей сетью тайных агентов, которые осторожно управляли процессами сбыта и устраняли возникавшие на местах проблемы.
13
Команданте Йоган Нагель любил это время года. Осенью база как-то преображалась, в ней появлялись незаметные прежде краски и даже запахи.
Корабли приходили с большим количеством трофеев, а поставки наркотиков увеличивались, что и позволяло команданте проводить аналогии с временем обильной осенней жатвы.
В дверь негромко постучали – Входите, камрад, – разрешил Нагель, и в его богато обставленный кабинет вошел камрад-майор Ульрих Шанц.
Шанц ведал отделением технической разведки, и его усилиями Треугольник перехватывал даже самые «невидимые» корабли, оснащенные генераторами отрицательной S-полярности – Ну, так что у нас новенького? – спросил команданте. – Кажется, какие-то очередные невидимки? – добавил он, вспоминая недавнее сообщение Шанца – Так точно, команданте Нагель. В районе планет Новая Каледония и Деркач наш поисковый зонд обнаружил несколько судов. Вначале мы приняли это за гравитационную аномалию, но позже, после дополнительной расшифровки сигналов, получили кое-какие результаты. Я принес этот файл.
И Ульрих продемонстрировал дискетку – Хорошо. Прошу вас, – сказал Нагель, указывая на развернутый во всю стену демонстрационный экран.
Камрад-майор вставил дискетку в приемное устройство, и на белом экране появились сгустки черного цвета.
– И это все? – удивился команданте – Нет, это первоначальная картина, до обработки ее дешифратором с параллельным дифракционным сканированием второго порядка, которое…
– Хорошо, хорошо, майор, – перебил его Нагель, – продолжайте дальше.
– Одним словом, команданте, вот полученная картина.
Шанц покрутил ручки настройки, и черные пятна постепенно приобрели формы боевых кораблей несколько нетрадиционной формы.
– Интересно! – громко произнес Нагель и, поднявшись из-за стола, подошел к экрану ближе. – Это чьи же красавцы? И как они оказались у нас в тылу?
– Судя по эффективности маскирующих технологий, это корабли Объединения Англизонских Миров. Только им по силам сделать что-то подобное.
– Однако корабли не такие уж и большие, а, майор?