Конвеер
Шрифт:
– На машине примчался, – Андрей кивнул в окно. Там, у ворот кардиоцентра стояла его синяя Вольво.
– На машине? – всплеснул руками Халанский, как будто ни разу не видел, как Андрей подъехал к воротам. Затем, как обычно, порвал расшифровку платежей и бросил в мусорное ведро.
– А что на машине… для бешеной собаки семь вёрст не крюк. Просто боюсь самолёт. Вообще у меня аэрофобия.
– Но по статистике на автотранспорте гибнет гораздо больше народу, чем на самолетах.
– Так точно, Станислав Анатольевич, но в автомобильной
Халанский устремил свой взгляд в окно.
– Скажите, Андрей, а вам не слишком хлопотно вот так ездить…
Он перевёл взгляд на собеседника.
– … по городам – Петербург, Волгоград, ещё вы ездите в Казань, Ростов, Ставрополь.
– Нет, что вы, Станислав Анатольевич, это моя работа. Занимаясь бизнесом, себе не принадлежишь!
– У тебя в Петербурге какие-то еще дела, помимо медицины?
– Да, я соучредитель фирмы, торгующей промышленным оборудованием. А ещё вот намечатеся интернет-проект… как бы сайт.
– Медицина, промышленное оборудование, сайт… не слишком ли ты размахнулся?
Андрей изысканно заверил, что успешно справляется со всеми своими проектами. С тревогой, которая могла показаться притворной, Халанский протянул:
– Понимаешь, Андрей… Алексеевич, у нас с тобой неплохой бизнес, даже по московским меркам, не говоря уже о местных масштабах, да… Многие бы хотели оказаться тут, да… И мы работаем примерно на 20 % запланированной мощности и объёмы закупок будут только расти: кардиохирургия, рентгенхирургия, отделение нарушения ритма, реанимация…
– Но, Станислав Анатольевич, я справляюсь, у меня надёжные люди.
– … не надо разбрасываться, ведь недаром сказано: жадность фраера сгубила. Да…
Андрей лишь пожал плечами, мол, приму ваши пожелания к сведению. Халанский озвучил то, что так хотелось услышать: на следующей неделе кардиоцентр перечислит Совинкому около трёх миллионов рублей. У Андрея в мозгу словно красная лампа зажглась: «Когда точно?! В какой день?!»
Прощаясь, Халанский проводил Андрея до двери и галантно пожал руку:
– Будем работать!
Спустившись в свой офис, Андрей продолжил обсуждение рабочих вопросов. В основном его волновало поступление крупных денежных сумм. Однако, Ирина ничего не смогла прогнозировать со 100 % уверенностью, кроме прихода одного миллиона из Казани.
«Уже четыре, надо ещё три!» – подумал он. И опять же неизвестно, когда придут эти четыре миллиона, их могут перевести в пятницу и они поступят на счёт аж на следующей неделе. Ирина подала стопку документов, переданных главбухом на подпись. Андрей с улыбкой отодвинул эту гору бумаг:
– Ты же знаешь, я никогда ничего не подписываю. Пусть секретарь за меня чиркнет. Чтобы потом в случае чего я мог сказать, что ничего не знал, что тут за моей спиной делается.
Он подбросил Ирину до центра, а сам поехал дальше, в сторону Центрального парка культуры и отдыха. Следующей его целью был Иосиф Григорьевич
Управление компании «Волга-Трансойл» высилось своими тремя строгими этажами над зеленым двором и садом, окруженным массивной чугунной оградой. Припарковавшись на стоянке для сотрудников, Андрей вышел из машины, и направился к входу. Охранник впустил его, не проверяя документы.
Поднявшись на второй этаж, Андрей поздоровался с Иосифом Григорьевичем, который для приветственного рукопожатия вышел в коридор.
– Нерукопокладая рукопожимаю!
– Надо же! – продолжил особист на ходу. – Ну ты хотя бы за сутки предупреждай о приезде! Знал бы что приедет высокий гость, я бы хоть ботинки новые прикупил!
Они прошли в кабинет, безликий, хоть и дорого обставленный – даже сувениры, громоздкая модель старинного корабля и самурайский меч говорили о том, что кому-то было лень подыскать более оригинальный подарок. На хозяйском столе – ни компьютера, ни бумаг, лишь дорогой канцелярский набор из тех, что колектив фирмы дарит своему шефу на день рождения, скинувшись сто человек по червонцу. Андрей привычно уселся в кресле напротив особиста, вынул из портфеля две пачки тысячерублёвок общей суммой 150,000 рублей и передал ему. Тот принял деньги, и, достав из тумбочки толстую тетрадь, в которой вёл учёт всех фирм, с которыми вёл дела, поставил галочку в нужной графе.
Андрей положил на стол листок, на котором были напечатаны реквизиты фирм-конкурентов, участвующих в очередном тендере в горздравотделе. Иосиф Григорьевич пододвинул к себе листок и вслух прочитал:
– ВМТ, Юнитекс, Дельрус, Медтехника… Ага, это те, кого я должен расстрелять из крупнокалиберного дихлофоса на ближайшем тендере!
– Так точно.
– Ну мы с твоей Ириной Абдурахмановной поддерживаем оперативную связь, она такую бумагу мне уже приносила.
(особист часто сознательно коверкал отчества, на самом деле Ирина Кондукова по отчеству была Алексеевна). Он отложил в сторону листок, и вперил в Андрея свой проникновенный взгляд.
– Докладываю, товарищ генерал… Так, что я тут сижу… Тебе как обычно со сливками?
Андрей кивнул. Бросив на стол две распечатанные на черно-белом принтере фотографии: «На вот пока изучай», Иосиф Григорьевич вышел из кабинета. Из коридора раздался шум работающей кофе-машины. Андрей стал разглядывать фотографии. На одной из них был незнакомый мордатый мужик лет пятидесяти в майорских погонах, подпись: «Юрий Пышный», на другой – «Николай Смирнов», молодой, лет тридцати лейтенант, в котором Андрей узнал того самого летёху, который остановил его джип на улице Трефолева и содрал 57000 тысяч. Ничего себе!