Контракт
Шрифт:
Одобрительное улюлюканье его новой бригады было медом для ушей, а их численность – усладой для глаз. Когда люди вернулись к своим делам, к разводящему подошёл Воробей. Бонсай был благодарен парнишке, ведь без его поддержки он никогда не решился бы на такой радикальный шаг. Единственный, кто его понял, а остальные… Плевать, что они думают. Им придётся либо подчиниться, либо отправиться за забор в болото к другим бунтарям.
– Один из твоих парней только что вышел с тыльной стороны хутора. Мне показалось, что он пытался что-то отправить с ПДА. – Альбинос украдкой проговорил, чтобы расслышать мог только
Наёмник успел отойти от базы, но не слишком далеко. Завидев разводящего, он постарался скрыться в камыше, наверняка доставая оружие, но Бонсай нашёл его быстрее. Смертью больше, смертью меньше – сегодня день на них оказался богат, так что потеря профессионального бойца на данный момент разводящему не казалась проблемой. Тело он так и оставил лежать в воде среди камышей, забрав с него снаряжение и ПДА. Вещи мужчина отдал Воробью – будет обидно, если этот парнишка пострадает в какой-нибудь перепалке, а костюм почившего будет всяко эффективнее, чем какая-то обычная куртка.
Оставшись один, вечером, когда жизнь на хуторе стала затихать, Бонсай таки решился посмотреть, что его подчиненный, Рич, хотел отправить. Мужчина в глубине души боялся, что убил бойца ни за что и тот не задумывал ничего, что могло бы навредить его делу. Он вертел гаджет в руках, то и дело включая и выключая. А если, всё же, хотел и отправил? Значит, о его делах уже знают в Мертвом городе и на Болота летит какой-нибудь истребительный отряд «соколов». Ну, ничего. Теперь разводящий в состоянии защититься от нападения.
Бонсаю долго не надоедало гадать, перебирая варианты в голове один за другим, но действительность так и просилась на волю. Включив ПДА, наёмник обнаружил одно сообщение со статусом «Не отправлено, превышен радиус действия» - значит, что как только гаджет окажется ближе и подключится к сети, письмо улетит к адресату. Как адресат был указан разводящий из Мертвого города, и чувство вины наёмника отпустило в ту же секунду. Предатель, ему-то он чем не угодил? Или Рич просто желал выслужиться? Теперь уже не важно.
«Бонсай свихнулся. На Болотах набирает отряд для захвата Мертвого города» - гласил текст неотправленного сообщения. Короткого, но максимально опасного для него. Наёмник стер его, теперь письмо не будет увидено никем, даже при наличии сети, а его деятельность так и останется сокрытой.
Разводящий подготовил новое сообщение, в общую сеть, повествуя о смерти наёмника от попадания в аномалию; когда оно будет опубликовано, вопрос о пропавшем бойце отпадет сам собой, не успев даже возникнуть. И что значит «свихнулся»? Нельзя назвать сумасшествием желание какой-никакой справедливости, если её вид отличается от твоей.
Ведь нельзя же?...
1.4
Вермут
Столько лет было потрачено на то, чтобы собрать разрозненные наёмнические группы в один стабильный Синдикат; чтобы остановить и предотвратить конфликты между бойцами разных отрядов, и вся эта конструкция слегка пошатнулась. Нет, прямо сейчас она не рухнет разваленным карточным домиком на стол, но ощущение того, что его обдурили, заставляло Вермута сомневаться в будущей надежности этой конструкции. Мужчина был недоволен и зол, оставшись
Честный наёмник. Звучит нелепо, но именно так предшественник Вермута и называл Ферганца. Педантичный, принципиальный, манипулятор – разводящий с Затона никогда не удостаивался хорошего отзыва с его стороны, а положительные характеристики звучали в противоположном тоне. Вермут помнил, как его командир говорил, что честность Ферганца рано или поздно его сгубит, но вон он – командует на Затоне, в то время как предшественник Вермута уже давно мертв и стал кормом для червей.
Сам наёмник мужчину знал уже довольно долгое время. Он встретил Ферганца, когда был ещё совсем зеленым в наёмнической сфере и никакого негатива не питал. До этого момента.
Неторопливые беседы, учтивые улыбки – почти каждый наёмник перенял у затонского разводящего его модель поведения, не позволяя себе лишней фамильярности даже с бойцами его бригады. Вермуту это всё казалось искусным представлением, созданным в целях укрытия правды о том, что та бригада успела найти в подземельях до их прихода. Хотя Ферганец и утверждал, что они так же ничего не нашли, и Вермут активно показывал своё доверие его словам, всё было с точностью да наоборот. Может и стоило быть настойчивее, грубее, следовало пригрозить, но… Вермут помнил, в каких условиях приходилось работать до создания Синдиката, когда каждый твой контракт мог быть отобран, а ты – убит своими же. Всё же, устраивать бойню и ломать сложившийся теперь быт из-за какой-то абстрактной добычи, мужчина не хотел. Разум преобладал над эмоциями.
Успокоение настигло Вермута, когда тот приступал к завтраку. Прилетевший контракт, аналогичный предыдущим, усыпил чувство разочарования в старом знакомом, а бутерброд с консервированной колбасой показался самым вкуснейшим за последнее время. Ознакомившись с информацией поподробнее, мужчина, однако, обнаружил изменение: цель была опытным сталкером, а не новичком, как раньше. Довольно ожидаемо, ведь вряд ли военные не заметили стабильную смертность своих «помощников».
Опытный сталкер не всегда достаточно хороший боец, но с такими дела решать несколько сложнее. К тому же, голову Вермута посетила прекрасная, на его взгляд, идея, но доверить её воплощение какому-нибудь рядовому бойцу он не мог.
Разводящий нашёл Физика за игрой в нарды. Он и ещё один наёмник расположились на лестнице в здании Коопторга, мешая редким мимо проходящим.
Сам Вермут играть в них не умел и не представлял, что значат шашки, расставленные по игровому полю; игру он видел не первый раз и рисунок из разномастных цветов на ней напоминал мужчине о каком-нибудь стандартном деревенском ковре, непременно со стены. Судя по напряженным лицам играющих, партия была не самой простой.
– Долго ещё? – Спросил разводящий, грубо вклинившись в мысли наёмников. Те, словно сговорившись, синхронно покачали головами, мол нет, и Вермут остался ждать. Мог бы, конечно, разогнать подопечных, но не стал: понимал, что люди не роботы и им нужно иногда расслабиться. От мыслей об отдыхе, в голове мужчины всплыл силуэт фляжки с выпивкой, оставленной в кабинете, и во рту мгновенно пересохло.