Контракт
Шрифт:
Ожидания утомляет.
— Хорошо, тогда договорились. Завтра жду тебя в своем офисе. Обсудим детали.
Ковалевский кивнул головой, соглашаясь со мной. Неожиданно в зале прозвучал громкий звук, после чего наступила мертвая тишина. Только звук женских криков на фоне бьющего стекла, разбавил эту тишину. Не знаю, как я это понял, но в сердце сразу стало плохо. Отрывисто повернувшись, увидел Таню на полу, в луже алкоголи и осколок. А рядом с ней, возвышаясь и гладя свой живот, стояла жена Кузнецова.
Татьяна
В
Я не думала, что жена Виктора осмелится подойти ко мне, и устроит тихую истерику. Именно тихую. Потому что шипела она, как змея, и при этом ядовито улыбалась. Хотя я видела, как она хочет закатить истерику. Разрушить меня прямо там, мою репутацию. Заставить выглядеть меня виновницей, разлучницей, хотя это она была им. Это она разрушила наш с Виктором брак. Это её беременность стала катализатором.
Я знаю, я жестока. И пытаюсь таким образом оправдать поступок Виктора.
Чертова чувства к бывшему мужу до конца не вымерли! Даже если в моем сердце больше не осталось теплых чувств к нему, но душа все равно болит, когда смотрю на него и на его жену.
Я не смогла осчастливить его, и подарить ребёнка. И эта мысль убивает меня.
Если бы его любовница не забеременела, и сейчас он с его новой женой пытались заделать наследника, я была бы рада. О, да, я чертовский была рада такому раскладу. Чего душой кривит и лгать самой себе.
И теперь, сидя в лужу из алкоголя, я чувствую только жгучую стыд. И если бы не Саша...
Господи, только я думала о нем, как рядом материализовался Волков.
Опустился на колени, не заботясь о том, что пачкает свою дорогую одежду алкоголем.
— Саш...
Всё ещё пребывая в шоке, назвала его по-простому. Всхлипнула, желая только одного. Как можно быстрее оказаться в его объятиях, укрыться в его сильных руках. Даже его подлость, и о том, что это он виноват во всем, забыла. Не хо ела об этом вспоминать. Да и винит его было бы глупостью. Сама виновата. Я же видела, как жена Виктора направляется ко мне. Видела и решимость на её лице. Понимала, что она собирается унизить, и возможно, опозорить меня перед гостями. Ведь многие из них знали мен, как жену Виктора, невестку семьи Кузнецовых. Но решила, что не сбегу.
— Ш-ш, — обхватив мою голову сзади большой ладонью, Саша поцеловал меня висок, задержавшись там губами на несколько секунд. — Нигде не поранилась? Не испугалась? — засыпал меня вопросами, немного отодвинулся от меня, и я крепко схватилась за его пиджак, боясь, что он сейчас поднимется, развернётся и уйдёт. Оставит меня одной. Но он лишь осмотрел меня внимательным, обеспокоенным лицом.
Я поняла, что он волнуется, думает, что я поранилась.
Эта его забота тронула меня за душу.
—
Конечно, мои слова не успокоили мужчину. Не успела я вдохнуть кислорода, как Саша ловко подхватил меня на руки. Одну руку просунул под согнутые колени, а другой обхватил за спину. Тихо вскрикнув, одной рукой обняла его за шею, оказавшись близко к нему. Носом уткнулась в его шею, ощутив, как дёргается его кадык. Другую руку опустила на его грудь, прямо на его бешено бьющее сердце. С моего платья на пол капала алкоголь, и пахла я тоже им.
— Отпусти меня, я грязная и от меня пахнет, — сморщила нос, когда в ноздри коснулся неприятный запах. Но сама противоречивая себя, крепко сжала пальцами его лацканы, не желая лишится его руки, его объятия и руки, которые надежно меня несли к выходу.
— От тебя пахнет яблочками, как в детстве, Ангел,— шепнул в мои макушку, затем последовал поцелуй. — Держись крепко за мою шею, — просил он отрывисто, двигаясь к выходу.
Глава 26
Татьяна
Саша привез меня к себе в квартиру в городе. Он не объяснил причину, а я не спросила. Всю дорогу до квартиры, мы оба молчали. То есть, молчала я, а Саша кем-то переписывался в телефоне, один раз сделал кому-то звонок, отрывисто и резко, зло что-то выговорил своему собеседнику. О чем был разговор, я не слышала, ушла в себя.
Физический я не могла отстраниться, потому что Саша не выпускал мою ладонь, нежно ласкал, словно пытаясь успокоить меня. Но вот с мыслями я была далеко. Я просто отстранилась от всего происходящего.
Думала, я переболела Виктором. Ан нет. Стоило увидеть его с женой, сердце заныло. Только сейчас я ощущала смешенные эмоции. Вроде бы чувства притупились, осталось только неприятный осадок на душе. И вопросы, на которого я не хотела бы знать ответы.
— Проходи, — Саша пропустил меня, закрыл дверь и подошел ко мне. Я остановилась в гостиной, скрестила руки на крест, обнимая себя. Оказавшись наедине, ощущала неловкость.
— Мне бы душ принять, да и переодеться, — сказала, когда Волков встал передо мной, сразу взяв меня в плен своих глаз.
— Всё в порядке?
— Да, кон…
— Ты в порядке? — перебил меня, даже не выслушав. По резкому тону, и как сузились глаза, а губы плотно сжал в тонкую линию, и дураку было понятно, врать не стоит. Саша отлично понимал, что ничего не в порядке. Видел мои эмоции. Их никогда не умела прятать или фальшивить. А стоило бы. В свое время Алла Эдуардовна пыталась изменить во мне эти черты, и вроде у неё почти получилось. И ключевое слово здесь — почти.
Но с Медведем не хочется врать. Пытаться нацепить на себя одну из этих масок. Да и не получиться. Он не позволить. Рядом с Волковым все мои доводы разума не работает. Я ненавижу его, даже презираю, но должна признать, он вызывает уважение. Потому что он не такой, как мой бывший муж.