Контракт
Шрифт:
«Ненавидишь? Презираешь?» — тут же отозвалась насмешливо мой внутренняя я. Заткнись хотелось кричать в голос.
Игнорируя его вопрос, я скосила взгляд за его спиной, заприметив дверь. Может он ведет к ванной?
Пытаюсь обогнуть стоящего передо мной Сашу, но тот не позволяет. Вскидывает руку и хватает меня за плечи, и как ребёнка, возвращает на месте. На этот раз приближает свое лицо, чуть опустив голову. И неожиданно его взгляд меняется. Эмоции прорывается наружу, и я заплакала. Как маленькая девочка, просто взяла и в
— Никогда больше не плакала по этому долбоебу! — выговаривает, сцепив зубы. А я некрасиво икаю, начиная пуще прежнего реветь. Периодический прорываюсь на икание. В этот момент становиться себя так жаль.
Вроде и причин для слез нет. Но все равно обидно. От чего, не понятно.
— Иди сюда.
Протягивает меня ревущую белугой к себе, одну руку запускает на мои волосы, другую положив на талию, обнимает меня. Уткнувшись носом в его твердое плечо, шмыгнула носом.
Не знаю, сколько мы так простояли. Успокоившись, и наконец, перестала плакать. Но покинуть его объятия я не спешила.
— Успокоилась? — я кивнула головой. — Тогда я приготовлю тебе горячую ванну.
Усадив в душе меня в мраморную раковину, Саша закатил рукава рубашки (пиджак был наброшен на мои плечи), проверил температуру воды. И когда ванна набралась водой, подошел ко мне, снял с раковины, как маленькую девочку, и снял свой пиджак. Выбросил на пол, и взялся за молнию на платья.
— Можно я сама? Пожалуйста.
С минуту он смотрел в мои глаза. Я уже думала, что он не выйдет.
— Я подготовлю тебе одежду. Ты голодна? — отрицательно покачала головой.
— Спасибо, буду благодарно за одежду, — и указала на свое испорченное платье.
— Всегда пожалуйста.
Саша оставив меня одной, вышел и вернулся со стопкой одежды через пять минут, когда я уже начала наслаждаться горячей ванной. Когда он неожиданно, без стука вошел, даже не думала прикрыться. Просто провожала его взглядом.
— Я постелил тебя в спальне, — сказал он, не смотря в мою сторону.
— Спасибо, — подтянула колени к груди, и положила голову на них, наблюдая за ним из под ресниц. — А ты где будешь спать? Мы… ты хочешь… — никак не могла сформировать свою мысль. Волновалась, как девственница, которая собиралась отдать мужчине свой первый раз. Хотя к чему бы?
Может кто-то посчитает меня дурой, которая сама не знает, чего хочет. У которой нет силы воли, готовая сломаться в сложный момент, и быстро забывающая, что недавно страдала по бывшему. Может, они правы, но сейчас именно мысль о Саше держит меня на плаву.
Неужели я влюбляюсь?..
Нет, такое быть не может. Я уже один раз поддалась этому чувству, и обожглась. Я из тех, кто однажды обжёгшись на молоке, будет дуть на воду. Но что тогда со мной происходит?
— Если ты только хочешь, — разворачивается ко мне, криво улыбаясь.
И
Саша не ждал моего ответа. Он вышел, оставив после себя гнетущую тишину и пустоту в моей душе. Там и так был раздрай, но после него ничего.
Я просидела под горячей водой ещё немного, пока вода не остыло, а меня не клонило в сон. Переодевшись в вещи, которые он принес, встала перед зеркалом в ванной комнате, посмотрела на свое отражение. Лицо бледное и красные глаза особенно бросались в глаза.
— Ну и чучело, — выговорила самой себе. А потом окатила свое отражение ещё раз придирчивым взглядом.
Мокрые волосы, которые липли к футболке, намокая ткань, и та самая мужская футболка, которая сидела на мне, как платье. И была я без белья, поэтому сейчас соски торчали от холода, и без трусов ходит было непривычно.
Тихо вздохнув, решила больше не заставить ждать Сашу. Наверное, он уже заждался меня.
Выходила из ванной я взволнованной. И все переживания из-за Виктора я забыла. Теперь меня волновала только один человек. Один мужчина, который держит меня рядом с собой из-за договора. То есть, рядом со своим племянником.
Застала его говорящим по телефону. Заметив меня, Волков завершил звонок. Я смогла услышать только последнее предложение, которое засело у меня в голове.
— Не знаю, как ты это сделаешь, Ковалевский, но чтобы этот уебок ещё пожалел, что только посмотрел на неё!
Выглядел он в этот момент очень злым. Сжатые кулаки, глаза, которые налились кровью. И его огромное фигура, застывшая у окна, было напряженным.
Из-за волнения, я не смогла обратить внимания на то, как мой мозг зацепился за его слова, но тревожиться не успела.
— Извини, если я прервала твой разговор, — остановившись в метре от него, сказала я. Саша покачала головой, сократил расстояния между нами, и подхватил одну из мокрых волос, с которых капала вода.
— Больше я не слышала такого разговора, поняла? Ты не прервала нас, Ковалевскому уже нужно работать, — хмыкнул он. — Давай мы просушим твои волосы.
Ему не требовалась моего ответа. Он не спрашивал.
Подняв в руки, Саша перенес меня в другую комнату, который стоял рядом с ванной. В комнате стояла большая кровать, шторы были плотно закрыты. Но в глаза в первую очередь бросалась кровать.
Усадив меня в пуфик, Саша достал из шкафа чистые полотенца и начал нежными движениями сушить мои волосы.
— Прости, — разорвав тишину, сказал он, через некоторое время спустя. — Я не знал, что всё так случиться. Если бы знал…
Он не договорил. Да ему и не нужно было. Я видела его эмоции, видела, как он с трудом держит себе в руках.
Подняла руки и положила их на руки Саши, которые стояли на моих плечах. Сам Саша смотрел на свое отражение тяжелым взглядом. Явно винил себя.