Конвейер ГПУ
Шрифт:
Из его слов можно было сделать вывод, что кампания по выкорчевке врагов народа достигла наивысшей точки. Масса знакомых, кои были на свободе еще перед моим арестом, также уже сидели в тюрьме.
Но там, за степами тюрьмы, никто абсолютно ничего не знал о творящейся инквизиции в застенках Г.П.У. и о том, как фабрикуются показания врагов народа.
Наконец, наговорившись обо всем, шутливо обращаюсь к Коршунову и говорю:
– Ну, знаешь что, – я уже имею большой опыт и стаж в дознавательских делах, а порядок нужен везде, в том числе и в нашей
Коршунов, уже достаточно оправившийся от первого впечатления, произнес:
– Ну, уж ты меня извини, но вредителем я никогда не был и не буду. Всем вашим рассказам я не особенно верю и думаю, что на днях недоразумение выяснится и я себя реабилитирую полностью.
Разубеждать его не было смысла. Дней через десять он сам убедился в правильности моего прогноза, когда избитого, всего в синяках, его втолкнули в камеру. Отделался он быстро и пустяками. Кости были все на месте, и на мой шутливый вопрос:
– Ну, как, правильно – вредитель?
Также с кислой усмешкой ответил:
– Представь себе, ты был прав. Оказался вредителем, сам не подозревая этого за собой.
Несмотря на безропотность, полный террор населения и его наивную веру в справедливость всех проводимых мероприятий, – все же Г.П.У. рядом провокационных слухов старалось обосновать массовые аресты в глазах населения.
Коршунов рассказал, что накануне первого мая в Ашхабаде было одновременно арестовано 28 человек, – летчиков, авиационных инженеров и техников.
При этом по городу ходили упорные слухи, что эта группа лиц, желая отомстить за арест своего начальника, т.е. меня, – решила в день первомайских торжеств бросить бомбы на демонстрацию и улететь в Иран.
Как видно, заправилы из Г.П.У. даже не старались утруждать свои убогие мозги сочиненном более правдоподобной провокации. Их наглость не знала границ, а обыватель, этот политический слепец, верил всему.
Коршунов рассказывал, с каким негодованием эту небылицу передавали жители, заявляя:
– Нет!, вы только подумайте, какой ужас! Сколько было бы невинных жертв! В клочья разорвать мало этих негодяев. Спасибо наркому Ежову и его сотрудникам, раскрывшим своевременно подлую банду.
Эти люди наивно верили в сотканную белыми нитками грубую провокацию, не задаваясь даже простым вопросом:
– А где же в конце концов гражданские летчики возьмут бомбы, и как можно последние бросать с пассажирских самолетов?
Большинство гражданских пилотов
Инициаторы этой гнусной провокация из Г.И.У. ходят, потирая от удовольствия руки.
Ночью же в застенках, пытая летчиков и инженеров, с самым серьезным видом выколачивают из последних показания о предполагавшейся якобы бомбежке демонстрации.
Этот рассказ Коршунова открыл мне глаза на ряд странных явлений, имевших место в работе подведомственных подразделений в последний период перед моим арестом.
В отрядах подобраны хорошие летчики, инженеры, техники. И целом весь воздушный флот Туркменской республики по работе занял первое место в Союзе.
Специалисты безукоризненно работали по пять, восемь, десять лет. Многие имели награды и поощрения.
Но вот наступает вторая половина 1937 года. Что-то странное и непонятное происходит с моторами и самолетами. Чуть ли не ежедневно докладывают:
– В авиабригаде такой-то, при установке мотора на самолет, в цилиндре обнаружена посторонняя гайка или оказались расконтренными основные детали самолета перед вылетом последнего в рейс.
Немедленно выезжаю на место происшествия и произвожу лично дознание.
Люди в бригадах старые, работали все время безупречно.
Становлюсь в тупик. В чем дело?
Инженеры и техники, имея очень расстроенный вид, беспомощно разводят руками.
Факт вредительства налицо. Но кто же этим занимается?
Подобные явления начали повторятся все чаще и чаще. Найти виновных не удается. Специалисты выбиваются из сил, подчас оставаясь дежурить в мастерских на ночь. Не верить им не могу.
На фоне этого вредительства Г.П.У. производит массовые аресты лучших работников, коих менее всего я мог в этом заподозрить.
Но оказалось, что истинная причина вредительства была хорошо известна работникам Г.П.У., так как никто другой, как они сами, через своих сексотов были организаторами этого преступления.
Последние безнаказанно бросали в моторы гайки и шайбы, а их хозяева пожинали лавры славы разоблачителей, одновременно оправдывая в глазах общественности массовые аресты честных специалистов.
Благодаря этой разрушительной работе воздушный флот Typкмении из мощной передовой организации уже к концу 1938 года превратился в собрание никчемных, склочных людей с окончательно разрушенным самолетным парком.
Лучшие люди арестованы, воздушный Флот развален, инициаторы получили повышения и ордена – цель достигнута.
Все эти преступные провокации могли широко культивироваться в обстановке террора, созданного «мудрым отцом». отделившимся от «безгранично любящих его детей» сплошной стеной агентов Г.П.У.
Подхалимство и неприкрытая лесть, выросли в культ и заменяли деловые качества честных людей
Густая сеть сексотов Г.П.У. окутывало паутиной всю страну. Вся эта армия, состоящая из отбросов и не умеющая честно зарабатывать кусок хлеба, меньше всего, как и их хозяева, интересовалась выявлением настоящих преступников.