Континент
Шрифт:
Не дело переводить хороший продукт на зверье! Но, на первый раз, Хельди решила смолчать, хоть в душе и вскипела.
– Откуда у тебя сфинкс? Говорят, их породу давно истребили атланты, а когда сфинксов совсем не осталось, их объявили чуть ли не божеством. Так всегда бывает, вначале перебьют, а потом в ранг возводят. Тоже мне, божество!
– кивнула Хельди на Мурзика, свернувшегося калачиком у ног Кайды.
– Я его нашла котенком, в Покинутых землях. Теперь он со мной. Подрос. Хотелось бы найти его родичей.
– А здесь ты зачем? Место для отдыха не подходящее!
Хельди, как могла, расписала гостье темные события, творящиеся в поселке. С одной стороны, у нее, наконец-то, появился слушатель, которому можно было поведать обо всех ужасах, с другой, она рассудила, пусть девица испугается и не думает гостить у нее слишком долго. Как ни странно, слова Хельди произвели на девушку обратное впечатление. Она оживилась, глаза заблестели, и даже сонливость прошла.
– Надо во всем разобраться!
– выпалила Кайда.
– Я собираюсь пойти за холмы, в запретную зону. Мне нужны оружие и проводник.
Мумми ахнула и всплеснула руками:
– Офонарела! Куда ты пойдешь? Зачем? Нет, я и раньше подозревала, что ты ненормальная. Правильно мой племянничек сделал, что расстался с тобой! Теперь-то я точно вижу, ты не в себе, с тобой рядом, милая, жить то опасно!
– Мы не подходили друг другу.
– Машинально поправила Кайда, и добавила, запинаясь.
– Мне надо в запретную зону. Очень надо...
На глаза у нее вдруг навернулись слезы. Она опустила голову и беззвучно заплакала. Сфинкс мгновенно поднялся и лизнул девушку в руку, подбадривая и утешая ее.
– Почему ты ревешь?
– удивилась Хельди.
– Может, Гаша моего вспоминала и вернуть захотела? Признавайся, ты приехала, чтобы я помирила вас? Но учти, Гаш живет в городе, я его редко вижу.
От такого предположения слезы у Кайды высохли сами.
– Нет, Гаш мне не нужен! Мне надо в запретную зону.
– Зачем?
Кайда помедлила, но решила, что сказать правду придется.
– Год назад пропали мои родители. Они исследовали береговой шельф, - видя непонимание мумми, она пояснила, - они ученные, исследователи, изучали береговую линию. Выясняли, что происходит с Континентом, понимаете? И вот они пропали, бесследно. Я их ищу.
– Где, здесь?
– У меня есть сведения, тут надо искать. Это одно из мест, где пропадают люди.
Хельди пожала плечами и согласилась:
– Родители - дело святое! Главное, глупостей не натвори. А насчет поиска и проводника, тут тебе староста нужен. Это только к нему. Утром я тебя отведу, а пока отдыхай.
Тодор сидел за столом на любимом стуле с мягким сидением и резной спинкой. Каждый вырезанный из дерева листик он помнил до последнего завитка. Всю красоту выводил собственными руками.
Гном смотрел в окно на низкое, серое небо и вспоминал. В сущности, жизнь прожита правильная, хорошая. Прошлое пролетало перед глазами как осенние листья. Тепло родительского дома, мать и отец, каких поискать - любящие, серьезные, строгие! Постижение ремесла, которое еще до рождения сына выбрал ему отец. Умница жена. Правда, ушла в мир
Гном почесал седую короткую бороду, с шумом отхлебнул горячий ягодный чай и снова взглянул в окно. На сей раз вид изменился, по улице, в сторону его дома, шли двое. Пара выглядела настолько комично, что Тодор хихикнул в усы. Широким шагом прямо по лужам шагала высокая незнакомка. Узкие брюки заправлены в сапоги, свободный плащ развевался по ветру, длинные серебристые волосы струились за ней, словно знамя. Во всем ее облике сквозили решительность и целеустремленность. Рядом с ней, как колобок на ножках, катилась Хельди. Поспешно семеня, она размахивала руками, указывала дорогу и одновременно поучала спутницу. Тодор не сомневался, что забавная пара держит путь к старосте Лунда, то есть к нему.
– Ты смотри, не сболтни при старосте лишнего!
– увещевала девушку Хельди.
– А что я могу сболтнуть?
– Мало ли, с тебя станется! Ты бы лучше юбку надела. Староста у нас старых правил, а ты вон как вырядилась, словно солдат в поход.
– Но ведь я и правда в походе. Знаешь, мне за Мурзика не спокойно, не стоило его запирать дома! Он может испугаться, начнет скучать.
– Совсем с ума сошла! Нельзя к старосте с твоим сфинксом идти. Помни, Тодора все уважают. Он мудрый, справедливый... но, если между нами - тот еще зануда и скряга! Все время высчитывает что-то. Говорит, для блага поселка, но я бы не поручилась. Сыновья от него сбежали, не выдержали жизни с отцом. Он хотел, чтоб они жили по старинке, как предки. Ну, вот, мы уже и пришли. Помни, милая, будь почтительна!
– Постараюсь.
Хельди взялась за дверной молоток и постучала.
Перед приходом гостей гном поднялся в библиотеку и для солидности взял в руки книгу. Будто читал.
Дверь отворила экономка, она приняла плащ и пальто у женщин и проводила их на второй этаж.
– Хозяин в библиотеке.
– Надо же!
Гном восседал на низком диванчике с томом эльфийских стихов. Поприветствовав дам, он повелел экономке сварить кофе, а книгу аккуратно поставил на полку, чтоб не помять красивый золотой переплет.
– Вы читаете на квентийском?!
– ахнула гостья.
– Я переводчица. Это очень сложный язык.
Гном промолчал. Книга досталась ему по наследству, то, что это стихи, он догадался только по расположению строк.
Теперь он рассмотрел незнакомку получше. Вблизи она оказалась куда милее: открытый взгляд, блестящие волнистые волосы, здоровый цвет лица, прямой нос и пухлые щечки. Тодор поднялся, чтобы предложить даме кресло и тут обнаружил, что в росте она превосходит его на полголовы. "Ишь ты, какая вымахала!" - с досадой подумал он, но все же галантно раскланялся, представляясь. Хельди тоже поклонилась старосте и представила гостью: