Контора Игрек
Шрифт:
Тонкие черные колонны вдоль платформы дрожали, как натянутые струны. Или Тине это казалось? Кто-то отшатнулся от нее. Видела она плохо – повреждены либо глаза, либо зрительные нервы, но Стив мигом ее вылечит.
Два пятна, красное и серо-синее – Ивена и Лейла. Она узнала их издали только по расцветке курток.
– Тина, что с тобой?
– Ничего страшного.
Тина оглянулась, щурясь, на лестничные марши: пусто, Лиргисо все еще наверху. Почему он там застрял? Он должен был разделаться с этой сворой за считаные минуты, догнать
– Мерзавец… – прошептала Тина.
Похоже, у нее выбито несколько зубов. Не будь она киборгом, ей бы сейчас было больно, однако ее болевые рецепторы заблокированы. Даже умирая, она не почувствует ничего, кроме смутного недомогания.
Из туннеля донесся свист пневмопоезда.
– Едем, – бросив последний взгляд на лестницу, решила Тина.
В вагоне у нее закружилась голова, она пошатнулась, ухватилась за поручень. Это что – ее рука?.. У нее были руки изящной формы, с гладкой загорелой кожей (на тыльной стороне ладоней – пара бледных пятнышек, там спрятаны лазеры). А то, что она увидела сейчас… Безобразно опухшая кисть с лиловыми кляксами гематом, из трещинок сочится сукровица. Это не похоже на обычную травму, полученную в драке. Вот чертовщина…
Переключиться в ускоренный режим Тина не могла, и все тело плохо подчинялось ей. Когда это случилось? Когда высокий киборг в спортивной шапочке, главный в этой банде, швырнул ее так, что она отлетела на несколько метров, упала навзничь – и тут ее что-то накрыло… Что-то мерзкое, убийственное, за три-четыре секунды превратившее ее в ходячую развалину. А потом появился Лиргисо. Неужели это его работа?
Не так давно он упрекал Тину в том, что она на всех (т. е. на Лейлу и Поля) плохо влияет и во всем ему мешает, вот и решил от нее избавиться… Но это же глупо – дать ей уйти, он должен был убить ее и потом свалить вину на «Контору». Или она оказалась более защищенной, чем другие киборги, и Лиргисо просто не сумел ее прикончить?
Пересадка на поезд до солбургского космопорта. На перроне Тина оступилась и чуть не упала. Правая голень, скорее всего, сломана.
– Если я потеряю сознание, постарайтесь добраться до бота и улететь отсюда. Обо всем расскажете Стиву.
Лейла с Ивеной, притихшие, испуганные, виноватые, начали протестовать.
– Если я отключусь, вы не сможете мне помочь. Постарайтесь отсюда смыться, хорошо?
Она испачкала кровью обивку в вагоне. Кольцевидные плафоны на потолке вращались, от этого у нее кружилась голова. Да нет, вовсе они не вращаются – а вот голова кружится, все хуже и хуже.
«Я никогда бы тебя не убил».
Ага, как же… Лиргисо не раз говорил, что взять под контроль и разрушить искусственные системы киборга – это для него детская забава. На такое способен только он… Или кто-то еще?
В ангаре их поджидали трое с парализаторами. Бесконтактно вывести из строя оружие Тина еще сумела, но на это ушли последние силы, и она начала погружаться в темную воду, где сонно покачивались прозрачные белесые медузы, как в ночном море на Незе.
– Тина! Тина, вставай!
Кто-то
– Тина, пожалуйста, вставай!
Она увидела над собой Ивену и Лейлу.
– Бегом в машину. И домой, понятно?
– Я без тебя не пойду, – Лейла ревела как маленькая, тушь на ресницах расплылась, мокрые глаза окружены синим ореолом. – Я тебя люблю, и, если тебя убьют, – я с тобой.
– И я тоже, – всхлипнула Ивена. – Пожалуйста, Тина, идем, немножко ведь осталось!
Только ради них Тина заставила себя встать и сделать шаг, другой, третий… Пространство скользкое, в нем трудно удержаться.
В стороне – какие-то обломки, суета.
– Это мы с Ивеной показали им, когда они полезли, – объяснила Лейла. – Мы же ведьмы!
Оба их бота могут быть заминированы, и на возню со взрывчаткой нет времени.
– Сюда, – Тина указала на прилизанный шиайтианский «лоргу». – Сможете открыть?
– Разве это наша машина? – удивилась Ивена.
Лейла, более практичная и беспринципная, бросила:
– Какая разница!
– Ты будешь пилотировать, – распорядилась Тина. – И хорошо пристегнитесь!
Покинуть Рузу им позволили – для того чтобы атаковать в киселе, за пределами разреженной рузианской атмосферы. Лейла, скрытая за спинкой пилотского кресла, яростно бормотала слова, которые Живущий-в-Прохладе строго-настрого запретил ей произносить вслух, Ивена сидела молча, вцепившись в мягкие подлокотники. Тина старалась держаться на расстоянии от подступающей все ближе темной воды с медузами. Главное – не закрывать глаза. Они сами закрываются, но их надо держать открытыми.
Обзорные экраны заполнила пятнистая розовая масса, напоминающая губку, она неумолимо надвигалась и разбухала… В один из моментов просветления Тина поняла, что машина падает на Норну.
– Лейла, гаси скорость! Включай вспомогательные посадочные двигатели, живо!
– Я включила… – жалобно отозвалась девушка. – Там ураган!
– Маневрируй! Чему тебя Хинар учил?
Лейла все-таки сумела посадить машину, ни во что не врезавшись, но движение не прекратилось – теперь их тащило по норнианской равнине со скоростью ураганного ветра. Лишь бы выдержали страховочные ремни… Девчонки визжали.
Потом – удар, встряска. Всех троих с головы до ног облепило выплюнутое креслами амортизирующее желе, поглотившее энергию удара.
Судя по изображениям на двух уцелевших экранах, машина застряла в скалах.
Они почти одновременно почувствовали: что-то не в порядке, но находились они в тот момент в мертвой, по определению Стива, зоне. Телепортироваться нельзя ни сюда, ни отсюда; если попытаешься – снова и снова будешь оказываться в исходной точке.
Выбираться пришлось на антигравах, с соблюдением всех мер предосторожности. На этой территории промышленная компания, принадлежавшая «Конторе», вела геологоразведочные работы, и двое чужаков могли подвергнуться нападению. В облаке Тешорва стычки между конкурентами – обычное дело, иной раз доходит до локальных боевых действий.