Континент

Одинова Татьяна Эдуардовна

– Вверх! Плавно вверх. Не психуй, Кир, ты сможешь...

Риндэйл закашлялся. Но реактор чудом воспринял команду, и платформа выровнялась. Дальше все пошло просто, "утюг" быстро набирал высоту. Добыча ускользала. Внизу раздались выстрелы, пули ударили в стальное днище платформы, не в силах причинить никакого вреда.

– Рин, как ты?
– Кир наконец смог повернуться к другу.

Риндэйл лежал, полуприкрыв глаза, опираясь спиной на сложенную куртку Дирука. Смальтовая бледность кожи контрастировала с алой кровью, залившей всю рубашку. Рана продолжала кровоточить.

– Держись!
– Кир сжал зубы,

не давая голосу дрогнуть.
– Сейчас полетим в центральную больницу, там все сделают. Ты еще повоюешь!

– Я - нет, а вот ты - да.
– Ели слышно сказал Риндэйл.

Он открыл черные от боли глаза и смотрел, не мигая.

– Тебе надо спешить... В больницу не надо. Бессмысленно.

Каждое слово давалось ему с трудом, фразы получались короткие, рубленные, так не похожие на обычную плавную речь Риндэйла.

– Рин!
– Кир сорвался на крик.
– Пожалуйста, не надо, не говори. Береги силы. Тебя вылечат! Помнишь, когда ты попал в аварию, спасли же!

Риндэйл закашлялся, на губах выступила кровавая пена.

– Не теперь.
– Глухо выдавил он.
– Не теряй время. Слушай. Ты должен знать. Атланты создали базу по ту сторону портала, оттуда они разрушают наш мир. Их цель взять отсюда рабов, а всех остальных утопить вместе с Континентом.

Он замолчал, собираясь с силами.

– Чтобы остановить их, ты должен пройти портал. Порталов осталось два - один на побережье, за Лундом. Другой - в Оркусе. Остальные завалены или ушли под воду.

– Хорошо, хорошо! Я все сделаю. Отдохни. Мы почти долетели, больница рядом.

Риндэйл ненадолго забылся, потом открыл глаза и позвал:

– Кир! Ты последний боевой маг. Ты остался один из всего отряда. Мне жаль, что я подвел тебя. Теперь ты должен за всех, за нас...

Страшный грохот прервал его. Взрывная волна нагнала платформу, накренила и отбросила в сторону, словно легкую лодочку. Киру чудом удалось выровнять "утюг".

– Смотрите!
– заорал Максим, указывая вниз.

Позади, на площади, где минуту назад возвышалось здание "Золотого Дракона", вздымался столб дыма и пыли, а под ним громоздились руины, охваченные огнем. Из соседних домов вылетели стекла, от ближайших стен откололись куски, кое-где побежали черные трещины, но других повреждений не было, жилые здания устояли.

Оправившись от первого шока, Куэ захохотал:

– Взорвали гадов!

– Храму конец!
– вторил Макс.
– Слава Единому! Жрецы уничтожены. Это не магия и не обычный взрыв.

– Что за оружие взорвало его? Никогда такого не видел.
– Пробормотал Кир.
– Рин, ты видел? Дракону крышка! Рин...

Риндэйл молчал. Глаза его были открыты, лицо очень спокойно, кровь застыла в уголках губ, черные волосы трепал ветер. Он больше не чувствовал боли. Казалось, он наслаждался полетом и ясным солнечным днем.

– Рин!

Кир бросился к другу, потряс за плечи, шепча что-то неясное. Слезы потекли по щекам. Он не чувствовал, как кренится платформа, не видел, что падает высота. Максим и Куэ с трудом оттащили его к пульту, убеждая, что Риндэйлу уже не поможешь. Кир машинально положил руки на полусферу, не понимая, куда и зачем он летит. За его спиной тихо переговаривались друзья. Неожиданно гоблин крикнул:

– Смотрите, вон там платформа летит, большая, новая, укрепленная.

Вроде, ЛП-20. Похоже, она из "Дракона" стартовала. Видать руководство их драпает!

– Точно.
– Подтвердил Максим.
– Спаслись! Не иначе к порталу летят. Эх, жаль они купол опустили, не могу разглядеть, что там у них так блестит? Кир посмотри, у тебя зрение все же другое, эльфийское, не нашему чета.

Он тронул товарища за плечо, но тот и сам уже всматривался в прозрачный колпак платформы, силясь рассмотреть пассажиров. Лиц двоих он не видел, зато огромная золотая фигура третьего не оставляла сомнений. Вершитель - причина всех его бед, пытался спастись. По его велению приносились жертвы, он послал Койру в погоню, из-за него погиб Рин. И сейчас эта мразь спокойно летела прочь от столицы, вместо того, чтобы покоиться под обломками своего храма.

В бою нередки случаи, когда у солдат "падает планка", от нервного напряжения, от пережитых потерь, от ярости и ненависти к врагу они забывают про страх, здравый смысл и безопасность, несутся в атаку, бросаются грудью на дот, пренебрегая голосом разума. Кир дошел до последней черты, рядом с ним лежал мертвый друг, а впереди виднелась новенькая ЛП-20, на которой Вершитель собирался долететь до портала и скрыться в Новой Атлантии.

Разумные доводы и рассуждения рухнула в мозгу Кира, остались лишь одержимость и цель - не дать уйти, уничтожить врага! Руки словно приросли к пульту, реактор полыхнул голубым пламенем, старенький армейский "утюг" поменял курс на юго-запад, стремительно набирая скорость.

Тхар Маез Дениб не любил благодарить, даже Судьбу, даже Великую Силу. Он считал себя частью той Силы, могущей и значимой, а потому похвалы предпочитал возносить лишь самому себе. Бросив прощальный взгляд на дымящиеся руины "Золотого Дракона", он похвалил себя, за то, что вовремя сумел уловить среди тысяч шумов и энергий, бороздящих пространство, нужный лучик, идущий от Ладмира Коляды. Полученный сигнал о неведомой доселе опасности заставил его тут же покинуть здание. Но вместо радости от счастливого спасения, он испытывал дикую злобу. Тот, кто не знал натуры Вершителя, мог подумать, что причиной тому является рухнувший храм, его ведь с таким трудом возвели в самом сердце столицы. Но храм - всего лишь общественное здание, пристанище жалких жрецов, а Вершитель всегда и во всем, в первую очередь, заботился о себе. Тхар Маез Дениба терзало то, что он истратил слишком много энергии на слежку за главой Совета, и что силы, прикончившие "Золотого Дракона", остались совершенно непонятными для него.

Магия эльфов не может быть столь разрушительна! Они только и думают, как не погубить лес или не засорить какое-нибудь жалкое озеро. Они месяц бы сокрушались, глядя на руины в центре столицы. Их магия тут не причем. Магия людей не в состоянии набрать такой мощи. Люди не умеют колдовать столь эффективно! Тхар Маез Дениб вынужден был признать, что и у его жрецов тоже нет таких сил.

– Жаль, очень жаль! Разрушения просто великолепны. Ничего не осталось, только груда камней.

Мысль о том, что его жрецам такая мощь неподвластна, вызвала новую вспышку гнева. От этого пространство вокруг завибрировало, вызывая приступы страха у тех, кто волею судьбы оказался рядом с Вершителем на платформе.